Книги из серии "Современники и классики"

— Паспорта? — коротко бросил он. Грабьебон взял в руки тёмно-красный паспорт с гербом Испанской Республики. Перелистал. Потом поднял взгляд на Лёху, стоявшего перед ним с видом уставшего и слегка заискивающего пилота. — Дон Жуан Херенo? — Уи, — Лёха подобострастно улыбнулся. — Гражданин Испанской…

Наша комнатка была условно разделена на три части: часть у входа, в которой стоял огромный платяной шкаф, занимающий полкомнаты, дряхлый диван, журнальный стол и табурет, на котором доживал свои последние дни кряхтящий телевизор, — это зона сна Эльфрика; часть за широкой ширмой, расположенной в паре…

Благостыня, истина и красота жестокости. Посвящения, приглашения, вычисления и восхождения. Увертки, ловкие и не очень, и безуспешные попытки не намокнуть, танцуя между каплями дождя. Ритуалы и испытания. Все в пределах или за пределами упорства и уступок, на пути к науке удовлетворения великим…

— Всё хотела спросить, — сказала моя помощница. — А ты кем себя считаешь: воином, учёным или исследователем? Интересный вопрос. Я посмотрел на идущую рядом Лору. Стройные ноги прятались в камуфляжных штанах, тонкую талию с пышной грудью третьего размера прикрывала широкая армейская куртка. На голове…

— Здравствуйте, Александр Петрович, — сказал важный господин с сохранившейся осанкой и вполне неплохой физической формой несмотря на возраст под шестьдесят и высокую должность. Ну настоящий полковник, который личным примером поднимет бойцов в штыковую атаку. Коротко стриженный седой ёжик, серо-стального…

— Марка на цели. Дальность… 3.9. Пуск! — доложил Иннокентий. Ещё одна ракета устремилась к цели. Один виток, второй, и «Атака» встала на курс. Апач начал уходить в сторону, но медленно. — Есть… держу… ещё… твою мать! — выругался Кеша. Ракета попала в борт Апача, но он не рухнул. Двигатель задымил,…

— Тебе, в любом случае, это не по силам, — я сразу перешёл на «ты», не видя смысла церемониться. — И то верно, — согласился Виктор. — Думается, ты стал ещё сильнее, чем был прошлой осенью. Да и твоя покровительница настроена весьма… решительно. Так или иначе, я здесь совсем для другого. Нам надо поговорить.…

— Вы с кем там разговариваете, Андрей Григорьевич? — в открытую дверь кабинета просочился скудоусый паренек в подстреленных и зауженных, как у танцора штанишках и в тенниске в обтяжку. Если бы не его серьезный вид и пытливые глаза, можно было бы подумать, что он не из наших, а из тех, кто на парады в…

— Сядь, — его выражение лица не поменялось, но в голосе появилась сталь. Я скользнула взглядом по креслу, но не сдвинулась с места, лишь выпрямив спину. В глазах Сандра мелькнуло что-то, похожее на сожаление, но, вероятнее всего, мне лишь показалось из-за мерцания пламени свечей. — Мне стало с тобой…

Парня, который спросил: — Просто любопытно: вы плачете в моем туалете по какой-то особой причине? Оливия взвизгнула. Потом попыталась открыть глаза, но ей это почти не удалось. Ее взгляд был затуманен. Она видела лишь размытый контур: кто-то высокий, темноволосый, одетый в черное и… да. Это все.…

— Ну, Максим Темников, что делать с руками, которые я срезал с твоей куртки? — спросил целитель, когда мы остались с ним вдвоем. — Можете оставить себе. Мне-то они точно ни к чему. Кстати, эти руки принадлежали той самой ведьме, которую Лакримоза назвала сучкой, — решил предупредить я его. — Это я…

* * * Они растворились в воздухе. К тому же их было двое, что вдвойне усугубляло драму, как и давление, которое комиссар Медина оказывал на Альбу. * * * В ожидании начала презентации под тусклым светом уличных фонарей выстроилась километровая очередь. Мероприятие совпало с традиционной средневековой…

В доме определенно не было никого, кроме него, но тихий скрип и стук вновь повторились, и на этот раз мальчику удалось определить источник звука: на одном из окон забыли закрыть форточку. Или ее открыло ветром и теперь им же и шевелило. Первым делом он все же побежал к выключателю, чтобы зажечь свет…

— Ага, — говорю я специально чуть другим голосом, пониже, подвывожу интонацию. — Ваша правда, Ваша Светлость. Незаметно от Маши подмигиваю Насте, мол, молчи, не сдавай, и прохожу дальше в комнату. С усмешкой бросаю: — Именно к графу. Подхожу к моему любимому креслу. Никто в него не садится, это…