Чтение онлайн

Темно-коричневые пряди смешно торчали во все стороны, большие желтые глаза, в обрамлении длинных черных ресниц, сразу же приковывали к себе взгляд, полные, чувственные губы недовольно поджаты. Он был светлокож и с четко очерченными, красивыми чертами лица. Не знай я точный возраст сидящего передо мной архимага, подумала бы, что на меня смотрит парнишка, возраст которого только-только близится к тридцати. Хотя, у драконов по-другому не бывает, они все, как один: свежи, юны и красивы, даже те, которым давно перевалило за пятьсот.

— Я позвал вас для того, чтобы сообщить, что расследование продолжается.

Я кивнула, моментально отбросив посторонние мысли. Напоминание о расследовании вызвали во мне глухое раздражение. Хорошее настроение как рукой сняло. Хотя, если бы не те чудовищные события, произошедшие в нескольких государствах, меня бы сейчас здесь не было.

Дело в том, что все маги крови стоят на учете государства, в котором они проживают. Я не исключение. И когда по миру прокатилась волна преступлений, совершенных неизвестной кучкой магов крови, обо мне мгновенно вспомнили. Что конкретно совершили те маги, мне до сих неизвестно. Информация о их деяниях, которые вселили панику среди правящей элиты, держится в строжайшем секрете. Но, по всей видимости, что-то масштабное, раз была создана комиссия, состоящая из представителей нескольких государств, основа работы которой заключалась в том, чтобы проверять всех тех, кто стоял «на учете». Если они решили проверять любого, кто был обладателем проклятого дара, не означало ли это, что у них нет ни малейшей зацепки?

Мне повезло в том, что проверять меня вызвался лорд Артэнтри, как только узнал, что адептка академии, учащаяся на дому, маг крови. Именно ректор, угрожая моим отчислением (где это видано, чтобы боевик обучался на дому?), вытребовал у лорда Бэкшота, чтобы я обучилась в стенах академии. В общем, у моего опекуна не осталось выбора, чему я, признаться была рада.

— Адептка Бриггит, вы понимаете, что до конца расследования вы должны быть под наблюдением? — ровный голос лорда Артэнтри пробрал до костей. К чему он клонит? Я уже прошла все проверки, в том числе и ментальное вмешательство, доказавшее, что к преступлениям я не имею никакого отношения. Да и с чего вдруг обычной девчонке, всю жизнь прожившей на ферме у лорда Бэкшота, замышлять что-то зловещее, способное нанести урон сильнейшим мирам сего? Бред, да и только.

— Лорд Артэнтри, я не имею никакого отношения к тем преступлениям, — я скрестила руки на груди. Если думает, что я оробею под натиском его желтых глаз, он ошибается. Мне нечего скрывать, и отвечать за неизвестные поступки неизвестных мне личностей — я не собираюсь. — Поэтому, мне не понятно то, что вы сейчас пытаетесь мне сказать, — хмуро добавила я.

— Я все уже сказал адептка, — ледяной голос ректора, заставил поежиться. — Я ставлю вас перед фактом. Для того, чтобы мы могли отслеживать использование вами магии крови, вам необходимо надеть это, — лорд Артэнтри достал из выдвижной полки браслет и небрежно бросил его на стол.

Мороз прошелся по коже. Гадливое чувство, что меня все же в чем подозревают, поселилось во мне. Иначе зачем весь этот цирк с браслетом?

— Лорд Лорекс сообщил, что на экзамене вы имели неосторожность применить магию крови, — откинувшись на спинку кресла, произнес ректор.

Я с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза. Мариса была права, старикашка действительно был неприятным. По всей видимости, выговор, который он мне сделал, показался ему недостаточной мерой, раз он поспешил доложить обо мне еще и ректору.

— Браслет блокирует магические потоки? — ровным тоном спросила я, внутренне сжавшись от подобной перспективы. Перспективы быть загнанной в ловушку.

— Нет, — лорд Артэнтри улыбнулся, обнажая идеально ровные, белоснежные зубы. — Лишь отслеживает их.

Был ли у меня выбор отказаться? Думаю, ответ отрицательный.

