Чтение онлайн

– Что происходит?
– Наталья едва ли не столкнулась с ним в дверях. Он уронил пару перьев, и не стал наклоняться за ними. Сдержав яростный оскал, он заставил себя посмотреть начальнице в лицо. Холеный его облик терялся, Наталья хмурилась все сильнее. Григорий поднял охапку повыше,

– Вот! Я собрал перья для своих крыльев, Наталья Олеговна, - подобострастно, стиснув зубы, сказал ей помощник. Вот, можешь не давать мне зарплату, начальница. Но заставь свою ангельскую швею сделать уже мне мои собственные крылья!

Наталья разглядывала его добычу.

– С какой подушки ты это нащипал?
– прохладно спросила она, ощущая, что красные листья, сметенные уборщицей, все как один кружатся в ее собственной голове. И что она спиной ощущает последние два алых листочка, дрожащие на ветках. Как свои собственные. Что это, сумасшествие?

– Что?
– опешил штатный ротвейлер.

– Где ты достал эти дурацкие гусиные перья!
– прошипела сквозь зубы Наталья.

– Они лебяжьи!
– послышался из-за спины Гриши голос. Звонкий, обиженный и плачущий голос, - Этот придурок порвал мне крыло, и он за это заплатит! И они лебединые, а не гусиные, скажи ему, Иеремиль.

А Иеремиль тихонько засмеялась. Очень, очень медленно Наталья отодвинула Гришу в сторону, да так, что обрезки лебединых перьев и пуха рассыпались под ногами. Тяжело, на негнущихся коленях, бизнес-леди пошла к клетке.

– Вот!
– сказала бледная, злющая девчонка, показывая ей на застрявшее обкорнанное крыло, неловко зажатое меж прутьями.
– Он его еще и сломал!

– Не надо было дергаться, - рыкнул Григорий, ощущая, как ненависть подкатывает к горлу, ненависть к ангелам, Нате, той дрянной покупательнице, которая стибрила единственные очки, помогающие его бизнесу, не у Миши же теперь вторые отнимать.
– Я вам шеи...

– Замолчи, Гришенька, - ласково сказала Ната, склоняясь перед вольером. В котором были уже поломаны и поилка, и кормушка. И раздавленная машинка для стрижки валялась.

 - Как тебя зовут, девочка, - меж тем продолжила Ната, всматриваясь в незнакомого ребенка, похожего на исчадие зла, над плечами которого торчали перекошенные крылья. Бизнес-леди коснулась крыла. Погладила основу перьев, вытащила, рассматривая, маховое, пропущенное Гришей.

– Это не ва... не твое дело!
– злобно сказало исчадие, - Вы все тут ответите за похищение! За насилие! И за порчу... за порчу имущества тоже ответите! И за ангелов в клетках. Поняли... Поняла?
– ткнуло исчадие дрожащим пальцем в Нату.

– Не хами взрослому, - бледно сказала Наталья. В это время у девочки зазвонил смартфон. Чертов смартфон в кармане чертовых джинсов. И девочка взяла трубку, торопливо отвечая кому-то (папе, она сказала - папе!), что с ней все плохо, ее побили, и...

Ната повернулась к Григорию, который стоял в куче перьев истуканом.

– Это ткань, - сказала она, показывая ему на крыло. Что? Он явно не понял, - Это тряпка, Гришенька. Это такая тряпка на пластиковых шарнирах. И перья... лебединые. Ты посадил в клетку ребенка, Гришенька. И ребенок уже позвонил папе. Девочка, можно... можно трубку?

Она протянула руку к решетке. Но маленькая дрянь уже снова положила телефон в карман.

– Папа не будет говорить с преступницей!
– сказала она, и Ната снова услышала тихий смех ангелов. Который смешивался в ее голове с красными листьями и медленно оседал куда-то в основание позвоночника. Вместе с, кажется, всей ее фирмой оседал. Офисом, сотрудниками, договорами, бизнесом, - С тобой будет говорить полиция. И суд!

