Чтение онлайн

В авандельте, где глубины колеблются от 0,3 до 1.2 м, пышно развиваются подводные «луга» из погруженных растений: роголистника, наяды, элодеи, шелковника. Выделяются ярко-зеленые «луга» из валлиснерии с ее длинными и узкими лентами листьев. Обширны заросли растений с плавающими листьями. В култуках и мелководьях ильменей и банчин типичны ценозы с водяным орехом и нимфейником. Пятнами встречаются заросли сальвинии и марсилии — водных папоротников с очень красивыми листьями. У сальвинии плавающей листья светло-зеленые, серебристые, сплошь или даже в несколько рядов покрывающие поверхность воды, а погруженные — нитевидные и разветвлённые. Листочки марсилий приподнимаются на длинных черешках и состоят из четырех долей.

Астраханская дельта — один из самых значительных по площади участков с лотосом. Заросли его постепенно расширяются. И если при организации заповедника они занимали только 4 га, то сейчас уже более тысячи. Цветущий лотос — великолепное и запоминающееся зрелище. Его приподнятые над водой округлые листья диаметром до 80 см чередуются с крупными розовыми цветками. Цветение лотоса продолжается с середины июня и до конца августа; поэтому всегда можно увидеть ярко-розовые бутоны и более светлые, распустившиеся цветы, а отцветающие они становятся уже совсем белыми.

Но особенно большие площади занимает тростник, образующий бордюрные заросли («крепи») в ериках, протоках, култуках. Такие крепи тянутся на 10–15 км. Часто в тех же местообитаниях встречаются заросли рогоза узколистного, а в мелководьях авандельты распространен более низкорослый рогоз Лаксманна. Обычны и такие растения, как ежеголовник простой, сусак зонтичный, частуха, стрелолист. Сусак образует даже две формы: с цветами — на мелководьях и в прибрежной зоне, без цветов — в более глубоких участках, где его листья вытянуты по течению воды на ее поверхности.

Озера Дальнего Востока. Самое большое озеро юга Приморья — Ханка. Его еще называют Ханкой или Синкай-ху, что с китайского одни переводят как «озеро процветания и благоденствия», а другие — как «впадина». Расположено оз. Ханка в обширной Ханкайско-Уссурийской депрессии. Площадь этого озера более 4 тыс. км2, и большая часть его находится в пределах СССР. Озеро почти все мелководное, преобладают глубины 1–3 м. Многочисленные мелководные бухты, а часто и луды буйно заросли водной и водно-болотной растительностью. Прибрежные заросли постепенно переходят в болота и заболоченные луга, окружающие озеро, а болота и луга — в «плави», как их в свое время назвал видный советский ботаник В. Л. Комаров. Что же это такое? Для оз. Ханка характерны периодические колебания уровня воды. При подъеме уровня вода проникает между почвой и сплетенными корневищами растений — и они как бы повисают на «водной подушке» и жидком иле. Вода спадает — и «плавь» садится на грунт. Вот как написал об этом В. Л. Комаров, исследовавший растительность Уссурийского края в начале нашего века: «При попытке высадиться на плави я выяснил, что держаться на них очень неприятно: ноги глубоко уходят в мягко сплетенные корневища, корни и гниющую листву. И каждое вдавление сейчас же наполняется водой».

В прибрежных зарослях и на мелководьях преобладает вездесущий тростник. В зарослях, вдали от берегов, стебли надламываются и удерживаются на плаву. Постепенно слой мертвых стеблей утолщается — и образуется сплавина, уже способная удержать тяжесть человека. И тогда на ней поселяются другие растения. Бывает так, что сплавина становится такой тяжелой, что погружается на дно.

Реже встречаются камышово-манниковые заросли из манника колосовидного, камышей озерного и укореняющегося с примесью хвоща топяного, тростника, вахты, ириса Кемпфера, калужницы. Но есть на оз. Ханка и растения, свойственные только этому краю. Характерна цицания широколистная — эндем Восточной Азии. Это крупный злак с пышными метелками, называемый еще водяным рисом. Нередки здесь чистые заросли цицании, обрамляющие берега широкой полосой. Иногда к цицании примешиваются тростник и рогоз восточный, стебли которых сплетает актиностемма — растение из сем. Тыквенных. В «окнах» — нимфейник, кувшинка, сальвиния пузырчатая, водокрас азиатский, к нижней стороне красноватых листьев которого прикреплены плавательные подушки. В воде обильна гидрилла мутовчатая. «Окна» и тихие заводи заполняются рдестами, водяным орехом и тропическим экзотом — монохорией влагалищной, которую неправильно называют водяным гиацинтом. Во время цветения такие участки имеют вид ярко цветущей клумбы. На совсем низких отмелях группами стоят камыш трехгранный, крупные осоки, сыть, проломник нитевидный.

В небольших озерах Приханкайской низменности, например в оз. Лебех, сохранились заросли лотоса, который предпочитает селиться в местах с глубиной не больше 1.5 м. И уж совсем редкими (эндемами) являются эвриала устрашающая со своими огромными колючими плавающими листьями и бразения Шребера. Оба растения — реликты третичного времени. В Хабаровском крае есть даже оз. Бразениевое, где бразения находится на северной границе своего ареала. В этом озере найден еще один редкий вид — кубышка японская. Здесь же, в Хабаровском крае, отмечена самая северная точка обитания цицании широколистной.

