Чтение онлайн

— Погодите. Неужели никто из вас не может ответить на такой простой вопрос? Я что, зря вас об…

— Проигранное дело.

Вероятно, будет преуменьшением сказать, что в эту секунду едва ли не каждый повернул голову в её сторону. Екатерина, молчавшая до этого момента, слегка смутилась.

— Поясни нам, Руденко, — предложил я ей.

— Я имею в виду, что поражение в процессе будет куда более опасно для клиента, чем попытка добиться положительного исхода.

— Верно, — кивнул я и повернулся к Шарфину. — Видишь, какая штука, Юра. Случай, который ты так ловко описал, создаёт прецедент. У тебя нет возможности добиться справедливого и положительного исхода для своего клиента. Всё, что тебе осталось бы в таком положении, это выкручиваться. Давить, если нужно. Манипулировать. Обманывать. Или ты забыл, каково главное правило? Интересы вашего клиента превыше всего…

— Что не отменяет того факта, что вы нарушили правила, — тут же вставил Юрий, очевидно довольный тем, что только что уличил меня в этом. — Признание этого факта должно поставить под сомнение вашу профессиональную пригодность как преподавателя! По хорошему, я считаю, что вас должны отстранить от вашей должности из-за несоответствия…

— Ты не дал мне договорить, — спокойно прервал я его тираду, чем, похоже, немало удивил. — Если бы ты дослушал меня, то я бы сказал, что описанный тобой случай — это прямое и вопиющее нарушение кодекса адвокатской этики. Как адвокат, вы всегда должны помнить: любое взаимодействие с противоположной стороной должно происходить через её официального представителя или с его ведома! Запомните! Это защищает не только вас, но и вашего клиента от возможных правовых и этических осложнений. Даже если вам по какой-то причине кажется, что вы можете «достучаться» до ответчика лично, это почти всегда будет крайне плохой идеей. Профессионализм требует соблюдения формальностей, даже если они кажутся излишними.

На лице Шарфина появилось насмешливое выражение.

— Серьёзно? Вы только что признались нам в том, что сделали это, а теперь говорите, что, мол, так делать нельзя? Не слишком ли это лицемерно?

— Ну, во-первых, я ни в чём не признавался, — пожал я плечами. — Я участвовал в обсуждении предложенного тобой случая и того, что, по твоим утверждениям, могло там произойти. И я ни разу не сказал, что являлся участником тех событий.

А вот теперь он удивился.

— Но вы же только что…

— Прошу прощения, что встреваю в ваш разговор, — издевательски вежливо извинился Меньшиков, — но, боюсь, молодой человек, что твой преподаватель прав. О том, что нечто подобное могло произойти, говорил лишь ты. Твой преподаватель лишь развивал твою мысль, выведя её к довольно хорошему, как мне кажется, заключению.

А вот тут Юрий уже ничего сказать не смог. Я ощущал его эмоции. Злость. Раздражение от упущенной возможности. Но ничего. Мы и не таких обламывали.

Вопрос в другом. Поймёт ли он, что его попытка провалилась, продолжит гнуть свою линию, или же отступит?

— Да, ваше высочество, — всё-таки решил он принять верное решение. — Вы правы. Прошу прощения…

— О, вам не за что извиняться, молодой человек, — Меньшиков даже рукой махнул, чтобы показать, насколько этот случай не важен. — Главное, что в результате этого вы получили новые знания, ведь так? Разве вы здесь не за этим?

— Конечно, ваше высочество, — натянуто улыбнулся парень. — Разумеется за этим.

Дальнейшее занятие прошло относительно спокойно. Я и сам рисковать не хотел в присутствии Меньшикова, который, кажется, не торопился уходить. Так что давал материал исключительно по методичкам Софии, чтобы не ляпнуть что-то лишнее. Тем более что до конца занятия оставалось не более получаса и прошли они довольно спокойно. Под конец общение и вовсе свелось к нашему с Меньшиковым обсуждению мелких особенностей преподаваемого предмета. Как оказалось, этот мужик очень хорошо подкован в праве.

После того как занятия завершились, я спокойно дал им материал для домашней работы и дождался, когда все покинут аудиторию. Учитывая, что наш «гость» не торопился это сделать, думаю, не будет излишним сказать, что моих студентов просто сдуло из аудитории.

Как только последний из них вышел, внутрь заглянул один из охранников.

— Ваше высочество, прошу прощения, но смею вам напомнить, что через пятнадцать минут у вас обед с ректором университета.

— Я помню. Оставь нас, я выйду через несколько минут.

— Конечно, ваше высочество. Как прикажете.

Охранник поклонился и вышел из аудитории, закрыв за собой дверь и оставив нас с Меньшиковым в одиночестве.

— Знаете, Александр, вы весьма хорошо ведёте свой предмет, несмотря на ваш возраст, — спустя несколько секунд молчания проговорил Меньшиков.

— Благодарю, ваше высочество, — я чуть склонил голову в благодарном поклоне.

— И это ставит меня в крайне неловкую, я бы даже сказал, сложную ситуацию, — продолжил он.

— В какую же? — рискнул уточнить я.

— Да вот, я сижу и размышляю. Даже более того, теряюсь в догадках, а не стоит ли мне прямо сейчас закончить то, что, как оказывается, не было доведено до конца двадцать лет назад?

Конец десятого тома.

От авторов: спасибо вам, что вы с нами. Мы читаем все ваши комментарии и сообщения в личке. И всегда обращаем на них внимание, даже если вам так не кажется. Ваше мнение всегда имеет для нас значение. Мы знаем, что могли оступиться кое где, но не ошибается лишь тот, кто ничего не делает. Спасибо вам за то, что вы с нами.

Вы лучшая аудитория о которой можно мечтать.

Продолжение здесь: https://author.today/reader/447508/4153089