Чтение онлайн

"Не обманул мальчишка! — подумал Швед, и погладил блестящую поверхность. — Непонятно, как вспомнил, и хорошо, что сказал, когда рядом больше никого не было".

Некоторые ухитряются хапнуть суммы покрупнее. Вон, через Молдавию больше двадцати миллиардов долларов "отмыли", и денежки уплыли из матушки-России в неизвестном направлении. Но там работала огромная команда и больше десятка банков, на протяжении нескольких лет. Швед, по своему разумению, пришёл к уверенности, что многих участников так называемого "молдавского потока" слили, когда поняли, что лафа заканчивается, и надо устранить всех, с кем не хочется делиться. Наивные граждане! Постарались перевести как можно больше денег в чужие руки, за границу, а о том, что их самих кинут, как лохов, даже не подумали. Забыли правило: что в чужой карман попало — то пропало.

"Лучше иметь три миллиона в руках, чем тридцать три миллиарда в перспективе, — признал телохранитель господина Зайцева. — И на одного человека, а не на целую команду. Дураки они все!"

Поднявшись, он открыл диван, и закинул кейс в отделение для постельных принадлежностей. Куда-то перепрятывать, перекладывать, суетиться — только внимание привлекать. Пусть себе лежит, всё равно в квартире никто больше не живёт, и ключей ни у кого нет. Случайных воров Швед не боялся. Он давно поставил надёжную сигнализацию. К тому же, считал неправильным слишком сильно трястись над этим чемоданчиком. Ценность большая, но не дороже жизни. Если хозяин узнает — можно сослаться на то, что как раз собирался сказать, а припрятал временно, чтобы полиция не пронюхала.

Закрыв за собой двери и убедившись, что невидимая охрана активизирована, Швед спустился вниз и вышел из подъезда. Когда его машина скрылась в подворотне, водитель невзрачной иномарки, стоявшей по другую сторону двора, достал из кармана айфон и позвонил.

— Шеф! Он уехал. Кейса с ним не было.

— Я понял, — ответил Зайцев, покручивая массивный перстень на пальце. — Действуй, как договорились.

Сам господин Зайцев в данный момент находился в своём офисе и смотрел через стеклянную стенку на питерские крыши, уходящие серо-стальным морем вдаль, запятнанные белыми кляксами снега, из которого вырастали кирпичные столбики труб. Подождав с минуту, Зайцев набрал номер своего неверного начальника охраны.

— Гриша! Ты где сейчас? Едешь в офис? Не надо. Я на даче у приятеля, он меня прихватил, отдохнуть-развеяться. Туда поезжай. Ты мне понадобишься.

Опустив руку, Зайцев недобро прищурился и подумал: "Ты даже не успеешь понять, за что умираешь. Но каждый сам выбирает себе судьбу". После этого он сделал ещё один звонок.

— Могу я поговорить с капитаном Сиротиным? Это Зайцев! У меня есть сведения, что мой начальник охраны, Григорий Швед, вместе с одним из моих компаньонов организовали нападение на офис и кражу. Я следил за ними. В данный момент Швед едет на дачу к своему подельнику. Я надеюсь, что вы задержите их при дележе денег. Адрес высылаю.

Он положил телефон на стол и снова засмотрелся на крыши. Где-то за его спиной, на Юго-Востоке, пробился пучок скудного солнечного света и на несколько секунд окрасил снег на крышах в желтовато-розовый цвет.

— Вот так! — произнёс господин Зайцев, и его бледное, перекошенное шрамом лицо тоже порозовело. — Теперь посмотрим, как доблестные стражи порядка справятся с задачей…

* * *

Пока Сиротин разговаривал с господином Зайцевым, в кабинет оперов зашёл Малышев. Махнул всем, чтобы оставались сидеть, подождал, пока Николай закончит разговор. Потом спросил:

— Что там?

— Зайцев говорит, что знает, кто его ограбил. Сейчас скинет адрес, по которому якобы должны встретиться его начальник охраны и один из компаньонов. Вроде, они там деньги делить собрались.

— Начальник охраны… Григорий Швед? — спросила Инга со своего места.

Николай кивнул. Малышев не стал ничего говорить, заметив, что она тоже ищет чей-то номер, в своей манере держа телефон у бедра (как школьница шпаргалку под партой), так что не сразу поймёшь, что она делает.

— Там у нас наружка, — напомнила девица, и приложила наконец телефон к уху. — Это Берестова! Как дела, парни? Вот как? Поняла. — Она опустила руку с телефоном. — Швед действительно покинул квартиру и ехал сперва в офис, но потом резко поменял направление. Как раз сейчас сворачивает на Загородный проспект.

Сиротин успел выписать на бумажку адрес предполагаемой встречи и показал его Михаилу Ивановичу.

— Проверьте! — скомандовал тот. — Свяжитесь с ребятами, и пулей туда же!

— Дадим бандюкам поделить денежки, а потом накроем всех разом! — оживился Костик Королёв. Преисполнившись энтузиазма, он вскочил вслед за Сиротиным и Ингой.

— А ты куда? — осадил его Михаил Иванович. — У тебя своё дело есть.

Королёв скривился. Сиротин подмигнул ему, и умчался. Пришлось сесть за стол и вернуться к бумагам…

— Давай на твоей машине, — предложил Николай, когда они с Берестовой дружно сбегали по лестнице.

— Нравится, как я рулю? — усмехнулась та. — Я не против!

— Ну, то есть, я тоже водить умею… — высказал ей вслед Николай, но девица уже умчалась вперёд него.

Она честно считала, что справляется лучше любого мужика.

Глава третья. Старое и новое

Мотя потянулся, сидя на стуле, и почесал шею под мохнатым воротником свитера.

— Если помнишь, у нас от банды Махея осталось пальчиков больше, чем мы выловили народу, — напомнил он про события пятилетней давности. — И вот, нашёлся хозяин ещё одних отпечатков! Сейчас у него паспорт на имя Влада Алексеевича Новожилкина. По ориентировкам выходит, что он был одним из боевиков в банде. Засветился, когда люди Махея расстреляли конкурентов в Яблоневом.

— "Бойня на скотобойне"? — Сокольский прикусил губу, припоминая, где он сам был в тот день. — Покажи его фото.

Матвей вывел на экран изображение. Некоторое время Сокольский вглядывался в невзрачного на вид человека лет сорока пяти, без особых примет, потом покачал головой.

— Нет, не помню. Либо я его видел мельком, либо вообще не сталкивался.

В своё время Сокольский проходил тест на запоминание лиц, и результаты показал неплохие, но одно дело — целенаправленно вкладывать в память фото известных бандитов и убийц, и совсем другое — увидеть кого-то один раз, вскользь, и больше не встречаться.

Мотя кивнул.

— Я прижал этого Влада Новожилкина, — продолжил он. — Парень как понял, что ему не отвертеться — сразу согласился сотрудничать со следствием.

Мотя включил запись дальше.

"— Ну да! У Махея народу-то много было. А после того, как вы его закрыли, кто успел — дал дёру. И я тоже, — рассказывал Влад. — Перебивался, чем мог, а с год назад столкнулся с одним парнем. Он тоже из махеевских был, я его запомнил. Он меня не узнал, но помог. Сказал, что у него своё детективное агентство, предложил на него поработать. Я согласился. Ты пойми, начальник! То, что он меня не узнал — мне было без разницы! Для меня он всё равно свой, а напоминать… Зачем? И платил он хорошо. Сказал, что надо следить за одним бизнесменом по фамилии Зайцев. Мол, ему кажется, что этот Зайцев — не Зайцев. Ну, не тот, за кого себя выдаёт!