Чтение онлайн

–И какое же? – еле сдерживая боль, спросила я, а у самой чуть глаза предательски не заслезились.

–На меня подал в суд заказчик, он хочет вернуть деньги за неисполненный заказ, хотя по его проекту была разработана реклама, – пояснил мужчина, голос его был приятный, по моему телу пробежались мурашки.

–Ты подготовишь все к суду и защитишь его на суде, – спокойно проговорил отец, слегка ослабив хватку. Синяк точно будет.

–А почему не ты, папа? – спросила я, слезы все-таки проступили на глаза.

–Я не хотел говорить при твоей маме, потому что еще вчера точно не знал. Я уезжаю в командировку на три дня в Париж. Там нужно кое-что решить в одном из филиалов, – проговорил спокойно отец и отпустил мое плечо.

–Допустим, – кивнула я, почувствовав свободу, – У тебя куча юристов.

–Я хочу, чтоб это была ты, – повысил голос отец.

–А я сказала, нет и на этом точка, я не буду с ним работать, – ответила я тем же.

–Кира, – смотрел на меня в упор, словно на жертву отец, – Мы всегда сотрудничали с компанией Мишеля, и я не собираюсь выслушивать твои детские капризы.

–Прекрасно, вы можете идти, я тоже не намерена наблюдать этот нелепый спектакль, – села, наконец, на свое место я.

–И почему вы мне отказываете, позвольте узнать? – подал голос до сих пор молчавший Мишель.

–Потому что я вчера вам отказала! Вы сами не знаете, что вам нужно, неудивительно, что клиенты на вас жалуются, – проговорила сухо я.

–Кира! – возмутился отец моей прямолинейности.

–Еще вчера он пришел и просил к нему наняться юристом на постоянной основе, сегодня вы говорите о сопровождении дела в суде! – начинала закипать я.

–Просто вы струсили, – улыбнулся мужчина, да так, что захотелось кинуть в него стулом.

–Чего мне бояться? Вашего дела? Оно решится за одно заседание, – спокойно я.

–Ну, значит, вы не настолько хороши, чтоб решить мое дело в одно заседание, – снова сверкнул глазами он, только теперь с вызовом.

–Век бы вас не видеть, – прищурила глаза со злости я, – Оля подготовит договор на моих условиях.

–Нет, вот договор и вы его подпишите, – сухо мужчина.

–Ваша самоуверенность зашкаливает, – бросила ему я.

–Кир, договор прочитан и подписан мной, ты выступаешь, как мой работник, тебе только поставить свою подпись, – снова вступился за него отец.

–Вот и сотрудничайте дальше, а ты, папа, ищи другого работника, – последнее слово я намеренно подчеркнула.

–Кирк, действительно, я теряю время, – показательно посмотрел на часы мужчина, – Дай мне голубоглазую длинноногую блондинку и она точно решит мое дело еще до суда.

–Хорошо, пусть Алена займется тобой, у нее есть такой опыт, – усмехнулся отец.

Они сейчас надо мной смеялись. Алена единственная бездарность в папиной компании, она проиграла десять дел и лишь одно выиграла, переспав с судьей. Я не понимала, почему ее держит отец на работе и в такой должности, по ее развитию, максимум на что она была способна так это для интерьера стоять и приветствовать клиентов. Она даже не ориентировалась в офисе, в котором работала больше трех лет. Во мне зашкаливал прилив злости, я больше этого не могла терпеть, мне хотелось сейчас же выгнать этих двоих из своего кабинета. Я вырвала из рук мужчины договор и поставила свои подписи, где было нужно, и швырнула обратно прямо в лицо клиенту эти проклятые бумаги. Мишель с улыбкой собрал страницы и встал с кресла. Он подошел ко мне вплотную. Я ощутила его дыхание на своем лице. Мишель был выше меня почти на голову, мои глаза были на уровне его шеи. Я подняла голову. Серые, металлические глаза сверлили меня. На секунду даже показалось, что у меня в голове уже появилась небольшая дырочка, которая в мгновение разрастется до страшных размеров. Он наклонился к моему уху и проговорил достаточно тихо, его услышала только я:

–Я сделаю все от меня зависящее, Кира Кирилловна, чтоб вы пожалели о том, что сделали.

–Вы мне угрожаете? – спросила с вызовом я также тихо. Мы находились в непозволительной близости друг от друга. Я ощущала от его груди бешеный жар, который захватывал меня в своеобразный водоворот. Впервые такое было. Я терялась именно из-за этого ощущения, от злости не осталось и следа. Все, что я могла сейчас ощущать, так это бесконтрольную дрожь моего тела.

