Чтение онлайн

Игорь по дороге принялся расспрашивать Соколова о происшествии на складе - до него тоже донеслись обрывки разговора адвоката со следователем. Елена с удивлением отметила, что ее сын и Соколов беседуют вполне по-приятельски, и даже обращаются друг к другу на ты.

Соколов легко подтвердил, что нагло обманул мента. Да, был он на складе в момент налета. Ему позвонили домой, наговорили всякой ерунды - он понял только то, что надо ехать разбираться. Вдвоем с братом вице-президентом UMF - и отправились. Только прибыли - началась натуральная преисподняя. Сначала был взрыв, потом полыхнули запасы горючего, к этому добавилась пальба... В общем, светопреставление. Соколову руки горящей балкой прижало, его брату ногу кто-то прострелил... Были погибшие. И что самое неприятное - их вызвали на этот чертов склад с подачи Кирилла Логинова. Еще одно прегрешение бывшего банкира. Но вот с ментами откровенничать на эту тему никак не годится - UMF, как и подавляющее большинство российских предприятий, имело левый доход. А если менты доберутся до банка Логинова - у-у, что тут начнется... Банкир не отличался чистотой поступков. Начнут копать его делишки, всем остальным тоже работать не дадут.

Потом они сидели дома, на кухне, совершенно измочаленные тягостной процедурой. Елена знала, что это будет тяжело, но не представляла, что настолько. Перед глазами стояло мертвое тело, и она не могла отделаться от ощущения, что это Кирилл... Кем бы он ни был, каким бы подлецом по отношению к сыну себя ни показал - но теперь он мертв, и место привычного раздражения заняла жалость.

– Честно говоря, я не рассчитывал, что все закончится так быстро, рассказывал Соколов.
– Думал, пройдет месяц или два, пока среди погибших обнаружится нужный экземпляр. Нам ведь требовалось соблюдение многих условий. Во-первых, мертвеца никто не должен хватиться. Во-вторых, внешнее сходство, хотя бы самое поверхностное. В-третьих, следы явно насильственной смерти. Мои люди дежурили во всех моргах города и области. А тут - вчера звонят и говорят, что в Митино разборка со стрельбой. Я сам поехал и, едва увидел, сразу понял - идеальный вариант. Никаких документов, приезжий, тип лица совпадает, только волос слишком много. Пришлось обрабатывать депилятором. Потом по фотографиям и вашим словам посадили родинки, это уже проще. Подбросили записную книжку вашего мужа и ушли. Еле успели ноги унести - там милиции набежал целый полк...

Елена слушала и думала - врет. Это сколько же подчиненных надо иметь, чтобы разослать их по всем моргам! И каждому требуется платить... Нет. Скорее всего, случайно увидели похожего человека, застрелили, потом "довели до кондиции" и выбросили где-нибудь на видном месте. Какой кошмар - знать, что из-за тебя убили невинного человека... И даже мысль, что это не Кирилл, ничуть не успокаивала. Пожалуй, если бы это оказался ее бывший муж, она успокоилась бы быстрее - он хоть виноват. А этого за что убили? За просто так. За то, что один мерзавец отнял у себе подобных деньги. А она помогла его убить. Своим бездумным согласием, своим потворством...

Когда Соколов ушел, она посмотрела в глаза сыну.

– Игорь, ты веришь ему?

– Не во всем.

– Этот человек - не случайная находка. Его убили по приказу Соколова.

Игорь посмотрел на нее с изумлением.

– Мам, ты что?

– Ничего. Сам подумай - он же не мог ждать несколько месяцев, пока появится подходящее тело.

Игорь пожал плечами, отвернулся. Долго молчал, потом глухо сказал(

– Есть вещи, в которые лучше верить. Я не хочу задумываться, где именно Соколов соврал. Себе дороже. Но вот насчет разборки в Митино я знаю точно - она была. Там, в морге, когда тебе стало плохо, Жанна с санитаром разговаривала как раз о ней. Этого мужика привезли оттуда. Я слышал это собственными ушами. А Соколов абсолютно точно не из тех, кто катается по разборкам. Сомневаюсь, что у него хотя бы газовый пистолет имеется. Ему проще роту телохранителей нанять.

– Да?
– с надеждой спросила Елена.

Игорь кивнул.

– Знаешь, я не смогла бы жить с мыслью, что из-за меня убит человек.

– Да не из-за тебя!
– неожиданно взорвался сын.
– Не из-за тебя, пойми ты это! Думаешь, Соколов без нас не обошелся бы в случае нужды? Да ему всего-то нужно, чтобы его человек возглавил банк! А подделать свидетельство о смерти - пара пустяков! На месяц бы все угомонились, он успел бы деньги перевести в другое место - и ищи ветра в поле. Мы ему нужны только затем, чтобы не подставляться лишний раз с подделкой документов. Понимаешь?! Во всем виноват папаша, будь он проклят! Он намудрил, своими куцыми мозгами не сообразив, кому ногу подставил! И это наше счастье, что Соколов кровь не любит. Потому что будь на его месте другой человек, нас бы мгновенно убрали, чтобы права на наследство не предъявили! О, Господи, попался бы мне сейчас папаша...

