Чтение онлайн

Когда Тоша доложил о готовности материалов, запрошенных Анатолием, я послал за ними одного из своих ребят, как за отчетом Марины. С ним же я передал ей свои инструкции - я бы даже сказал, категорический приказ не предпринимать никаких действий из перечисленных ею в телефонном разговоре. Под угрозой прекращения какого бы то ни было сотрудничества.

В пакет с инструкциями я запечатал и деньги на телефон. С очень странным чувством. Прохода через точку невозврата.

Впервые в своей очень долгой ангельской жизни я воспользовался служебным положением в личных целях. То есть совершил первое в своей очень долгой ангельской жизни реальное правонарушение. Которое элементарно может стоить мне моего кресла. В тот самый момент, когда вес моей должности может оказаться решающим фактором в расследовании беспрецедентного случая, произошедшего с Татьяной.

Опять возникло звенящее ощущение, и я весь подобрался, готовясь к неминуемым осложнениям.

Когда на связь со мной вышел глава администраторов, я подумал было, что только этим, может, и обойдется.

– У Вас в заявке ошибки случайно нет?
– сухо поинтересовался он.

– Нет, все точно, - уверенно ответил я.
– Для наблюдения за объектом мне нужно арендовать машину, плюс бензин, плюс страховка, плюс услуги фирмы.

– Вам Кадиллак, что ли, нужен?
– В голосе его прозвучало легкое возмущение.

– Нет, конечно, - заверил я его.
– Марку я еще не выбрал, но машина нужна мощная. Объект все время в движении, застрять в снегу мы не можем. Пожалуй, даже две машины понадобится, для подстраховки.

– Вы еще за впустую потраченный бензин из прошлой заявки не отчитались, - открыто возмутился главный администратор.

– Виноват, - с готовностью согласился я.
– Сегодня же пришлю Вам отчет.

– И будьте добры уложиться в запрошенную сумму, сколько бы машин Вы ни нанимали, - вернулся он к типичному для своей службы сухому тону.

Это я пообещал ему с чистой совестью и стал обдумывать, чем теперь занять Марину, чтобы направить ее взрывную энергию в безопасное и, главное, второстепенное русло.

У хорошего руководителя рядом с кнутом всегда пряник имеется. И следуют они друг за другом всегда именно в этой последовательности. Чтобы в любом конфликте у подчиненных послевкусие заботы и внимания оставалось. Особенно, в случае ценных сотрудников. Причем, ценность которых не только их эффективностью определяется, а чем-то еще … неуловимым, волнующим. Я в очередной раз дал себе приказ отставить эти мысли до того момента, когда Марина к нам попадет.

Когда я прибыл к ней за телефоном, она встретила меня, ожидаемо взъерошенная моими инструкциями.

– Шикарно живете!
– фыркнула она мне.

– А еще недавно ты так в меня верила, - сокрушенно заметил я.

– Это просто свинство!
– совсем разошлась она.
– Люди тяжким трудом зарабатывают деньги на все свои потребности, а вам ничего не нужно и на вас они с неба падают!

– Ошибаешься, Марина, мы бесплатно тяжко трудимся, - отпарировал я, и вытащил свой фигуральный пряник.
– Кстати, скажи мне, на какие шиши мелкий живет.

– Игорь?
– уточнила она.

Я молча кивнул.

– У Анатолия счета остались, - ответила мне она.

– А до конца жизни мелкому их хватит?
– спросил я.

– Почему до конца жизни?
– остро глянула она на меня.

– Марина, выбор Татьяны необратим, - прямо сказал ей я.
– Даже если удастся их с Анатолием как-то на землю отправить, возврата к их прежней жизни не будет. Неизвестно даже, удастся ли, не говоря уже, когда. Вот я и спрашиваю.

– Выучится - пойдет работать, - решительно заявила она.

– А до конца учебы хватит?
– настаивал я.

– К чему ты ведешь?
– Глаза у нее засверкали.

Вот, боевой дух необязательно зажигательной речью вызывать - теперь его в атаку бросать можно.

– Может, ему лучше уже сейчас начинать работать?
– спросил я.

– Где?
– нахмурилась она.

– У тебя, - разместил я пряник прямо у нее под носом, чтобы учуяла.
– Ты говорила, что в отношении информации у него голова, как компьютер, работает. Пусть он у тебя тенденции интереса клиентов поизучает. А потом…

– Что потом?
– уже заинтересованно прищурилась она.

– Если из него толк выйдет, - задумчиво произнес я, - можно будет попробовать его в анализе наших операций, на предмет их оптимизации. А там, глядишь, - у меня вдруг оказалось два пряника: второй, на этот раз, для меня, - можно будет допустить его к нашим объектам. Он же, по-моему, ложь чувствует?
– вопросительно глянул я на нее.

– Ему высовываться сейчас нельзя, - быстро проговорила она. С огорчением.

– Это сейчас, - успокоил я ее.
– Время есть, пока ситуация с Татьяной и Анатолием не определится. Пока пусть поучится на обычных земных случаях. Под твоим надзором.

– А кто ему платить будет?
– снова нахмурилась Марина.

– За твою работу ты, - ответил я, обойдя молчанием вторую часть своего предложения.
– Ты ведь Анатолию уже не платишь, значит, средства высвободились.

– Что-то ты слишком быстро считать научился, - проворчала она.

– Так у меня же голова только на половину пустая, - дождался я, наконец, возможности вернуть ей ее же фразу.

У Марины дернулся уголок рта.

– А как там у них?
– вдруг спросила она, не уточняя имена, но мне они были не нужны.

– Не знаю пока, - честно ответил я.
– Анатолий Тошины бумаги забрал и больше не появлялся.

Опять накликал. Он явился ко мне прямо на следующий день, снова без предупреждения и, честно говоря, в самый неподходящий момент.

Этот крутой, навороченный телефон не работал! Тоша мне туда все контакты завел - ни один не отзывался. Прямо как этот везунчик хренов, когда я по его делам, как ошпаренный, бегал. Я же в точности все его тыканье повторил! Раз сто. Дожился - не просто до земли с ее игрушками опуститься, а еще и прямо в человеческие предки угодить: за рядовым хранителем подсматривать и копировать его. Причем, безрезультатно!

Не успел я подумать, почему все-таки ценнейшие возможности достаются не тем, кто их с умом использовать умеет, как это ходячее крушение всех моих надежд и планов ввалилось ко мне в кабинет. И - ни много, ни мало - потребовало, чтобы я на землю смотался. С его поручением. Быстро - одной ногой здесь, другой там.

Так точно! Как прикажете! Служба внешней охраны всегда к Вашим услугам! Она ведь только для этого и существует.

У меня возникло непреодолимое желание его доставить на землю. И там и оставить. Надеюсь, внештатники с него подписку о невыезде взяли. Тогда назад они его сами переправят - и сразу в настоящий карцер. Темный и с заколоченной навечно дверью. Чтобы никакой связи со мной не было. Пусть там до скончания века сидит и, какие хочет, образы себе рисует…