–Я предупреждаю, – выдохнул он мне в ухо. Одновременно во мне промчалось два чувства: возбуждение и дикая обида. Я среагировала правильно и выбрала обиду. Какого черта вообще я стою, почти прижавшись к этому наглому, самодовольному хлыщу, и довольствуюсь этой близостью. Он пытается унизить меня сейчас в глазах отца и опустить мою гордость ниже плинтуса, а я как девчонка краснею! Я, пошатнувшись, отошла в сторону, после чего громко заявила:

–Уходите из моего кабинета прочь! Вы кем себя возомнили? Значит, вас послала женщина, вы обратились к ее отцу, чтоб он помог ей передумать и теперь думаете, что вам все позволено?

–Кира! – вмешался, наконец, отец.

–Это последний твой клиент, папа! Я не хочу больше видеть подобных ему в своем кабинете! – кричала я.

–Подобных мне? – подал голос хлыщ, видимо все-таки задела. Наконец-то. Он отошел от меня к окну, долго стоял спиной, я ощутила даже на таком расстоянии его бешенство, эту бурю, от которой бросало в жар. Эти две минуты молчания казались страшными, я не понимала почему, однако, ощущала всеми фибрами души, что дальше будет хуже и пора убегать. Убедив себя остаться и досмотреть действие спектакля до конца, я услышала следующие слова, – Я достаточно сегодня услышал. Мне порекомендовали вас, как отличного специалиста в области юриспруденции, однако, вы слишком эмоциональны и не подходите для решения моих дел.

Договор был положен на мой стол и клиент вышел. Просто взял и вышел, а это меня до такой степени задело, что я не понимала даже чем именно. Меня разом довели до безумия и обвинили в некомпетентности. Вот так буря. Вот так поворот. Я повернулась к отцу, он стоял нахмуренный. По его взгляду было видно, что сейчас меня ждет взбучка. И тут я поняла, что дважды сегодня попала под раздачу. Вот так утро нового дня.

–Кира! – на весь кабинет раздался его грозный голос, мне даже показалось, что прошлось эхом еще много раз, – Ты ведешь себя как маленький ребенок! Это не позволительно, учитывая твой возраст и положение! Что ты вообще вытворяешь? С ним хочу работать, с ним нет! Это что еще такое?! Я сказал нужно, Кира! Тебе заплатят большие деньги, конечно, давай их отдадим другому юристу. Я молчу про то, что Мишель мой давний партнер! Сейчас же ты выйдешь со мной и извинишься перед ним!

–Партнер по чему, пап? По рекламе твоей юридической компании? Или он постоянный клиент? Неужели настолько все плохо, что клиенты постоянно подают в суд?! – я не умела сдерживаться это точно, и чего меня понесло в ответный удар?

–Это неважно, Кира! К тебе пришел мой клиент, будь добра помочь ему! – на лице отца заиграли желваки, он сейчас был очень зол определенно.

–Мне надоели твои клиенты! Он заявился в мой кабинет и угрожал мне! Ты им тоже это позволяешь, пап? – кричала я, потому что тоже была вне себя от злости.

–Все решено, Кира, – мгновенно успокоился отец. Я удивляюсь его самоконтролю, – С завтрашнего дня твоя первоочередная обязанность помочь Мишелю. Решишь дело до суда – быстрее отделаешься и получишь свои деньги, потом возьмешь отпуск и придешь в себя. Нет, значит, решишь в суде. Сейчас идем, ты извинишься за свое поведение!

Я не успела и слова в дорогу вымолвить, он схватил меня за руку и мы быстрым шагом промчались мимо стола моей секретарши и оказались на улице перед этим мужчиной. Он стоял, облокотившись на капот автомобиля, и курил сигарету. Я невольно бросила взгляд на его внешний вид. Одет с иголочки, но вот именно сейчас он был таким обычным. Волосы на ветру растрепались, невольно захотелось рукой коснуться их. Глаза такие растерянные, холодные, только не айсберги, как накануне, а как у мальчишки, который боялся чего-то. Сердце невольно сжалось. Я обвинила его в том, что он, такой как все, только я ошиблась. Хотелось прижаться к его горячей груди и извиниться, несмотря на все события, что были в моем кабинете. Отец немного подтолкнул меня вперед, как провинившегося ребенка. Я покраснела с ног до головы, ощущать себя такой виноватой и такой беспомощной одновременно, откровенно говоря, стыдно.