Чтение онлайн

— Посмотри на меня, крошка, я должен убедиться, что ты в порядке.

Я втягиваю в себя большую порцию кислорода, задерживаю ее в легких и поднимаю голову. Его взгляд давно уже не сонный, а жесткий и контролирующий. Взгляд, которому я не могу противостоять. Я видела его в действии миллион раз; этот взгляд всегда говорил о его решительном настрое, невзирая на обстоятельства, и с таким взглядом вам бы не захотелось пересечься.

Думаю, это какая-то игра, но надеюсь, он бросит эту затею. Здесь нечего обсуждать.

— Послушай, Джи, я знаю, ты хочешь, как лучше, но это дерьмо… дерьмо, с которым я не хочу иметь дело. Ни сейчас, ни потом. Я даже не уверена, что когда-нибудь захочу. О чем здесь вообще можно говорить, а? Это не та дорога, по которой я готова пойти. Она давно перекрыта объездными знаками, огромными, черт возьми, предупреждениями, предлагающими выбрать другой маршрут. Я лишь причиню себе дополнительную боль и страдание, а мне бы этого не хотелось. Неужели я не могу выпросить для себя капельку счастья, способного разогнать это черное облако? — я даже не даю ему возможности вставить что-то, обрывая, прежде чем он попробует мне возразить. — Мы теперь знаем… что вы… что вы с ним друзья. Давай, просто оставим все как есть. Ты можешь дружить с ним и со мной. Думаю, мы никогда с ним не столкнемся. Никогда.

Я уверена, что он пытается усмирить свой взрывной характер, а может у него просто возник какой-то замысловатый спор с самим собой, кто его знает. На данный момент меня это не волнует; даже не собираюсь из-за этого переживать. Не когда на моей коже по-прежнему такие свежие раны. Я чувствую, как у меня в голове прокручивается фильм, снова и снова одни и те же картинки. Образы забытого прошлого и потерянного будущего.

— Иззи, это так просто не пройдет. Рано или поздно тебе придется иметь с этим дело, — я знаю, что он прав, я действительно это понимаю, но это не означает, что я должна с ним согласиться. Отрицание — идеальное убежище, стоит только собраться и двинуться к нему. — Он будет моим партнером, поселится здесь и останется, Из. Он не исчезнет.

У меня не хватает сил и энергии на эту борьбу, и я знаю, что для одного из нас она закончится поражением. В ходе противостояния мне понадобится все мое остроумие, потому что с Грегом сражаться нелегко.

— Я понимаю, что этого не избежать, но я не намерена разбираться со всем этим прямо сейчас, черт побери, — как же мне хочется что-нибудь расколошматить. Почему мы не можем просто притвориться, что вчера ничего не произошло, ведь я – первоклассный специалист по скрытию проблем, это игра, в которую я играю лучше всех. С глаз долой – из сердца вон.

— Крошка, это мучает меня, я чувствую себя виноватым, как кусок дерьма. Ты можешь забыть или попытаться забыть, но я не могу. Я знаю, чего тебе стоила прошлая ночь, и я не могу сидеть сложа руки, зная, что ты страдаешь от боли, — он качает головой, его голубые глаза больше не излучают тот яркий блеск. — Я должен был знать, но… черт, Из, я никогда не знал его как Акселя, — он снова замолкает, либо таким образом демонстрируя свой актерский талант, либо просто пытаясь найти лучший способ, чтобы меня разозлить, не знаю, но именно в тот момент, когда я готова была сорваться, он продолжает. — Я всегда знал его как Рида. Когда мы познакомились с ним на курсе базовой подготовки, он был Х. Рид, и с тех пор мы звали его Ридом, Акселем… черт, крошка, он никогда не был Акселем. Когда мы выпустились, и он открыл свою контору в сфере безопасности, это был единственный раз, когда я услышал, что он зовет себя иначе, не Ридом, но и не Акселем. Клянусь тебе.

Почему это настолько важно? Если бы меня так не заботила моя дружба с Грегом, я бы убила его, на хрен. Сумасшедшая белая девчонка надирает его задницу.

— Холт, правильно? — я смеюсь, но в глубине души мне не до смеха. — Он всегда ненавидел это имя, говорил, что оно напоминало ему о его старике, — бормочу я, снова смахивая невидимую пушинку. — Грег, пожалуйста, мы можем не обсуждать это прямо сейчас?