– Игорь, ты что? Что у тебя за мысли?

– Да обычные! Я просто знаю, по какому лезвию мы сейчас ходим. И этим мы обязаны только ему. Боже мой, всю жизнь ничего, кроме неприятностей, от него не видели... А кстати, хочешь посмеяться? Я спросил у Соколова, из-за чего папаша вдруг взбрыкнул. Знаешь, в чем дело? Этот идиот решил Лильку замуж выдать. За брата Соколова. Ну еще бы - жених хоть куда. Вице-президент UMF, хозяин киностудии и все такое прочее. Вот только жениться он собирался совсем на другой. Папаше это сильно не понравилось. Особенно когда Лилька мужику в штаны залезла, а тот ею попользовался и бросил. Вот за это он и отомстил. А мы расплачиваемся. И не только мы, - он перевел дух.
– Соколов говорит, что банк в катастрофическом состоянии. Спасти его можно, только вложив колоссальные деньги. А откуда их взять? Раньше папаша держался за счет UMF. Но они больше не станут поддерживать фирму, один раз кинувшую их. Уйдут и заберут свои деньги. А это банкротство. Крупные клиенты не пострадают, как обычно, а все частные вклады накроются медным тазом. И кто за это ответит? За Лилькины амбиции пострадают ни в чем не повинные люди. И обвинить Соколова у меня язык не повернется. Его брат один раз уже вытянул банк. И как папаша за это отплатил ему?

Игорь ходил по кухне, возбужденно размахивал руками, возмущался... Елена тихо плакала, но сын не замечал. Чертовы деньги, сколько из-за них бед... Да провались они пропадом, уже ничего не надо, лишь бы вернулась прежняя не слишком шикарная, зато спокойная жизнь! Но Елена все яснее понимала - скоро самой большой роскошью ей будет казаться именно покой. Потому что обратного пути, к сожалению, не существует...

Глава 4

Вынужденное пребывание дома действовало на Сашу просто убийственно. Энергия била ключом, а тратить ее оказалось не на что. Нога болела страшно, но он упрямо слонялся по дому, стуча костылем и ища себе занятие. И дико завидовал Соколову, который целыми днями носился по городу, улаживая всяческие проблемы. Соколов, в свою очередь, завидовал брату, потому что не получалось даже выспаться. Не говоря о том, что он вдруг обнаружил, что жить не может без жены, а видел ее редко. Даже не каждую ночь периодически приходилось оставаться на "лежках".

Саша посмотрел на часы - пора спускаться вниз. Мишка должен приехать с минуты на минуту, отчитаться по Логинову и диверсионной акции, проведенной этой ночью. Стиснув зубы, потянулся за костылем, встал, поковылял к двери. И в коридоре столкнулся с Мишкой.

– Ты куда?
– удивился тот.

– Тебя встречать.

– Какая честь... Ну что, в твоем кабинете или в моем?

Саша пожал плечами. И вернулся на то же место, которое покинул минуту назад. Мишка, довольный и радостный, запер дверь кабинета, уселся, пододвинул пепельницу.

– У меня отличные новости, - сообщил он.
– Выставлен на аукцион асфальтовый завод в Красногорске.

С тех пор, как в Москве началась реконструкция автодорог, Саша мечтал получить эксклюзив на поставки асфальта. На пути к цели имелись два основных препятствия - Рябушкин из мэрии, и господин Зуйфаров, асфальтовый король. Работа в этом направлении велась давно, но пока безрезультатно Рябушкин с Зуйфаровым дружили со школьной скамьи, и трещин в этом союзе не наблюдалось. А пока они были едины, Саше не удавалось хоть кончиком пальца влезть в достаточно прибыльную отрасль.

Завод в Красногорске ему нравился. Расположен великолепно, хорошие транспортные пути, все оборудование относительно новое, и долгов на нем не так уж много. Раньше был государственный, потом - приватизированный. Сейчас, как водится, разорившийся. Купить его было бы весьма кстати. Но для участия в аукционе требовалось неофициальное согласие Рябушкина. Поэтому конкуренты Зуйфарова отметались уже на этапе подготовки. Сам же он сидел столь крепко, что даже его смерть от рук киллера ни к чему не привела бы наследников хватало. Вот если бы Рябушкин его предал, тогда Зуйфарова можно было бы свалить даже без привлечения ВДВ...

– И что?

– А то, что Яковлев нарыл серьезный компромат на Рябушкина. Лужкову это не понравится. Мало того, Рябушкин тоже будет недоволен. Потому что этот компромат находился у Зуйфарова - на тот случай, если старый друг начнет диктовать свои условия. И Рябушкин о такой страховке даже не подозревал.

– Но там понятно, что компромат изготовил Зуйфаров, а не мы?

– Ясно, как белый день. Еще не все. У Зуйфарова старший сын, его гордость и надежда, давно и безнадежно сидит на игле. Отец не знает.