Бастард Императора. Том 26

Эйр, оглядывая пространство, пыталась найти взглядом брата. Вот только никого так и не было.

Тогда девушка прикрыла глаза, сосредоточилась, однако всё вокруг и так заполонила энергия брата, которую он намеренно распылил, чтобы не нанести вреда планете. Плотные, тяжёлые потоки словно висели в воздухе туманом.

Эйр взмыла выше, а затем круто взяла ещё вверх, сделала широкий круг над местностью, оглядываясь и продолжая с тревогой в сердце искать хоть кого-то — хотя бы едва различимый силуэт, хотя бы вспышку другой энергии.

Но пространство продолжало оставаться пустым…

Они пропали. Это был портал. Видимо, как тогда, раньше, когда был активирован портал глазами Сарнойлов, сейчас, в результате получения такого количества энергии, открылся куда больший и затянул их.

Эйр бессильно зависла в воздухе.

Земли Рода Вяземских. Семь часов спустя:

Леонид сидел на своей постели в тишине и абсолютной пустоте. Комната казалась слишком большой, стены — далёкими, а тени в углах — густыми и неподвижными. Раны уже исцелила Марфа: кожа была чистой, без шрамов.

Парень старался не думать ни о чём. И мысли, словно боясь потревожить его, обходили стороной. Все, кроме одной.

Он сделал это. Разорвал связь, как было написано в древних книгах.

Книжный червь. Да, именно им он и был, часами пропадая среди пыльных полок, изучая как старые книги, так и различные носители информации в тайных залах, куда его иногда пускали по знакомству родителей. Там всегда пахло старой бумагой, сухими чернилами и чем-то металлическим — запахом древних артефактов.

Именно там, в книгах, Леонид и нашёл скрытую информацию о связи. Что самое забавное — так это то, что сами Этараксийцы полностью не знают свою силу. Они пользуются ею, но редко задумываются, что есть и другие грани…

В записях говорилось о том, кто однажды уже разорвал свою связь насильственным способом. Правда, само имя не упоминалось, и даже больше — было вычеркнуто так тщательно, что на бумаге остались только глубокие, рваные борозды, так что Леонид не знал, о ком идёт речь.

В том методе практически не описывалось, что будет после насильственного разрыва, но говорилось, что это точно выйдет, если второй связанный возненавидит первого.

И сестра возненавидела его.

Благодаря этому Леониду удалось полностью лишить её связи как с собой, так и с главой. На момент, пока он этого не сделал, крупицы оставались, как тонкие ниточки, едва ощутимые, но всё же тянущиеся. Но теперь — точно нет.

И это поможет ей не сойти с ума. Да, будут последствия, однако сейчас, на пике этой проблемы, сестра могла бы натворить дел, поэтому ему пришлось пойти на крайние меры.

Правда… Эффект должен был быть другим. Саша должна была просто охладеть ко всем вокруг, а особенно к нему. Закрыться, отстраниться. Но…

Парень опустил взгляд в пол, будто ища там ответ, и шепча, почти беззвучно, произнёс:

— Королева… Мертва?

Его сестра прямо у него на глазах стала королевой Этараксийцев, а значит, он прав в своих суждениях. Видимо, дела у Этараксийцев очень плохи…

Думать об этом Леонид не хотел, так как его мысли переключились на сестру.

Сперва перед глазами встал тот холодный, отрезающий всё лишнее взгляд, а затем — прежняя Саша, смеющаяся, ворчащая, спорящая, и на этом контрасте стало ещё дурнее.

Вот уж точно гений… Даже сила Королевы выбрала именно её, а не кого-то другого.

Вспомнив о словах, которые он ей говорил, Леонид тихо выдохнул, чувствуя, что его сердце даже не дрогнуло. Он ожидал боли, но внутри было пусто, как в выжженной комнате. Последствия насильственного разрыва уже дают о себе знать.

Произнося те слова, парень не ненавидел сестру… Он ненавидел себя. Но иначе ей нельзя было помочь, поэтому пришлось убеждать себя, что ненавидит именно её. Что, конечно же, было непросто. Каждый раз, когда он поднимал на неё глаза, приходилось давить в себе привычную теплоту и заменять её холодом.

Теперь, после того как они лишились связи именно этим методом, ему с Сашей предстоит заново учиться быть братом и сестрой. Без подсказок инстинктов, без постоянного тихого присутствия друг друга где-то на краю сознания.

Впрочем… Это не так уж и важно. Леонид не сомневался, что поступил верно. Иначе было нельзя…

Он опустил взгляд на собственные ладони, машинально сжав и разжав пальцы.

Неожиданно парень услышал шум в замке и вскочил. Постель скрипнула, одеяло соскользнуло на пол. Быстро подойдя к окну, Леонид отдёрнул тяжёлую штору и увидел, что к замку летит дирижабль.

Выдохнув, парень отступил от окна. Сейчас ему предстоит не самый простой разговор с Сашей.

Какое-то время спустя. Место — неизвестно:

Сознание возвращалось медленно, толчками и рывками. Словно волны в абсолютной темноте дна какой-то быстрой речки пытались вытолкнуть меня, как пробку из воды, но им мешала корка льда сверху.

И сквозь эту корку я слышал чей-то приглушённый голос:

— Я не уйду, пока не убежусь, что с ним всё в порядке!

Повисла тишина, тяжёлая и вязкая, будто вода под этим самым льдом, а затем снова тот же голос:

— Не знаю я! — этот кто-то, кажется, девушка, повысила голос. — Не знаю! Но… — дальше голос вновь стал тише, словно говорящая отвернулась в сторону. — Я всё для себя решила…

Вновь была тишина, вновь удары о лёд, пытающиеся пробиться наружу, а затем тот же голос, на этот раз холодный и твёрдый, как сталь:

— Если ты меня сейчас выдернешь — будешь сама заниматься своими копьями! Плевать мне, сколько я тут уже нахожусь! И плевать, что его оберегает тёмная энергия!

Все эти голоса доносились не в один миг, а через какое-то время. Через какое — я не знаю. Сознание пыталось за них уцепиться, но перестраивающееся тело перетягивало всё внимание на себя.

Затем голос вновь заговорил, но уже приглушённо и как-то с печалью, будто говорящая сидела совсем рядом и склонилась надо мной:

— Знаешь, тигрёнок, в последнее время я надеюсь, что ты очнёшься, но потеряешь память… Возможно, что сразу после этого у нас получится начать всё с начала. Только ты и я… На этой чужой планете…