Чтение онлайн

Очень скоро Александр раскаялся в том, что способствовал возвращению Бурбонов на трон. Перед отъездом из Парижа русский царь добился созыва конституционного собрания, которое должно было подготовить проект основного закона, вводящего во Франции ограниченную монархию. Документ был подготовлен, и Талейран принимал самое деятельное участие в его разработке, однако проект был в конце концов решительно отвергнут Людовиком XVIII. Разочарованию Александра не было предела. Наиболее верную оценку начавшемуся правлению Бурбонов дал Наполеон, причем еще перед своим отречением. Он сказал тогда, что Бурбоны неисправимы и нация смертельно устанет от них уже через год. Так и случилось, причем даже не через год, а месяцем раньше, и ниспровергателем оказался сам Наполеон, вырвавшийся с отведенного ему для проживания острова Эльба.

Перед отъездом Александра из Парижа, 30 мая 1814 года, был подписан мирный договор между Францией и победителями. Как страна, потерпевшая жесточайшее поражение в войне с сильными и жаждавшими мести врагами, Франция, можно сказать, очень легко отделалась. Она не потеряла свои территории, если сравнивать с границами дореволюционной Франции, и, кроме того, еще и приобрела некоторые земли, в частности Эльзас, Южную Бельгию и часть Савойи. Страна, в последние 15 лет регулярно сжигавшая города, расчленявшая европейские страны и облагавшая их контрибуциями, вышла практически безнаказанной из тяжелейшей ситуации, в которой в итоге оказалась. Во многом это была заслуга Талейрана, который участвовал в разработке мирного договора с французской стороны. Однако нужно заметить, что Александр как главный триумфатор прошедшей войны также был не заинтересован в резком ослаблении Франции, поскольку это неминуемо привело бы к усилению Пруссии, что было крайне невыгодно для России. Таким образом, к счастью для Франции, ее интересы и интересы ее победителя совпали. Тем не менее многие представители французской элиты были весьма недовольны итогами договора, считая, что Франция оказалась недостаточно вознаграждена за свои многочисленные победы начала XIX века. Между тем окончательную черту под войнами в Европе должен был подвести конгресс европейских стран, запланированный на сентябрь 1814 года в Вене. Именно этот конгресс стал бесспорным триумфом нашего героя и окончательно обессмертил его имя в мировой истории.

Перед началом конгресса положение Талейрана при французском дворе было не из лучших. Его откровенно презирала старая дворянская элита, вернувшаяся вместе с Бурбонами из эмиграции. Талейрану не могли простить его отступничества от веры, предательства короля, многократных выступлений на стороне революции. Презирали и ненавидели министра и представители новой, наполеоновской, чиновничьей и военной касты, присягнувшие на верность Бурбонам только после отречения Наполеона. Они, и тоже не без основания, считали Талейрана предателем, фактически разрушившим империю Наполеона и приведшим Францию к поражению в войне. Тем не менее никто, кроме Талейрана, не мог справиться с той задачей, которую предстояло решить на венском конгрессе, — сохранить позиции Франции, закрепленные в Парижском договоре, а по возможности и упрочить их. Поэтому он был назначен первым министром при дворе с сохранением поста министра иностранных дел и в начале сентября 1814 года отбыл в Вену.

На конгрессе Франции противостояли четыре сильные европейские державы, страны-победительницы: Россия, Англия, Пруссия и Австрия. Задачей Талейрана было не допустить согласованности действий этих стран, потому что если бы они были едины в своих требованиях, Франции пришлось бы соглашаться на самые невыгодные и унизительные условия. Играть на противоречиях между победителями и, более того, самому создавать такие противоречия — такая цель стояла перед Талейраном накануне Венского конгресса.

Его задача осложнялась тем, что дело происходило в католической Вене — городе, в котором хорошо помнили, как Талейран предал церковь. Кроме того, многие из участников конгресса считали министра прямым виновником убийства герцога Энгиенского, да и в целом его репутация как человека бесчестного и беспринципного была слишком хорошо известна. К тому же многие из участников конгресса вели в свое время переговоры с Талейраном как с министром Наполеона и были вынуждены унижаться перед ним как перед представителем сильнейшей стороны. Теперь у них появилась отличная возможность отыграться за былые унижения.