Сделав несколько шагов к столу ректора, я потянулась к черному, без опознавательных знаков браслету, больше смахивающего на атласную ленту, чем на браслет, как таковой.

— Кстати, — наблюдая за моими телодвижениями с интересом, произнес ректор, — на вас поступила жалоба, — браслет, который я подняла мгновение назад, выпал из моих рук. Я ошарашенно уставилась на главу академии, ожидая сиюминутных объяснений.

— Принц Анарэль Мареони Дэримейн пожаловался на то, что вы оскорбили его в присутствии более, чем двадцати адептов.

От подобного заявления у меня банально отвисла челюсть.

— Простите, я не понимаю, о чем речь, — севшим от волнения голосом, пробормотала я. Должно быть это шутка, ведь я даже не заговаривала с принцем, о каком оскорблении идет речь?

Мой первый учебный день еще не успел начаться, как я уже попала в странные, неподдающиеся логическому объяснению, ситуации…

— Вы хотите что-нибудь сказать в свое оправдание? — кажется, в желтых глазах ректора засветились смешинки.

— Хочу. Я его не оскорбляла, — взяв ненавистный браслет, с остервенением натянула его на левое запястье.

— А как же сказанная вами фраза: «Бороться с тем, у кого сильный покровитель, бессмысленно»? И сказано это было в контексте ситуации, в которой вы оказались, когда Анарэль попытался уравнять ваши силы с адептом Эрейэлем, — будничным тоном заявил ректор, и я с досадой поджала губы. — Что скажете в свое оправдание, адептка?

И откуда такая осведомленность, спрашивается? А еще не меньше волновал вопрос: когда принц успел нажаловаться?

Кажется, вот-вот и моему самообладанию придет конец. Мне кажется, или меня пытаются вывести на конфликт?

— Лорд Артэнтри, — миролюбиво начала я, сделав два шага назад, тем самым отдаляясь от ректорского стола. Отнекиваться от собственной фразы, адресованной принцу эльфов, было бы глупо. Но, если бы я знала, что этот остроухий нажалуется на меня, как мальчишка, и слова бы не обронила в его присутствии. — Ситуация была критической, все мои усилия, которые я приложила в спарринге с адептом Эрейэлем, обесценили, — договорив, я позволила себе притворный вздох сожаления. — Произнесенная мною фраза не имела цель оскорбить его высочество принца Анарэля, — я лгала, смотря в насмешливые желтые глаза. Та колкая фраза, которую я сказала, и имела цель вывести некоторых из равновесия. Но признаваться в этом ректору сродни самоубийству. — Она лишь констатировала факт.

— Какой факт? — брови главы академии недоуменно взметнулись вверх.

— Представьте ситуацию, — произнесла я, переступив с ноги ногу. Мог бы и предложить присесть, вон сколько места, но, видимо, нерадивым адептам не полагается просиживать штаны в ректорском кабинете. — Вы боретесь со своим оппонентом, обращаясь к магии, которой вы владеете, используете на полную свои физические данные, не прибегая ни к каким ухищрениям и не обладая никаким преимуществом, например, как в случае Эрейэля, у которого был меч, как вдруг, случайный свидетель, ни имеющий совершенно никакого отношения к учебному процессу, нагло останавливает бой и обнуляет все ваши усилия. Конечно, обнуляет все усилия в пользу вашего оппонента. Скажите, чтобы вы подумали? — сказав, я впилась взглядом в лицо ректора, который, судя по уголкам губ, сдерживался, чтобы не рассмеяться. — Это я должна была оскорбиться!

— Но вы не королевских кровей, — философски заметил лорд Артэнтри, явно намекая, что я никто и зовут меня никак, в связи с этим, мое мнение можно не учитывать. — Адептка, вашу версию я учту, но то, что вы мне рассказали, не освобождает вас от того, что вы намерено пытались задеть принца.

— И что теперь? — хрипло вопросила я. Можно не строить иллюзий по поводу благородности принца. У этого дроу ее ноль грамма. За наше короткое время знакомства, он показался мне мелочным и истеричным женоненавистником. Удивительно, что он не нажаловался на то, что я случайно врезалась в него, когда бежала в аудиторию.