Чтение онлайн

– Так я ещё и мужиков буду развлекать? Геев-извращенцев? – Я после слов Гомера Я аж пролил пиво. – Блин, из-за тебя единственные чистые джинсы испачкал!

– Нет, не будешь. Ведешь себя как придурок. Ты анкету заполнял?

– Заполнял.

– А вопросы хоть читал?

– Ближе к делу, Крис!

– Придурок ты, Стэнли. Там же был вопрос «ваша ориентация». Если ты там написал, что гей, то ты будешь развлекать мужиков, а если ты написал, что ты гетеро, то только девочек. Это так работает, если ты не знал! Никто не будет тебя заставлять делать то, что попадает под твоё табу.

– Под что? – Спросил я.

– Какой из тебя журналист, Стэнли? Табу – это то, что запрещено, если говорить простыми словами.

– Я знаю, что значит это слово, а что оно обозначает в этом БДСМе?

– Ну, типа твой свод правил. Например, ты говоришь, что у меня табу это тема крови и тебя никто не будет резать или колоть. Как-то так это работает.

– Так там ещё и такое практикуется? – Округлёнными глазами я посмотрел на Гомера и продолжил: – Ну а с чего ты решил, что я вообще соглашусь?

– Да потому что кому нужен очередной журналюга? Много ты по специальности отработал? Много денег заработал? Твоя учесть это забегаловка, где ты будешь кричать «Свободная касса», «Ой мистер, вы уронили бургер на пол, можно я подотру вам задницу?» – Говоря это он изобразил дурацкий голос и смешно кривлялся, – А если перестанешь ныть и начнёшь хоть изредка меня слушать и поднимать свою ленивую задницу, то может ещё и запрыгнешь на последний вагон поезда, у которого конечная станция «Удача». Я из-за тебя заговорил уже как какой-то бизнес-тренер-идиот, который рассказывает про успешный успех и денежные деньги. Стэнли! Видишь на какие жертвы я иду ради тебя?

– Гомер, не хорони меня как журналиста, я пробую найти себе работу, где я смогу писать, может это как-то пафосно прозвучит, но и творить. И мы уже с тобой запрыгивали на такие поезда, что приходилось сидеть за решёткой.

– Ну было пару неприятных моментов. Помни – это был только полезный опыт. И вообще, кто тебе запрещает «творить», Стэнли? Во-первых, ты будешь работать далеко не каждый день. Во-вторых, у тебя будет куча времени, чтобы спокойно найти себе обычную работу, журналюгой станешь, будешь там свои статейки писать. В-третьих, у тебя будет хороший доход, мать твоя обрадуется, что сын наконец то деньги зарабатывает, сестре своей поможешь, она сможет дальше учиться. На кого она там учится?

– Гомер, ты зачем на это давишь?

– Так я вижу, что ты хочешь просрать свою жизнь. Ты сам себе не нужен. Ничего не делаешь. Так хоть позаботься о матери. Она тебя растила-растила. Думала, что порядочного человека вырастит, а к чему мы в итоге пришли? Тебе предлагают работу, а ты носом вертишь. Видите ли, он не хочет за пару тысяч задницу свою под плётку поставить. А давно ты сестре помогал? Даже я знаю, что ей не хватает денег, чтобы оплатить учёбу. И вообще, я мог предложить эту работу еще нескольким людям, но ты мой друг. Слышишь, Стэнли? Мой друг! И я пошёл к тебе, я знал, что она тебе нужна. У тебя должна начаться светлая полоса в жизни. Стоит только сказать да, и вот оно.

– Но я совсем не готов что бы меня плёткой по жопе охаживали!

– Пойми ты наконец, Стэнли, БДСМ это далеко не плётки и кожаные костюмы. А если втянешься будешь сам бегать и уговаривать что бы с тобой провели сессию. И давай, рассказывай, наконец, что тебе сказала Долорес?

– Долорес сказала, что я очень ей понравился и у меня есть сутки что бы согласиться или отказаться.

–Это хорошие новости. Стэнли, дружище, соглашайся, ты не пожалеешь. Поверь мне.

– Ты там уже несколько месяцев работаешь, почему ты никогда не говорил, чем там занимаешься?

