Чтение онлайн

Она представила, как он помазывает ее брата елеем.

«Кто скажет слово о нашем брате Иезекииле?»

Мысленно она обратилась к плачущим верующим… и особенно к Бет. Даже в воображении ей было трудно смотреть сестре в глаза. «Ты не смогла защитить его? — говорили эти глаза. — Ты бросила меня ради него, и даже не смогла уберечь его?»

Бет не простит ей этого, и Агнес тоже не простит себе, даже если проживет сто лет. Но она все еще не понимала своей ошибки… Что она сделала не так?

Она вспомнила утро в пещере: испытание и зараженных волков. Для чего ее проверяли? Если ей не суждено спасти Иезекииля, то какова же ее судьба?

Она гладила его прохладный лоб, тихонько напевая. Его губы побелели, а глаза закатились во сне. Она молилась, чтобы это были хорошие сны… что он играет на лугу с Сэмом, что близнецы играют честно, и что он бежит быстрее, чем когда-либо.

Кто-то зашуршал тканью палатки.

— Агнес? — послышался голос Дэнни.

Она вздохнула, подумав: «Не сейчас». Но его голос дрожал от беспокойства, и она не стала его прогонять.

— Входи.

Дэнни расстегнул молнию палатки, впустив в нее лунный свет. Бенни, только что накормленный, трусил за ним. Кот поспешил к Зику — своему хозяину, распростертому на груде грязных спальных мешков — и свернулся калачиком у его головы.

— Угадай, что делают Макс и Джаз.

Агнес моргнула, не в настроении гадать.

— Они обыскивают развалины «Милосердия» в поисках инсулина. Они не сдаются. Никто из нас не сдаётся.

Ее губы дрогнули. Чужаки были неукротимы, даже когда явно терпели поражение.

— Зик умирает, — сказала она Дэнни. — Я пытаюсь понять, почему.

Он молча кивнул.

— Хочешь, составлю компанию?

— Нет, спасибо.

— Я принес твою сумку. — Дэнни покачал ее в руке. — И твой телефон тоже. Он только что зарядился.

— Зачем? Он все равно не работает.

— Да, но у тебя есть голосовое сообщение. Джаз заметила. Она сказала, что тебе звонили раньше?

Агнес замерла.

Бет. Оставила ли она сообщение?

Она напряжённо провела большим пальцем по хрустальному экрану телефона. Сначала сообщение было искажено, затем голос стал четким. Она удивленно прикрыла рот рукой.

«Агнес, ты должна вернуться, ты должна вернуться домой!»

— Кто это? — одними губами спросил Дэнни.

Агнес покачала головой, напряженно прислушиваясь.

Голос Бет быстро задребезжал, слова лились из нее неудержимым потоком.

«Ты нужна в Ред-Крике. Люди в бункере больны. Мы с Кори думаем… нет, мы знаем… что ты можешь спасти их. Помнишь, что ты мне рассказывала? Ты говорила, что земля гудит. Пророки тоже слышали это… только они думали, что их сила существует только для того, чтобы служить им. Они никогда не видели большей цели».

Приглушенный звук. Агнес была абсолютно уверена, что сестра плачет, оторвавшись от телефона. На другом конце провода — на другом конце света — Бет высморкалась.

«Ты можешь спасти их, Агнес. Ты должна вернуться. Ты можешь спасти их всех».

Телефон звякнул. Сообщение закончилось.

Она все неправильно поняла.

«Ред-Крик — мой Сион».

Она все время шла не в ту сторону. Она сунула кулак в рот, чтобы подавить рыдание.

Дэнни опустился на колени рядом с ней и погладил ее колени, говоря: «Эй, все в порядке, ты в порядке», но она едва заметила его. Бет казалась такой опустошенной, такой потерянной.

— Меня не было рядом, когда она нуждалась во мне, — воскликнула Агнес. — Меня там не было.

— Кто, Агнес? Кому ты была нужна?

— Бет! — воскликнула она. — Но, Дэнни, это еще не самое худшее. Глас божий… он сказал мне…

Она не могла говорить от слез.

Она всегда винила Пророка за то, что он сбил верующих с пути истинного, но возможно, все началось с неверного толкования, как она неверно истолковала Божье повеление? Возможно, столкнувшись с множеством тонов таинственного голоса Бога, каждый человек был готов услышать то, что хотел?

Дэнни погладил ее по волосам.

— Что сказал тебе Бог?

Она судорожно вздохнула.

— Бог сказал: «Твое испытание окончено. А теперь возвращайся в Сион». Но я не догадалась, разве ты не понимаешь? Точно так же, как и пророки, я ошиблась.

Она вцепилась в плечи Дэнни, впиваясь ногтями в плоть.

— Я думала, что должна найти Зику новый Сион. Но, Дэнни, Извне нет никакого убежища. Это была единственная истина, которую когда-либо говорил Пророк. И это было прямо там, в послании, когда Бог сказал мне вернуться.

— Агнес, — успокоил он ее. — Ты не можешь винить себя. Ты не могла знать…

— Но я же знала! — Слова вылетели из нее, и руки отпустили его, чтобы потянуть за ленту в волосах. — Я видела, как низко пал мир. Но я была слишком сосредоточена на том, чтобы найти для своего младшего брата дом, когда должна была попытаться сделать его сама. Это то, о чем просил меня Бог, но я не слушала. В глазах Господа я мятежница.

Рядом с безмятежным лицом брата Бенни подёргивал хвостом, раздраженный избытком эмоций.

— Потерять Зика — это настоящее испытание, — прошептала она. — Это были не волки и не пещера. Бог поразил Иезекииля, чтобы увидеть, буду ли я использовать свою силу только для того, чтобы служить себе. Или, наконец, пойму, что дело вовсе не во мне.

Глаза Дэнни расширились от боли.

— Если это правда, Агнес, то твой Бог жесток.

Глядя на брата, Агнес поникла.

Дэнни отбросил ее рюкзак в сторону, чтобы обнять. В конце концов, именно за этим он и пришел. Мешок, брошенный так небрежно, с тяжелым металлическим лязгом ударился о покрытый брезентом камень.

Глаза Агнес расширились при одном воспоминании.

Она отодвинулась от Дэнни, удивляясь. Потому что, хотя она и знала, что ее Бог иногда бывает жестоким, пространство молитвы проявило милосердие.

Наконец-то милосердие.

— Погоди. Осталось попробовать еще кое-что.

Дэнни проследил за ее взглядом и посмотрел на брошенную сумку.

«Бет, просто оставайся на месте. Бет, я тебя слышу, я иду».

— Он не умрет, — выдохнула она и чуть не упала, отчаянно хватаясь за сумку.