Чтение онлайн

Ведь это было сделано… Из-за женщины. Та, на которую пал взгляд Юсуфа, не кокетничала, не искала выгоды, не бросала взглядов украдкой.

Она смотрела прямо, почти холодно.

Как будто внутри нее был свой мир, и в нем Юсуфу не было места.

Это был первый отказ. Настоящий. Без истерик, без интриг.

И это вывело наследника из равновесия.

В том отеле в Египте он был инкогнито.

Юсуф вообще не любил титулов. Он привык быть кем угодно, легко принимал любую личину: уличного музыканта, студента, даже официанта однажды — ради спора.

И это было разумно: шейх не мог рисковать. После того, как вся его семья погибла, вырезанная налетчиками-берберами, и он остался абсолютно один. Спасся лишь маленький сын брата.

Мальчика тогда спасла старая служанка. Она знала о налете, или догадалась, колдуньей была. Увидела, успела увезти самого младшего. Скрыться.

Исмаил искал его годами.

Тайно. Осторожно. По всему Ближнему Востоку, в самых опасных уголках. Было нанято немало сыщиков. И тот, кто нашел, стал обеспеченным человеком.

Нашел в переулке самого опасного города. Грязного, поющего в переходе и танцующего за подачку. Но с гордым взглядом. Конечно, был тест ДНК, но Исмаил сразу понял — родная кровь. Почувствовал.

Мальчику тогда исполнилось десять. И с тех пор каждый шаг Юсуфа был под надзором. Он рос в строгости, но и в заботе. Ему ни в чем не отказывали. Быстро проявил характер. Очень волевой. Упрямый.

Он не признавал над собой силы. Даже шейха Исмаила. Впрочем, он уважал его, по-своему. Но отцом стал называть далеко не сразу.

Юсуф с юности много чего повидал. Голодал в подворотнях Палестины. Танцевал развлекая толпу. Зато вырос сильным, закаленным и отчаянно упрямым. Сейчас наследник входил в самую силу. Шейх возлагал на него абсолютно все надежды, и не выносил даже мысли о том, что единственный кровный родственник может рисковать собой.

Но риск был у Юсуфа в крови.

Отчаянный и безбашенный.

Мустафа видел, как парень пробовал все: казино, женщины, драки.

Потом увлекся гонками. Не просто на треке, а в тайных соревнованиях Абу-Даби, где молодые наследники богатейших домов мира мерились храбростью, безумием и удачей.

Юсуф взял кубок. Мустафа пережил микроинфаркт.

А Исмаил был уверен, что в это время его сын медитирует в горах Непала.

— Этот мальчишка меня в могилу сведет, — тихо бурчал Мустафа себе под нос, каждый раз, когда юноша садился за руль на скорости 250. — Сколько можно испытывать судьбу?

И вот старый отель, который внезапно стал каким-то то ли планом, то ли трофеем.

Мустафа недоумевал. Почему Юсуф не получил эту женщину? Все могло быть куда проще. Но он позволил ей уехать.

Впрочем, этому Мустафа даже обрадовался, по-стариковски.

Но потом поступил приказ: доставить эксклюзивный подарок. Духи, сделанные по личному заказу Юсуфа. Для нее.

— Зачем столько ожиданий, усилий, господин Юсуф? Почему просто не заказать желаемое? Ее доставят в течении суток, — не выдержав, спросил однажды.

— Я не интересовался твоим мнением, Мустафа, — перебил его наследник ледяным тоном.

Юсуф не хотел покупать женщину. Ему не нужно было покорение. Он не был сентиментальным мальчиком, томящимся в девственности.

Нет. Он был львом, которого вдруг отвергли.

И этот опыт оказался для него сильнее всего, что он переживал.

Он пытался забыться. Самый отвязный клуб в Дубае. Три модели-блондинки. Все — по максимуму.

Но Мустафа видел, как в его глазах все равно мерцала тоска.

Огонь не потух. Он ждал. Он выжидал.

Он хотел, чтобы она выбрала его сама.

Хотел быть желанным, не как наследник, а как мужчина.

Где-то под ребрами кололо, Мустафа чувствовал: скоро грянет буря.

Слава

Прислоняюсь спиной к двери ванной. Холод дерева давит в лопатки. Внутри тугой, стальной ком. Желудок сворачивается в узел, подступает тошнота. Мучительные спазмы накатывают волнами, выворачивая меня наизнанку, и я падаю на колени перед унитазом.

Когда все наконец стихает, остаюсь сидеть на холодном кафеле, безжизненная, как тряпичная кукла. Лицо мокрое от слез. Я противна сама себе. Что такая слабая, растекаюсь тут от жалости к себе. Я повсюду ощущаю пустоту и пронзительный холод.

Дрожащими руками открываю кран. Наполняю горячую ванну. Мне необходимо согреться, а еще больше — смыть с себя этот вечер, ненавистные прикосновения, липкий страх. Ложусь в воду и не двигаюсь. Только дышу. Словно каждый вдох — единственное, что мне осталось.

Что мне делать дальше?

В голове вертится один и тот же вопрос. Оставаться здесь невозможно. Эта квартира больше не может защитить меня. Нужна другая. Чтобы Андрей не знал адрес. Я знаю, он вернется. Не оставит меня в покое. Он дал мне это понять.

Бежать? Но куда? Денег почти нет. Если повезет — хватит на жалкую комнатушку где-нибудь на окраине, в коммуналке…

Я устала бегать. Чувствую себя загнанной, как животное, которое вырывается только для того, чтобы попасть в следующую клетку.

Прячу лицо в мокрые ладони. Меня пробирает дрожь. Снова накатывают слезы. Злые, горячие.

Вылезаю наконец из воды, заворачиваюсь в полотенце. Разглядываю себя в зеркале.

На плечах, предплечьях, проступают багровые пятна. В тех местах, где Андрей хватал меня. Его пальцы отпечатались на моей коже. Бью по зеркалу тыльной стороной ладони с отчаянием. Я не хочу быть жертвой! Не хочу!

Истерика затихает. Я сушу волосы и падаю в постель, чувствуя себя пустой оболочкой.

Утром все тело болит, как после побоев. А ведь он не ударил меня. Просто не успел. Все шло к этому. Мне повезло.

Не хочется есть, но желудок ноет и сжимается. Я готовлю овсянку, заставляю себя проглотить несколько ложек. Мне нужны силы.

Вибрирует телефон. Открываю сообщение с работы.

Мне жаль, Ярослава, но по сложившимся обстоятельствам вы уволены. Расчет выслала вам на почту. Главный менеджер компании, Залесская И. А.