Чтение онлайн

Во время купания девчат одна из стоек каркаса загорелась. Полиэтилен сморщился и стал сползать с каркаса, словно старая шкура со змеи. Полуголые «нимфы» выскакивали из бани, как куры из курятника во время визита лисы. Одним словом, банная эпопея имела достойный финал…

Перед нами был порог с пугающим названием «Решето». Река немного приостанавливалась перед ним, а потом, как необъезженный мустанг, вдруг срывалась с привязи и начинала дикую скачку. Полкилометра взбесившейся воды. Спасательная команда, кинооператор и фотографы-любители выстроились ниже порога в полной боевой готовности. Из-за рева воды не было слышно соседа. В воздухе висела водяная пыль.

«Дредноут» вылетел из-за поворота на полной скорости. Порог принял его на первый вал, грозя перевернуть, но тополиные ветки изящно прогнулись и плот скользнул по валу, проткнул стоячую волну и взлетел на очередной вал. Шесть фигурок в ярких спасательных жилетах и касках яростно работали гребями. Камни действительно усеивали весь порог как решето. Но «адмирал» Гена как опытный слаломист провел плот по трассе. Единственная потеря – одна разорванная камера. На следующие плоты «пиратская» команда брала юнг-стажеров. Так что все «салаги» прошли боевое крещение. Самое захватывающее зрелище представляла собой команда резинового плота, нареченного «Тазиком». Там шли самые отчаянные «головорезы» под командованием Вареника. Четверка работала обычными веслами, сидя прямо на борту «Тазика». Порой вода накрывала их с головой. Из водяной пыли доносились крики: «Табань! Греби! Суши весла!» В тот день мы прошли еще несколько более слабых порогов уже самостоятельно, чем несказанно гордились.

Жернова “Решета”

Лоция сплава по Чаткалу: система порогов Харкуш. Очень сложный участок высшей 6-ой категории сложности. Разведка обязательна. Очень большой уклон до 30 метров на километр, обилие камней в русле, узкие, мощные «сливы», «бочки» и «ямы».

Харкуш был последней проблемой Чаткала. До сих пор ни одной группе водников не удавалось пройти его. А два смельчака утонули в его клокочущих бурунах.

Наши доморощенные толмачи перевели название «Харкуш» как «Мертвый осел».

При чем тут был осел, мы так и не разобрались, но имевшаяся информация не прибавляла оптимизма.

Целый день велась разведка по всем правилам военно-морского искусства. Были составлены тщательные кроки порога, проиграны все варианты его прохождения. Вдоль берега расставлены спасатели с веревками. Плоты отремонтированы и усилены. С утра готовилась кино- и фототехника. «Волки» сосредоточенно набирались «самурайского духа».

Старт был назначен на 12 часов. В ярком полуденном свете порог выглядел эффектно и устрашающе. Белые валы вздымались на двухметровую высоту и низвергались с огромных камней, превращаясь в «бочки», из которых практически нельзя самостоятельно вырваться. В конце порога, на повороте, вся мощь реки обрушивалась на скалу. Вода подмыла ее, и казалось, что скала вот-вот рухнет. Лично у меня не было никакого желания лезть в эту грандиозную «стиральную машину».

Но вот в видоискателе камеры появился «Дредноут». Ребята четко выполняли маневр входа в порог. Чаткал, как необъезженный мустанг, встал на дыбы, брыкался, пытаясь сбросить с себя наездников. Он бил плот о камни, тащил в «бочки», прижимал к скалам. Вот те мгновения, ради которых стоит жить! Риск! Разумный, рассчитанный, но все-таки риск! Испытание себя в поединке с достойным соперником. Ребята и «Дредноут» его выдержали. Изрядно потрепанные, они причалили ниже порога. От мертвого осла уши вам, господа переводчики! Вернее, лапшу с этих ушей. Я назвал бы его «Бешеным Мустангом». Это ближе к истине. Еще два раза мужики выходили на «Матильде» и «Утюге» на ринг под названием Харкуш. И два раза он благосклонно позволял себя победить. «Тазик» в этом аттракционе не участвовал – слишком велик был риск.

