Чтение онлайн

На что я уже улыбнулся и вытер руку об жилет, дабы не обжечь никого кислотной кровью. Подойдя к Данте, я протянул ему ладонь, и тот ответил мне рукопожатием.

— Белла! Это реально он! — воскликнул маг, поворачиваясь к ведьмочке.

На её же лице отразился целый спектр эмоций. Шок сменялся недоверием, затем скепсисом, и, наконец, осознание происходящего заставило её улыбнуться и выдохнуть:

— Да ладно?!

— Прохладно, — ответил ей Варгал. — Скажи лучше, какого чёрта у вас тут творится? Мы вас спасать пришли, а вы с кулаками.

Но объяснить они ничего не смогли, так как по всему залу вдруг завопили динамики:

— Вам что сказано, мать вашу?! Убейте их! Они опасны!

— А мне сдаётся, что не так всё, — как-то задумчиво изрёк возобладавший над собой бородач, который первым полез в драку.

Но стоило ему это произнести, как он тут же скорчился от боли и упал на колени. Это было явным воздействием рабского ошейника на его шее.

— Эта мерзость и здесь уже нашлась, — сплюнул я.

Не скрывая отвращения, я подошёл к мужику и лёгким движением сломал контролирующий артефакт.

Отдышавшись, тот встал на ноги и произнёс:

— Спасибо. Ну, теперь они у меня попляшут!

Тут же развернувшись на месте, он побежал куда-то сквозь толпу. Которая уже пришла в движение, и из неё выскочил ещё один парень с короткострижеными под ноль волосами. Ну, точнее, были стрижены они в том месте головы, где ещё остались. Немалая часть волос у него была сожжена вместе с левой бровью.

Зыркнув на меня глазами разного цвета, он воскликнул:

— Сними с меня! Быстрее!

Я пожал плечами и выполнил его просьбу. После чего заключённый побежал вслед за бородачом.

Из толпы же начали поступать неуверенные голоса: «Белла, это те самые твои друзья? Нам помогут?»

И ведьмочка с невозмутимым видом обратилась к собравшимся:

— Так, народ! В очередь! Сейчас этот бугай снимет с вас ошейники!

Я слегка скептически посмотрел на Беллу и негромко поинтересовался:

— Уверена, что стоить освобождать всех?

Та вновь повернулась ко мне и даже с каким-то укором спросила:

— Я? Да! А ты разве нет?

Я лишь пожал плечами, мол «как знаешь». По большому счёту, с чего это меня вообще должно волновать?

Много времени это не заняло. И большинство свежеосвобожденных тут же устремлялись в ту же сторону, куда убежал бородач и тот опалённый.

— Да что ж у вас там такое интересное происходит? — спросил я, наконец, когда последний заключённый лишился своего модного здесь аксессуара на шее.

— Пойдём, сам посмотришь, — как-то злорадно ухмыльнулся Данте.

Мы проследовали вглубь комплекса, но напоследок я шепнул Силине, чтобы она осталась на входе и никого не пропускала до моего возвращения. Та понимающе кивнула и в позе охранника встала посреди прохода.

Пройдя по лестнице наверх и обогнув пару коридоров, мы нашли убежавших заключённых, столпившихся у металлической двери. По которой бородач увлечённо долбил кулаком:

— Открывайте, мать вашу!

Тем временем из ниоткуда появился короткостриженый и отодвинул мужика со словами:

— Дай-ка, отец! Сейчас мы им устроим!

Он прицепил на дверь какой-то свёрток, после чего скомандовал:

— Все в укрытие!

Народ разбежался, кто куда, но я остался стоять на месте, заинтересованно глядя на происходящее. Когда в меня ударила волна пыли, поднятой взрывом, я не пошевелил и пальцем, лишь задаваясь вопросом, а откуда этот тип взял здесь взрывчатку?

Вот только дверь была настолько крепкой, что взрыв разве что поцарапал на ней краску. Строили тут явно на совесть.

Внезапно на связь вышла Аска:

— Деменс, что там у вас? Вы их нашли?

— Да, всё нормально, — ответил я. — Внутренняя тюрьма под нашим контролем.

— Целитель нужен?

— Пока нет.

Вскоре рядом со мной появилась Белла, и я задал ей вопрос:

— Может, уже объяснишь, какого хрена здесь творится?

— За этой дверью находится центр управления главной тюрьмой. То есть, именно этим сектором.

— А те, что наверху, как же?

— Это типа главной администрации и всякие вспомогательные службы. Самые же упыри засели здесь.

Белла с нескрываемой злобой посмотрела в сторону злополучной двери.

За моей спиной начал собираться и остальной народ, но я не спешил что-либо предпринимать. Вместо этого, я подробно расспросил Беллу и Данте о том, как здесь всё устроено.

Они сами не особо много знали. Заключённых отсюда никуда не выводили и лишними объяснениями не баловали. Но сопоставив то, что мы уже видели, с рассказом Беллы и Данте, я понял, что эта секция была особо охраняемой и, насколько это возможно, изолированной от остальной части комплекса.

Когда мы напали, поднялась тревога. Всем заключённым было велено занять свои камеры, но вскоре поступил противоположный приказ. Хотя это скорее был не приказ, а манипуляция.

Все заключённые знали, что находится за той дверью, через которую мы пришли. Каждый новичок, доставляемый сюда, проходил через предыдущее помещение, воочию наблюдая изменённых мутантов, содержащихся там. Это был один из способов сдерживания и препятствования побегу. Все знали, что попытайся они прорваться через главный вход, стазис будет снят, и томящиеся там мутанты нападут.

Но тут пришли мы, и местная администрация сообщила, что система стазиса повреждена, и скоро мутанты пробьются вовнутрь. Так что, у них был выбор. Попробовать справиться с изменёнными, либо же умереть в своих камерах.

Конечно же, никто им не сообщил, что пробивались сюда в первую очередь мы. Да и администрация, видимо, не верила, что нам удастся пройти через мутантов живыми. Поэтому так легко открыла камеры.

— Понятно, — заключил я. — Так, а вызверились вы на них так чего?

На это из толпы вышла девушка, кстати, также азиатской внешности, но вроде не японка, и стянула с себя верхнюю часть серого комбинезона. По всему телу виднелись следы многочисленных побоев. Синяки, ссадины и даже следы ожогов. Судя по всему, от окурков.

И она такая была не одна. Тот же бородач молча продемонстрировал мне внушительный ожог на спине.

— Это что они тут с вами делали? — спросил я, чувствуя, как во мне что-то закипает.

— Эксперименты, — сплюнул бородач. — Япошки, видимо, вспомнили свои фашистские корни из отряда семьсот тридцать один. Проверяли устойчивость одарённых к разным агрессивным условиям. Жар, холод, электрический ток. Пойдём, покажу.

Бородач махнул рукой, указывая следовать за ним. Меня отвели в отдельное крыло тюрьмы. На первый взгляд, оно напоминало какой-то госпиталь. Но чем дольше я всматривался в окружение, тем страннее выглядела картина. Чаны с водой и льдом, непонятная аппаратура, инструменты для вскрытия. Всё это явно не имело никакого отношения к целительству.