Чтение онлайн

— Остановись, безумец, — начала закипать Хромцова. — Ты с ума спятил, что ли? Какие оскорбления? Я просто говорю, что…

— Вот, теперь еще назвали сумасшедшим, — нагло перебил я ошарашенную женщину. — Проигнорировать подобное неуважение, означает, запятнать свою честь…

— Васильков, думай… — шокированная Агриппина Ивановна, на секунду остановилась, — Ээээ, думайте, что говорите…

— Вице-адмирал Хромцова, я вызываю вас на поединок, — нещадно добивал я сознание женщины, которой, несмотря на весь ее боевой опыт, явно в своей жизни ни разу не приходилось драться на дуэли из-за подобных пустяков, тем более с мужчиной.

Согласен, я в ее глазах, да и в глазах всех свидетелей разыгранной мною ссоры выглядел нелепо и даже смешно. Но что прикажете делать, и как остановить эту жаждущую отмщения за своих погибших космоморяков женщину. Хромцова, позволь я это, ведь действительно пуститься в погоню за Вишневским-младшим и действительно настигнет его и даже опрокинет и уничтожит все его корабли. Но вот что будет дальше.

А дальше я совершенно был не согласен с выводами Агриппины Ивановны о том, что ее дивизия успеть разделаться с польской хоругвью… Нет, расстояния и времени на это у наших не хватит. Я практически был уверен, что Вишневский-старший стоит со своим флотом у самой кромки «тумана войны», это следовало из показаний сканеров, которые давали максимальные значения работы РЭБ-зондов противника именно в квадрате, к которому, судя по траектории, двигалась 4-ая хоругвь. Ну не вырвутся, возможно, кроме быстроходных эсминцев, и то, если Хромцова догадается отдать им приказ на отступление, корабли 5-ой «ударного» из этой западни. Вот поэтому я сейчас и разыгрывал очередную комедию, делая оскорбленную физиономию столичного невротика, к которому, о ужас, неподобающе обратились. И я намеревался играть эту роль до конца, только бы отвлечь Хромцову от преследования поляков. Красовского с горем пополам вытащил, хотя надо признать, прежде всего, с помощью той же Агриппины Ивановны, теперь настал черед браться за эту пышущую злобой дамочку…

А Хромцова, к моему удовлетворению, и в правду закусила удила, покраснев, это было заметно даже через экран, и заиграв на лице желваками от презрения ко мне.

— Ты и вправду решил подраться?! — воскликнула женщина, еле сдерживаясь. — Подраться, когда идет война?! Когда это запрещено законом?! Хотя ладно, последний довод, это чушь собачья… Но, куда катиться этот мир, где мужчины ведут себя как курсистки… Хотя какой ты мужчина, Васильков, ты жалкий сейчас…

— Выбор оружия и места поединка за вами, вице-адмирал, — между тем продолжал я. — Время дуэли, так как вы меня жестоко оскорбили, выберу я.

Я прекрасно знал правила поединков и знал, что первому дают право выбора в том числе и времени человеку, которого вызвали на дуэль. Но мне-то нужно было задержать Хромцову именно сейчас, поэтому я под шумок и рассчитывая на злость, клокочущую сейчас внутри вице-адмирала, вставил этот небольшой пункт. И вы знаете, сработало, Агриппина Ивановна была на взводе, не обратив внимания на эту незначительную, как ей показалось, поправку и позволила мне установить время.

— У тебя на «Одиноком», — медленно произнесла Агриппина Ивановна, прожигая меня ненавидящим взглядом через экран. — На саблях и в доспехах…

— Согласен, — кивнул я. — Время поединка: 14:00…

— Это же через час с небольшим?! — изумленно воскликнула Хромцова, посмотрев на таймер.

— В этот момент как раз ваша дивизия будет проходить рядом с теми координатами, где сейчас находятся «Одинокий», «Екатерина Великая» и «Пантелеймон», — кивнул я.