Какое-то время он смотрит на меня, оценивая, изучая, и в очередной раз пытаясь подобрать правильные слова.

— Из, мы справимся с этим, черт побери. Я не позволю тебе сидеть здесь и терзаться. Не когда я могу это исправить, и не когда у меня есть возможность хоть что-то предпринять. — Жестко и хлестко. Безапелляционно. Его тон не оставляет места сомнениям, он целеустремлен и готов пойти на все.

Чертовски упрямый осел. Иногда мы слишком похожи друг на друга.

— Я в порядке, правда, мне просто нужно поразмыслить, — я лгу. Он знает, что я его обманываю, это видно по его лицу. Он бы мог мне подыграть, если бы не этот суровый взгляд. Моя ложь только что убедила его в том, что я не умею притворяться.

— Ты не в порядке, крошка, далеко не в порядке. Если ты ждешь, что я смирюсь и куплюсь на эту тарелку дерьма, которой ты настойчиво пытаешься меня накормить, ты выжила из ума. Не забывай о том, что я тебя знаю. Такие игры со мной не пройдут.

— Грег, ты серьезно? — гневно выпаливаю я. — Ты, мать твою, серьезно? Я не пытаюсь накормить тебя каким-либо дерьмом. Я просто не хочу ворошить прошлое. Это же так очевидно. У меня нет никакого скрытого мотива. Просто дай мне гребаную передышку, ты ведь знаешь, ты, блин, знаешь, что все это значит для меня. Не мог бы ты дать мне минутку, чтобы я поняла, как мне обмозговать это дерьмо? Мертв, Джи, он был мертв двенадцать лет, и вдруг оказывается, что это не так, что я могу просто проснуться и столкнуться с этим лицом к лицу, — я уверена, что у меня сдали нервы, и я бы себя паршиво чувствовала, если бы не была так зла. Он не позволяет мне это принять, он не дает мне подумать. Мне просто нужна секунда, одна чертова секунда на то, чтобы разложить по полочкам весь этот кавардак.

После моей яростной вспышки он выглядит чуть более чутким, не намного, но я вижу, что он очень старается взглянуть на все с моей точки зрения.

— Сегодня я отстану от тебя, Иззи, но знай, мы к этому разговору еще вернемся. Не игнорируй, не замыкайся. Банка открыта и как бы ты не старалась, ты не загонишь всех червей обратно, — он сжимает мою ногу и встает. Бросает на меня еще один серьезный взгляд и, повернувшись, тяжелой поступью выходит из моей комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.

Ну, все прошло не так уж плохо.

Я знаю, что он прав. Мне придется со всем этим разбираться. Было бы достаточно того, что я этого не хочу, но мне предстоит столкнуться с этим лицом к лицу. Все остальное я даже видеть не хочу на своем радаре, но оно есть. Я разберусь с этим, но на своих условиях, и это будет не сегодня.

Я опять ложусь и поворачиваюсь на бок, лицом к большому панорамному окну, гляжу на яркое безоблачное небо Джорджии. Какая охренительная нервотрепка. Мне до сих пор приходится иметь дело с Брэндоном, с разводом, вернее его отсутствием, и непрекращающимися напоминаниями о том, что Брэндон присутствует в моей жизни и знает, как до меня добраться… как причинить мне боль. Плюс ко всему мне еще теперь придется разбираться с Акселем и с прошлым, которое я всячески старалась забыть и двинуться дальше, оставив позади половину прожитой жизни. Ох, как жестока судьба. 

На самом деле забавно как временами все возвращается к исходной точке. В тот момент, когда вы думаете, что ваша жизнь движется в одном четком направлении, загорается красный свет и включается сигнал поворота. Не проходит и дня без желания увидеть своих родителей живыми и невредимыми, счастливо проживающими на расстоянии в нескольких округах от нас, в нашем старом небольшом ранчо на три спальни. Но если бы я не потеряла их, Ди никогда бы не вошла в мою жизнь и, даже если это не унимает боль от их потери, я считаю, что в каком-то отношении мне повезло. Даже в беспросветные времена моего замужества, когда мы виделись лишь от случая к случаю, я знала, что она была и всегда будет рядом.