– Какой же ты наивный! Я не пойму, ты когда родился, вчера? Совсем никаких мыслей нет? Как ты вообще отучился на журналиста? Никаких логических связей не можешь найти?

– Аха-ха-ха, тебе передо мной было стыдно, что тебя по ночам по жопе лупят? – попытался я отшутиться, потому что он был прав. Я журналист, моё самолюбие говорит мне о том, что весьма неплохой журналист и не могу построить логическую цепочку.

– Я не понимаю, как мы с тобой друзьями стали. Мне тебе так хочется по лицу съездить.

– Ладно, не злись. Объясни, почему ты всё держал в тайне, не говорил. Я ещё думал куда ты так часто начал пропадать? А главное, откуда у тебя деньги появились? Я думал ты связался с бандитами и продаёшь наркоту и что ты скоро обязательно поспросишь сказать полиции, что весь вечер пробыл у меня дома.

– Стэнли, ты говнюк! Так обо мне думать!

– Шучу я, не обижайся.

–Ладно, но я запомнил. Ты знай, что месть – это блюдо, которое подают холодным. Аха-ха-ха. Жди и оглядывайся. Я подшучу над тобой, когда ты не будешь этого ждать. А теперь хватит шуток, сейчас я говорю серьёзно: ты должен понимать, что я тебя сегодня привёл не в контору для эскорта, здесь совсем другая история. К ним обращаются не дальнобойщики, которые хотят за пару баксов отодрать девку в кабине своего грузовика. К ним идут очень влиятельные люди, которым не хватает чего-то в этой жизни. Там клиентура, которая охренела от количества бабла на своём банковском счёте, вседозволенности, всеобщего восхищения и лелеяния. И всё равно им чего-то не хватает, они мечутся, эти суки не знают, чего они хотят, что им надо от этой жизни. И вот, они приходят в БДСМ. И ясное дело, они не хотят, чтобы кто-то об этом узнал, поэтому нам надо держать язык за зубами, причём конкретно за зубами. Болтливость там не прощается. Поэтому и хорошо, что ты ничего не подозревал, значит я всё делал правильно.

Повисла тишина. Я не находил слов. Я не мог согласиться, но и отказаться был не в силах. Гомер всё правильно говорил. Я сидел без денег, без постоянной работы, без будущего.

– Стэнли, работая там ты прекратишь ныть о том, что ты испачкал свои последние чистые джинсы. Ты купишь себе нормальную одежду в кои-то веки. А вообще принимай решение конечно сам. Вот, держи сотню, заплати за наше пиво, мне некогда с тобой его допивать, пора на работу.

– А зачем сотню дал? Это же очень много!

– Что бы если ты всё-таки откажешься, то купил бы себе новые джинсы. – Весело прокричал Гомер и быстрыми шагами ушёл.

Я остался один, словно заядлый алкоголик, сидеть за стойкой. Ещё немного выпил. расплатился и вышел. День уже сменился вечером. Стало прохладно. Я поднял вороты своей джинсовки и тихонько побрёл по улице.

Как я к двадцати четырём годам оказался здесь? В таком положении? Всем моим родным нужна помощь, мне она и самому нужна. Я наконец это признал. Я боялся самого себя. Я не мог взять и сказать себе – Стэнли, ты у обочины, пора что-то делать. Нет, моя гордыня не признавала этого, говорила мне, что мне только-только двадцать и всё еще впереди. Но шли годы. А ничего не менялось: я прозябал, я оказался в болоте, которое засасывало меня всё глубже и глубже.

Может и правда, взять и согласиться? Я же не иду в преступную банду торговать наркотиками, а всего лишь воплощать «потаённые желания» клиентов. Нет, не клиентов, а клиенток! Да, клиенток. Я же написал в анкете, что я гетеросексуал и они должны учесть мои предпочтения.

Я еще с полчаса шатался по улицам. Поднялся ветер и я, словно осенний лист, носился по его направлению. Уже совсем стемнело. На душе было тяжело. Я совсем не понимал, чего мне ждать, что от меня будут требовать, смогу ли я вообще справляться со всем этим. Но Гомер как-то умудряется работать, стал хорошо одеваться, больше не хнычет, что не хватает денег, даже переехал из своей холостяцкой конуры в нормальную квартиру.