— Как ты знаешь, последующие несколько часов я немного буду занята, — напомнила мне вице-адмирал о том, что ей надо догнать и разделаться с польской хоругвью.

— Дуэль не займет много времени, — ответил на это я. — Вы же все подсчитали… Ну, разберетесь с Вишневским-младшим на полчаса попозже…

— Ладно, ты сам напросился, — несколько секунд подумав, одобрительно кивнула Хромцова. — Ровно в два я буду на «Одиноком»…

— С нетерпением буду ждать нашей встречи, — напоследок съязвил я, улыбнувшись.

— Вот думаю, может, легче тебя пристрелить, как собаку, а не опускаться до поединка, ведь ты, Васильков, после всего произнесенного только этого и достоин, — на прощанье сказала мне Агриппина Ивановна, отключая экран…

Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Таврида» — сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: не определен — спорный сектор пространства.

Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.

Точка пространства: сектор межзвездного перехода «Таврида–Бессарабия».

Борт тяжелого крейсера «Одинокий».

Дата: 29 февраля 2215 года.

— Я всегда знал, что ты не дружишь с головой, Васильков, но ты все равно каждый раз не перестаешь меня удивлять, — хмыкнул контр-адмирал Красовский, узнавший о моем намечающемся поединке с Хромцовой и прибывший по такому важному случаю на «Одинокий».

Александр Михайлович, сгорая от любопытства, чем все это дело закончится, на время отставил в сторону свою ко мне неприязнь. Тем более что визит вежливости на мой крейсер все равно напрашивался, я как-никак своим появлением выручил «Екатерину Великую» и «Пантелеймон», совсем к тому моменту дышащие на ладан под огнем поляков. Команда флагманского авианосца Красовского не поняла, если бы их командующий официально не выразил бы мне и моему экипажу благодарность. Конечно, Александр Михайлович делал это как всегда через губу и на лице его было видно, что дается это ему с большим трудом, но тем не менее, все же сказал редкое для себя слово «Спасибо за помощь». Я даже растерялся на секунду, потому, что никогда не слышал до этого момента от Красовского ничего подобного.

Однако за минуту разделавшись с официальной повесткой визита, этот хлыщ снова стал самим собой, таким же самовлюбленным, чопорным и относящимся ко всем остальным, включая меня, как к низшему сословию.

— Послать вызов вице-адмиралу Хромцовой это было, хочу тебе сказать, сильно, но при этом крайне глупо, — усмехнулся Александр Михайлович, мысленно уже потирая влажные ручки, от ожидания последствий для меня, которые обязательно произойдут после дуэли.

Причем, Красовский понимал, чем бы ни закончился поединок, головы его непримиримому врагу — контр-адмиралу Василькову все равно не сносить. Разрубит его пополам Агриппина Ивановна — великолепно, ранит или не тем более убьет он ее, — в таком случае решение Следственной Комиссий космофлота будет самым строжайшим, какое только можно было себе представить. Василькову не помогут ни его связи при дворе, ни родственнички в лице Дессе, ни его вошедшая в легенду удача.

«Разжалуют этого выскочку в космоматросы без каких-либо сожалений, что ж, туда ему и дорога» — так думал Александр Михайлович, улыбаясь своей очаровательной улыбкой и пребывая в самом благоприятном расположении духа, на время даже забыв, как только что лишился чуть ли не последних кораблей своей 10-ой «линейной» дивизии, погибших в бою с хоругвью Вишневского…

Я видел радостный блеск в глазах своего собеседника, но не обращал на это никакого внимания, полностью сосредоточенный на своих действиях в отношении Хромцовой, корабли которой к этому моменту уже подошли в квадрат, где находились мой крейсер с двумя поврежденными вымпелами Красовского. И в данную минуту флагман Агриппины Ивановны — линкор «Паллада» подходил вплотную к «Одинокому», а с его палубы в направлении нас уже вылетел офицерский вельбот с командующей 5-ой «ударной» дивизией на борту…