«Неправду говорят о болотах. Какая там застойность!.. Сколько здесь творческого кипения, поиска. Болотные травы всегда самобытны. Белокрыльник, росянка, вахта — что ни растение, то какая-нибудь оригинальная придумка. Взять тот же венчик трифоли. Лишь отказ от канонов и настоящее дерзание могли привести к его возникновению. Не благоприятствует ли экология болот подобным поискам? Тут как бы сплетаются в контрапункте две среды: водная и наземная. Именно на границе этих сред когда-то произошли самые великие преобразования биосферы. Жизнь болот полна неугасимых порывов к новому. Тому свидетельство и венчик вахты», — пишет Ю. Линник.

Различаются ли флоры болот и других экосистем? Вопрос вполне правомерный. Но ответ на него неоднозначен. Дело в том, что на болотах нашли себе приют растения лесов, лугов и озер, которые воедино сплелись с истинно болотными видами. Разве удивляет кого-то, что на болотах обычны сосна, лиственница, береза. Даже кедр (сосна сибирская) и кедровый стланик неплохо чувствуют себя на некоторых болотах. Можжевельник и крушина, черника и брусника, вороника и вереск в изобилии растут по окраинам, а иногда и в центре болот. На богатых лесных болотах и ландыш может образовать сплошной покров. А ведь все это типичные «лесовики».

На болотах процветают также многие растения лугов: кровохлебка, валериана, купальница. Из озер на болота «пришли» тростник, рогоз, многие осоки и даже кувшинка. Типичные тундровые и альпийские растения тоже растут на болотах (правда, только тундровых). Среди них арктоус альпийский, филлодоце голубая, дриада точечная.

Тогда вправе ли мы называть все эти растения болотными? Ботаники считают, что вправе. Потому-то так пестра и разнообразна флора болот. Тем более что везде существуют постепенные переходы от лесов, лугов и озер к болотам. А сколько же тогда видов растений на болотах? К сожалению, точно сказать невозможно. Такие анализы делались пока только для отдельных регионов. Например, на болотах Карелии О. Л. Кузнецов насчитал 283 вида (причем это только сосудистые растения), а А. И. Максимов выявил 109 различных мхов. Остальное население (лишайники, грибы, водоросли) практически не изучено. По другим регионам приводятся такие цифры сосудистых растений: в центральной части Черноземья — 302 вида (К. Ф. Хмелев), в Верхнеангарской котловине — 209 (И. Л. Поспелова), в тундровой зоне — 205 видов (М. С. Боч). По данным же X. X. Трасса, только на низинных болотах Эстонии произрастает до 210 видов. Есть сведения и по другим регионам, где цифры довольно близки. Но состав флоры, конечно, разный; хотя встречается и много общих видов; Самый богатый флористический состав — в низинных лесных болотах, самый бедный — в сфагновых верховых.

Нельзя не отметить еще один факт. Флористический анализ усложняется присутствием «случайных гелофитов» — растений, более свойственных неболотным местообитаниям, но изредка встречающихся на болотах. В Карелии О. Л Кузнецов насчитал 80 таких видов. Вот это-то и вносит в анализ флоры болот субъективные черты. Однако не будем далее углубляться в решение этой задачи: пусть этим занимаются ботаники.

Теперь позволю себе напомнить несколько азбучных истин, без которых нам далее просто не обойтись. Среди основного «ядра» болотной флоры одни растения встречаются часто, другие — редко. Есть там эдификаторы (от латинского aedificator — «строитель»), которые особенно обильны и диктуют условия жизни всем остальным растениям. Других растений тоже много, но они уже приспосабливаются к эдификаторам. Это доминанты. Третьих хотя совсем мало, но они постоянны. Ботаники назвали их ассектаторами (от латинского assectator — «постоянный спутник»). Сочетания же этих разных по значению групп растений в каждой географической зоне свои. Например, в тайге эдификаторами являются в основном сфагновые мхи; в тундре — зеленые мхи, лишайники и осоки; в степи и низменностях с субтропическим климатом — крупные травы. Все это, конечно, очень схематично, но позднее мы поговорим об этом подробнее.

А теперь вернемся к рассказу о растениях болот. Среди них есть деревья и кустарники, кустарнички и травы, мхи и лишайники. В такой последовательности мы и познакомимся с ними. Более подробно поговорим о сосудистых растениях, коротко остановимся на мхах и лишайниках, но обойдем молчанием грибы и водоросли, сведений о жизни которых на болотах совсем мало.

Деревья. Наиболее типичный представитель деревьев на болотах — сосна обыкновенная. Реже встречается ель (сибирская и европейская). В Сибири и на Дальнем Востоке обычны болота с лиственницей сибирской и даурской. Обитает там и кедр сибирский. Столь же типична, как сосна, береза: в европейской части — пушистая, в Сибири и на Дальнем Востоке — Миддендорфа, овальная и приземистая. Обычна для лесных болот также ольха черная (или клейкая), образующая обширные болотные леса в Полесье. На сырых же равнинах Колхиды встречается ольха бородатая. Все эти деревья могут быть эдификаторами, формируя болотные леса. Но иногда они выступают как доминанты или ассектаторы.