– Это что, де...вочка?
– наконец спросил Григорий. И маленькая мерзавка расхохоталась ему в лицо. Повела плечами и сбросила крылья на пол. Вместе с рубашкой, обычной длинной ангельской рубашкой - под ней была футболка и джинсы. У основания крыльев виднелись завязочки и еще какие-то хитрые крепления.

– Тысяча баксов!
– ткнула пальцем в крылья девочка, - Подарок на день рождения. Я буду требовать материальную компенсацию, слышишь, ты? И за моральный и физический ущерб тоже!

– Не хами мне, - все еще бледно сказала Наталья, - Гришенька... давай мы выпустим эту девочку. И она пойдет домой.

– Не-ет!
– сказала эта девочка, села на пол и вцепилась обеими руками в прутья клетки, - Я никуда-а-а с вами не пойду-у-у! Я бою-ю-юсь!
– и она заорала, выводя такие непередаваемые рулады, что Ната отшатнулась, закрыв уши руками, - Мои крылья-я-я, мои крылышки! Меня побили, мне больно-о! И страшно!

Когда Наталья обернулась к дверям снова, Григория там не было. Да чтоб его! Женщина открыла дверцу клетки.

– Выметайся, - прошептала она ребенку. Но та только заорала сильнее. Ната не рисковала бы сейчас пытаться отцепить ее пальцы от решетки. Кто она такая? Откуда взялась? И что теперь будет? Так что бедная Наталья почти не удивилась, когда услышала визг сирен за стенами ее престижного, уютного офиса. И миг спустя - голос, усиленный мегафоном, произнес.

– Здание окружено! Всем выйти из здания с поднятыми руками...

Наталья опустила руки вместо того, чтобы поднять их. Она даже не вздрогнула. Бледно осмотрела вольеры с ангелами, которые все как один стояли сейчас, сложив остриженные или еще целые крылья. Сколько их? Восемь... восемь ангелов и маленькая зловредная девочка. Все - глядят на нее одинаково холодными взглядами.

Правда, исчадие, чуть отодвинувшись от выхода из клетки, нагло развернуло батончик, и принялось его есть. Сунув шелестящую бумажку в карман джинсов.

«Аккуратная» - вяло подумала Наталья. Вся ее решимость, все силы будто бы закончились. Выпустить ангелов? Давно ведь пора...

– Всем выйти из здания с поднятыми руками!

Где-то снаружи слышался возмущенный голос Григория. Наталья улыбнулась. Его почему-то было совсем не жалко.

– Каталина!
– внезапно услышала она громкий мужской голос. Девочка в клетке встрепенулась, одним глотком проглотила батончик, вытерла руки о скинутую рубашку. И заорала не своим голосом, сверкая шоколадными зубами.

– Па-па!

Наталья закрыла лицо руками. Шума становилось слишком много. Слишком. К крикам, голосам, воплям, ангельскому смеху присоединился совсем уже бессмысленный собачий лай, громкие шаги, сердитые ругательства. Голоса смешивались.

А потом в помещение ворвались. Люди. Маленький лающий пес с обкорнанным ухом, смешно прыгая, тащил за собой поводок, за ним бежала незнакомая девушка, слишком яркая для глаз Натальи, с воплем: - «Пинки! А ну стоять!». Рядом с ней прыгала черноволосая фурия, злая, как оса, вооруженная розовыми когтями. И еще лохматый перепуганный юноша, который искал кого-то взглядом, у этого парня Ната своими глазами заметила огромные крылья - без всяких очков заметила! И еще один парень, кажется, Ната видела его фото в репортажах про спасателей ангелов и борцов с ангел-шопами. С ним была невзрачная девушка, держащая эколога за руку. И всех раздвигал высокий деловой мужчина в черном костюме с демоническим выражением лица и смартфоном в кулаке.