Не страшны пороги речным «волкам»

Перед Харкушем мы нагнали группу пермяков, которые в нерешительности стояли у порога уже второй день. Глядя на киргизских лихачей, пермяки тоже набрались «самурайского духа» и ринулись в бой. Они шли на катамаране – последнем слове техники от водного туризма. Катамаран – это судно, поражающее глаза и воображение. Две гондолы длиной по пять метров, похожие на два куска любительской колбасы, связанные между собой жидкими деревянными поперечинами. Четверо гребцов сидят верхом на гондолах. Очень маневренное, но неустойчивое сооружение. Пермяки были отчаянными ребятами. «Колбасу» сразу же выкинуло на середину порога и развернуло задом наперед. Ребята бешено работали веслами, но в основном молотили по воздуху. В таком дурацком положении их протащило две трети порога. Потом небрежно смотанная чалка зацепилась за камень. Река вздыбила катамаран, и ребята, словно горох, разлетелись в стороны и скрылись в бешеной пене. Когда мы подобрали их на спасательный плот, неудавшиеся утопленники в один голос говорили, что они не тонули в воде, а задыхались в пене.

Новый мост через Чаткал и его строители

– Хрен редьки не слаще! – резюмировал их рапорт наш предводитель.

Через два дня наша «флотилия» стала на дневку. Позади были еще два сильных порога – Слаломный и Кишлак-Сай. Впереди – Чаткальский каньон и финиш – Чарвакское водохранилище. Вот здесь мне предстояло проститься с «пиратской» командой. Время моей командировки заканчивалось. Вместе со мной уходили хирург Ивановской больницы Дима Шедько, лихой студент ПТИ Вареник и пермяк Володя. Наш предводитель Гена с адмиральской щедростью выделил нам «Матильду», которую можно было оставить в водохранилище, усилил нашу команду двумя «волками» Володями – Федорченко и Джунушалиевым, в просторечье – Джоном, и благословил наше самостоятельное плавание.

– Ребята, главные трудности позади. Но будьте осторожны, там, в каньоне, есть очень узкое, хитрое место. Главное, не утопите режиссера, а то «кина» не будет! – с отеческой заботой проинструктировал он нашу команду.

Бросив прощальную слезу, мы отчалили. Наша потрепанная славная «Матильда» шла ходко. Каньон, озаренный солнцем, дарил нам последние красоты. На палубе царила атмосфера благодушия. В честь этого не все каски были одеты, жилеты полуспущены, лоцманских команд не слышно. Вскоре показались признаки цивилизации. Вдоль реки пошла дорога из Чаткальского заповедника на Ташкент. Заметив посреди реки одинокую сваю от старого моста, Дима глубокомысленно изрек:

– По закону подлости, когда река спокойная и широкая, обязательно налетишь на такое бревно!

Мы все дружно поддакнули и шустро отгребли в сторону.

По дороге в шлейфах пыли проносились задраенные «Жигули» с удивленными детскими мордашками и прекрасными женскими образами. Мы чувствовали себя центром внимания, пупом земли, морскими волками или еще черт знает кем. Осторожность, эта скромная дочь успеха, окончательно покинула нас. Завидев на дороге грузовик, мы запрыгали как обезьяны и замахали водителю руками. В один миг всем пришла одна и та же мысль оставить «Матильду» здесь и доехать до Бричмуллы на механическом транспорте. Но эта попытка изменить нашей славной хозяйке дорого нам обошлась.

Вареник схватил чалку, спрыгнул на берег, захлестнул веревку за камень и стал суетливо завязывать ее. Мы работали гребями, удерживая плот у берега. Пермяк Володя бросился помогать Варенику. Пока они «торговались» над узлом, «Матильду» неожиданно подхватило струей и бросило в поток. А Вареник с Володей все еще решали мировую проблему – какой узел лучше. В это время «Матильда», потащившая за собой веревку, захватила ногу Вареника петлей. От мощного рывка он подлетел вверх и камнем врезался в воду. Весь ужас положения был в том, что воздух из его жилета был спущен, к тому же Вареник был без каски и у него не было ножа, чтобы обрезать веревку. Мы онемели. Через десять секунд, которые показались нам вечностью, на поверхности воды показалась голова Валеры, и его отнесло к берегу. Лентяи и разгильдяи всегда находятся под покровительством высших сил. Благодаря тому, что Валера не зашнуровал свои кеды, веревка сорвала их и освободила ногу.

И вовремя! Потому что «Матильду» стремительно тащило в каньон. Здесь и было самое узкое место на реке – Чертовы Ворота, шириной 4 метра. «Матильда» в бедрах имела 3 метра. Так что мы имели впереди интересную проблему – попасть в эти Чертовы Ворота. А на палубе нас было только четверо: впереди док Дима и Джон, на задней греби – Фе-дорченко и я с камерой. Нет, был еще один пассажир – Паника! Она растеклась по всей палубе и охватила нас своими клейкими объятиями. Ворота мы увидели одновременно и направили «Матильду» точно по центру. Но перед самыми Воротами река неожиданно рванулась вправо.