Чтение онлайн

CERN – крупнейшая в мире лаборатория физики высоких энергий, расположенная на границе Швейцарии и Франции. Межгосударственная организация, занимающаяся фундаментальными исследованиями строения Вселенной, элементарных частиц и взаимодействий. Она известна Большим адронным коллайдером.

Немецкий институт геофизики GFZ (Немецкий Исследовательский Центр Геонаук (Gfz — Helmholtz Centre Potsdam — German Research Centre For Geosciences) — это главный национальный исследовательский институт Германии в области наук о Земле. Он входит в Ассоциацию Гельмгольца и занимается изучением строения, состава и процессов, происходящих в недрах Земли, включая исследования землетрясений, вулканической активности и природных ресурсов.

Резонанс Шумана — явление образования стоячих электромагнитных волн сверхнизких частот (обычно около 7,8 или 14,3 или 20,8 Гц и т.д.) в полости между поверхностью Земли и ионосферой, действующей как гигантский сферический резонатор. Волны возбуждаются разрядами молний, опоясывают планету и усиливают друг друга, создавая фоновый «пульс» Земли.

Военный аэродром Шагол — стратегический военный аэродром, расположенный в микрорайоне Шагол на северо-западе Челябинска. Он служит базой для воздушных сил РФ, включая бомбардировочную авиацию, и играет ключевую роль в обеспечении обороноспособности региона.

Спектрорадиометр – высокоточный измерительный прибор, предназначенный для количественной оценки абсолютной энергии излучения источников света в широком спектральном диапазоне (ультрафиолетовом, видимом и инфракрасном). Он позволяет не только определить цвет, но и измерить спектральную плотность мощности, яркость, освещенность и силу света. В отличие от спектрометра, спектрорадиометр обеспечивает «абсолютное» измерение.

ELF-VLF — ELF (Extremely Low Frequency — Сверхнизкие частоты, 3–300 Гц) и VLF (Very Low Frequency — Очень низкие частоты, 3–30 кГц) — это диапазоны радиоволн с чрезвычайно низкой частотой и огромной длиной волны (от 10 до 100 км). Они способны огибать земной шар, проникать в грунт и морскую воду, что делает их незаменимыми для связи с подводными лодками, навигации и геофизических исследований.

Глава 3

Директива «Прометей»

Проект «Гравитационный камертон»

Да, мир сосредоточился. Наша земная цивилизация как будто концентрировалась перед последним рывком. Казалось, все распри были забыты. Вот оно — объединение человечества ради великой цели! Свершилось.

Казалось, надо ещё немного, ещё чуть-чуть и мы вырвемся, обойдем проклятие второй ступени шкалы Кардашова.

Мир жаждал явления «прогрессора», Руматы Эсторского в сверкающих латах!

Мир, ошарашенный реальным, чуть не разверзнувшимся адом Третьей мировой, боялся спугнуть наметившееся потепление. Телеэфиры сочились елеем, политики едва не лобызались, хакеры от науки продолжали долбить гранит барьеров мегалитов Тургояка…

ATLAS же отвечал на все попытки «гравитационных танцев» NASA лишь еле внятными отголосками шепота! Да — сомнений нет, никакая это вам не комета, однозначно искусственный объект, явно разум. Отвечающий нам разум! Но… Скорость доступных каналов обмена удручала и равнялась битам. В час. Слепой долбился к глухому…

А ведь иногда просто достаточно остановиться.

Оглянуться. Хоть немного подумать.

Но, что до дрожи пугало финансово вложившиеся корпорации, ATLAS продолжал медленно разгоняться! Наметившись своей выгнутой в сторону созвездия Геркулеса гиперболой на апекс в шаровом скоплении М13…

Космическая гипербола 3l/ATLAS.

Но то ATLAS…

А у нас в квартире в ту ночь на кухне перегорела лампочка…

И я так и не удосужился её поменять. Руки не доходили. Хоть Галя и «пилила»…

Через кажется тысячу лет сидел потом в полумраке армейского бункера, грел ладонями кружку с давно остывшим кофе. И почему-то уже только тогда, в такой же тишине, но уже в одиночестве поймал себя на мысли, что тишина тоже давит. Гнетёт. Что с такой тигины всё и понеслось. Что тогда в этой тишине я прозевал всё. И этим «всё» потерял всех.

Как пацан, как влюбленный осел зависал со своею Айкой. Тянулся слышать её голос. Обсуждал проблемы когнитивных взаимодействий. И тонул в её лучащихся глазах.

Меня, кроме Айки, в то время волновал лишь один вопрос — грант!

Деньги. И висящие дамокловым мечом долги по кредитам. Ипотека, машина, долговое рабство человека XXI века…

Ну ещё, конечно, скреблось, почему это ATLAS так упорно не желает отвечать на наши EM-сигналы. Ведь заголосил же он на водородной линии! И Тургояк у нас разбудил…

А потом понял — мы были рабами! Рабами своей веры. Убежденными идиотами ставшей академической публикацией Коккони и Моррисона. Да ещё где — в топовом Nature!

За эти годы мы почему-то слепо уверовали: «радио — вот оно — то единственное, то самое эффективное средство связи». Ну как же — это же был первый постулат SETI!

Да, Дрейк в 60-х его идею развил. Проектом Ozma вывел в практическую плоскость. А гениальный Сагануже, добив остатки оппонентов, трансформировал до уровня догмы…

Я, сидя хоть дома, хоть в своём кабинете в Институте, смотрел на сосредоточенное личико Айайайки и думал. Размышлял, а что если все мы колоссально ошибаемся? Что если…

Нет, не Коккони с Моррисоном — они-то как раз и были чёртовыми гениями своего времени. А вот мы ошиблись! Мы, их слепые эпигоны. Отвергнувшие главный постулат науки — бери всё всегда под сомнение.

Попробуй откатиться назад — пусть на каких-то жалких 200 лет! Изменили историю, Попов не родился, не поразил своими разрядами Петербург… Или Тесла и Эдисон не смогли обуздать капризный ток, нет Вольта и Фарадея — и всё! Гелиограф правит балом, SETI в пролёте с такой притягательной догмой…

Очевидно же!

Логике не противоречит и мысль, что коммуникация космического разума, того, что старше нас на миллионы лет, основана на чём-то принципиально ином.

Вполне? Вполне!

Например, не на нашем примитивном шуме в элетромагнитных полях? Который в придачу интерферирует, рассеивается и искажается уже через какие-то жалкие сотни километров…

А что если их коммуникация — в гравитационных флуктуациях? В изменении самой геометрии пространства-времени?

Возможно?