Поначалу главной целью Талейрана на конгрессе было ослабление позиции России как сильнейшей из победивших держав. С помощью целой сети интриг министр начал подбивать Австрию и Пруссию не допустить еще большего усиления России. Царь Александр решительно настаивал на включении польских земель в состав России и на присоединении к Пруссии Саксонии, выступившей на стороне Наполеона в одной из последних войн. Талейран долго и безуспешно пытался переубедить Александра, поскольку его беспокоило усиление Пруссии, однако царь остался непреклонен. Неуступчивость русского императора по польскому вопросу дала возможность Талейрану разжечь антирусские настроения в Англии, а по вопросу Саксонии — в Австрии. В результате на конгрессе сложился секретный союз Франции, Австрии и Англии, направленный против России и Пруссии. К тому же Франция заключила с Англией чрезвычайно выгодное для англичан соглашение о колониях и таможенном тарифе. В результате этого договора его участникам, действовавшим сообща, удалось добиться значительных уступок по саксонскому вопросу: фактически Пруссия получила лишь половину того, что хотела. Что касается польского вопроса, то Александр пошел лишь на незначительные уступки, согласившись отдать небольшие части польских земель Пруссии и Австрии. Спорить с ним было тяжело, поскольку к тому моменту русские войска уже заняли практически всю Польшу и Александр наотрез отказывался отступать.

В результате бурного обсуждения вопросов о Польше и Саксонии как-то сошел на нет вопрос о самой Франции. В результате остались в силе итоги парижского мира, и Франция, как уже было сказано, не потеряла ничего из своих исконных территорий, а, наоборот, даже кое-что приобрела и не была обложена контрибуцией, которая могла лечь тяжелым бременем на едва окрепшую французскую буржуазию. При отстаивании позиции Франции Талейрану удалось ловко применить принцип «легитимизма»: дескать, та территория, которая изначально принадлежала Франции, никак не может быть отнята, поскольку на нее у французского короля существует легитимное право.

Стоит ли говорить о том, что в своей деятельности на конгрессе Талейран руководствовался не только интересами Франции и ее короля, но и своими личными. Франция, конечно, была заинтересована в сохранении независимой Саксонии в противовес Пруссии. На сама Саксония и ее король были заинтересованы в этом гораздо больше, а потому Талейран получил от саксонского монарха щедрое вознаграждение за свой труд по отстаиванию саксонской независимости. Министр неплохо нажился и на неаполитанском короле Фердинанде IV, представителе итальянских Бурбонов. Казалось бы, все было на стороне Фердинанда IV — и решение венского конгресса, и прямая воля непосредственного начальника Талейрана, Людовика XVIII, и, наконец, всеобщее нежелание видеть на престоле в Неаполе ставленника Наполеона и его же маршала Мюрата. Однако Талейран, искусно утаив уже принятое решение от наивного Фердинанда IV, стребовал с того значительную сумму. Министр наверняка понимал, что Фердинанд в любой момент может догадаться, что его будущее воцарение уже никак не зависит от Талейрана, и поэтому, когда деньги были ему все же доставлены, радовался как ребенок.

Зарабатывал умелый интриган и на мелочах — правда, святых для нового французского короля. В Вене Талейран вдруг вспомнил о годовщине казни Людовика XVI и решил отметить ее траурной панихидой. Среди присутствовавших на этой церемонии было немало тех, кто хорошо помнил о том, как Талейран предал казненного короля. Многие считали, что он просто ломает дешевую комедию, стремясь зачем-то разжалобить иностранных дипломатов. Однако комедия вышла отнюдь не дешевой, и счет (80 тысяч франков) за организацию этой панихиды был представлен к оплате французскому королю.

Как гром среди ясного неба прозвучало на конгрессе сообщение о бегстве Наполеона с острова Эльба. 20 марта Бонапарт вошел в Париж и без единого выстрела восстановил свое правление. Первым делом император предложил Талейрану вернуться к нему на службу. Однако тот не поверил ни в искренность намерений Наполеона по отношению к нему, предававшему его ранее, ни в жизнеспособность восстановленной таким образом империи. К тому же Наполеон параллельно приказал конфисковать все имущество Талейрана во Франции. Император очень хорошо знал, каковы были основные источники доходов его бывшего министра, и, видимо, решил таким образом вернуть себе то, что было в свое время получено как плата за предательство.

Талейран был глух к неоднократным просьбам Наполеона вернуться к нему на службу и, более того, сделал так, чтобы об этих просьбах узнали союзники. Те, в свою очередь, щедро премировали министра за верность в борьбе с Наполеоном, которого к тому времени уже объявили вне закона. Талейран первым поставил свою подпись под этим документом, что не помешало Наполеону и после этого добиваться его возвращения. Уж Наполеону-то была хорошо известна истинная принципиальность бывшего советника и значимость его подписей под различными бумагами. Однако на этот раз Талейран не пошел на сближение с Бонапартом.