Чтение онлайн

4.

Весна оказалась права! Олигарх Семечкин, на вид такой суровый и грозный, начал ухаживать. Как мог. Старался, выкраивая время от деловых встреч, даже робел подчас, вспоминая себя далекого восемнадцатилетнего. Ничего пошлого, дорогого, вычурного. Был, конечно, соблазн сделать словно в любовных романах – самолет, дорогое шампанское, колечко с бриллиантом и сказочный остров только для двоих. Он раньше так поступал с другими. Мог себе позволить. Любая красавица сдавалась на «раз». Ну, в худшем случае «на два». А с Настасьей хотелось по-другому. Иначе не даст к себе прикипеть, не пустит в свой мир, не захочет разделить с ним океан будничных, упорядоченных дней.

Через два месяца Настасья переехала к олигарху Семечкину, а еще через месяц ей сделали официальное предложение.

Не было ни шикарного ресторана, ни Парижа, ни дорогого кольца. Самое начало лета. Жара сразу, стремительно, уверенно захватила власть. Горячий воздух ломал кондиционеры, плавил асфальт и грозил людям полным обезвоживанием. У кого была возможность, уезжали на моря-океаны, другие набирали на дачах полные бассейны воды, сидели под вентиляторами и старались меньше бывать на открытом солнце.

В доме, находящемся в тени высоких деревьев, стояла приятная прохлада. Владислав приехал с работы и, уже привычно, сразу вошел на кухню, где суетилась Настасья.

– Ты устал. Вижу-вижу. А я сегодня отчет сдала. Тебе подливки к пюре побольше? Нет, окрошка это не серьезно. Ты как попало ел весь день. Даже не возражай. Почему ты на так смотришь? Я стала похожей на квочку? Кудахтаю, крыльями хлопаю, наставлениями мучаю?

– Присядь Настенька, – олигарх Семечкин показал на стоящее рядом кресло.

– Что случилось? – встревожилась Настасья.

– Случилось, – задумчиво произнес Владислав Игоревич. – Случилось счастье.

– Хорошо, – радостно выдохнула Настасья. – А какое?

– Сегодня, представляешь, прямо во время совещания с корейцами, я понял, хочу чтобы ты всегда была со мной!

– Я и так с тобой.

– Выходи за меня замуж. Прости, так буднично и обыденно. Будешь моей женой?

– Владик, даже не знаю, – Настасья, как все влюбленные женщины, в глубине души надеявшаяся на «законное» продолжение, от неожиданности растерялась. Ей впервые предлагают выйти замуж! Мечта сбывалась в самый неподходящий для этого момент – на кухне, среди кастрюль, гуляша и салата из помидоров. Не поверила.– Сейчас многие живут не расписываясь.

– Ты не хочешь? – помрачнел Владислав.

–Я не верю, – тихо ответила Настасья. Слезы показались на глазах, и защипало в носу. Ей бы обрадоваться, закричать: «Согласна!», кинувшись к любимому на шею, но не получалось. Неудачные прошлые попытки стать счастливой крепко держали за подол.

– Мне не веришь? – олигарх Семечкин растерянно погладил лысую голову. Затем сел рядом с Настасьей. – Посмотри на меня. Я не предам, я другой. Хочу, чтобы все было по-честному и по закону. Пожить три дня и разбежаться не для меня. Ты жена, я муж. Так правильно. Я жил в браке почти шестнадцать лет и мне нравилось. Давай вместе пробовать. Подожди, нет, не так. Сам сбился. Уф, волнительно! – Владислав стал на колено, вытерев с лысины пот. – Настенька, не умею говорить красиво. Мне без тебя плохо. Хочу прожить с тобой оставшуюся жизнь. Соглашайся. И вот еще, самое главное, я тебя люблю.

– И я тебя тоже люблю, – Настасья, вмиг став самой счастливой на свете, крепко-крепко обняла своего олигарха Семечкина и расплакалась.

– Ну, вот, зачем плачешь? – растроганно шептал Владислав, целуя Настасью. – Все же хорошо. Даже лучше хорошего! Я сейчас тоже расплачусь.

Зашедшее за горизонт солнце, укрыло тайну двух влюбленных бледно-розовой вуалью, сотканной из последних лучей. Воздух, полный томных пьянящих летних запахов, обещал желанное счастье. И, казалось, нет никаких преград, никаких препятствий. Иди вперед, девочка! Ничего не бойся!

5.

Как славно начинался это день. Золото, золото, золото везде и повсюду! Золотой период в жизни. Настасья почти летела над мостовой. Новые легкие кожаные сапожки, модная стеганная болоньевая курточка, голубые джинсы в «облипочку», отлично сидящие на похудевшей фигурке, яркий тонкий кашемировый шарфик. Шик, блеск, красота!

Можно расслабиться и вволю надышаться прелым пьянящим воздухом. Свадебное платье почти готово, список гостей в количестве тридцати человек составлен. Придут только самые близкие люди, те, кто искренне порадуется. Остальные не нужны.

На свадьбу в октябре обещал приехать сын Владислава – Володя. Настасья познакомилась с ним в июле, когда вместе отдыхали в Италии. Замкнутый, умный, осторожный с новыми людьми, высокий, чуть сутулый юноша при первой встрече отнесся к новой спутнице отца с недоверием. Лишь через пару дней сказал Владиславу Игоревичу:

– Папа, Настасья нормальная. Не те, что были раньше, – Володя поморщился. – Женись на ней. Ей нужен ты сам, а не деньги. Женись и роди мне брата или сестру. А лучше то и другое.

Настасья против детей абсолютно не возражала. Она мечтала, чтобы картинка, однажды нарисованная воображением, сбылась. Вчера ей исполнилось тридцать восемь. Самое время стать счастливой, стать женой и мамой. Теперь для этого есть все! Золото, золото, золото везде и повсюду!

– Абрамова, ты что ли? – пробасили откуда-то сбоку.

– Я! – звонко ответила Настасья и повернула голову.

Около нее стоял невысокий, плотный, коренастый мужичек в дорогой помятой синей куртке, поношенных джинсах и ярко-рыжих ботинках на толстой подошве. Мужичек радостно улыбался, показывая отсутствие одного переднего зуба. На лице под глазом красовался малиново-фиолетовый синяк.

– Не узнаешь?

– Честно – нет.

– А так? – Мужичек втянул щеки, живот и сделал молящие глаза.

– Есин? Толя? Ты?! – воскликнула Настасья.

– Я! – Толя радостно потряс головой.

– А что с тобой?

– Это? – Толя ткнул пальцем в синяк на лице. – Бандитская пуля. Господи, сколько же мы не виделись?

– Двадцать лет, – быстро подсчитала Настасья. – Как школу закончили, так и не виделись.

– А ты хороша! Прямо дама из Потсдама! Кто бы мог подумать! В школе совсем неприметная была.

– Спасибо, – ответила Настасья. – Зато ты всегда блистал. Отличник, пианист, турист, математик, победитель олимпиад и прочее.

– Так я и сейчас блистаю. В определенном смысле, – вздохнул Толя Есин. – Пива хочешь, из гипермаркета иду. Затарился на вечерок.

Толя показал большую клетчатую сумку.

– Да я бы не против, но…

Раздался скрип тормозов. Настасья словно в замедленно кино наблюдала, как несколько мужчин в масках, приложив к Толиному лицу тряпку, поволокли его в большую черную машину. Не успела охнуть, как те же мужчины проделали это и с ней. Ни крикнуть, не позвать на помощь. Сладко-приторный запах ударил в нос и, наступила темнота.