Чтение онлайн

На короткие расстояния или в космических сражениях корабли используют досветовые и сверхсветовые двигатели. Естественно, массивные и сверхмассивные военные суда не могут сравняться по скорости и ускорению с небольшими лодками. Частенько звездолеты для эвакуации важного персонала с перевалочных станций делают из старых туристических яхт. Даже ракетные катера не могут их догнать.

На супер-коротких расстояниях можно использовать истребители и ракеты с досветовыми двигателями, но пока флот выйдет из гиперпространства, пока сориентируется по вектору, пока приблизится к станции, в 99% случаев лидеры станции успевают сбежать до того, как военные приблизятся на рабочее расстояние для истребителей и ракет.

Что на станциях, что на кораблях установлены гиперпространственные радары. Они мгновенно улавливают возмущение пространства во время входа/выхода космолета из гиперпространства. Даже если есть маячок, посылающий точные координаты станции, корабль не может выйти из гиперпространства достаточно близко к станции. Так работает технология гипердрайва, позволяющая избежать столкновения с крупными объектами на выходе.

Даже рядом с другим звездолетом невозможно появиться. Если повезет, ближайшее расстояние может составлять до нескольких тысяч километров. Если не повезет, то можно выйти из гиперпространства в десятках или сотнях тысяч километров от цели. Выстрел из фотонной пушки может достать цель за секунду, но обычно к этому времени станция уже поднимает энергетический щит. К тому же, фотонные пушки альдов недостаточно мощные.

Энергетический заряд из куда более разрушительных маго-лучевых орудий летит со скоростью в десять-двадцать раз меньшей, чем фотонный луч. Со ста тысяч километров выстрел долетит за 3–6 секунд. Плюс пара секунд на заряжание орудия. Более чем достаточно времени на реакцию. Естественно, ракеты, снаряды и истребители летят еще дольше.

К тому же, на выходе из гипера флот материализуется в текущем пространстве реальности от нескольких секунд до нескольких десятков секунд (а в прежние времена даже до нескольких минут) — в зависимости от расстояния, которое флот преодолел в гиперпространстве. Радар же мгновенно передает информацию оператору радара. И с учетом всех факторов у персонала станции есть, как минимум, от половины минуты до двух-трех минут на реакцию.

Пока вражеский флот сковырнет энергетический щит и внешнюю обшивку станции, может пройти до четверти часа, а эвакуационный корабль всегда находится в разогретом состоянии. Он может вылететь из трюма через 2–5 минут после объявления о эвакуации. За столетия существования нынешней повстанческой группировки, имперцам удалось схватить руководство только нескольких десятков станций.

Проще всего их уничтожить на месте, тогда ничего не попишешь, персонал станции может только сетовать на свое невезение. Однако, обычно военные так не поступают, так как есть вероятность уничтожить ценный персонал или имущество, принадлежащее какому-нибудь серьезному чиновнику или высшему аристократу. Вероятность не то, чтобы слишком высока, но никто не хочет внезапно лишиться должности по неизвестной причине.

Обычно, захват или уничтожение станции происходят по наводке конкурентов. Или когда какой-нибудь политик или молодой офицер спешит получить достижения. Разумеется, если политику нужно получить достижения, процесс согласуется заранее, и высшее руководство станции покидает ее заранее. Иногда даже до отправки имперского флота. А молодым офицерам, если у них нет соответствующей поддержки, объясняют, что так дела не делаются.

Если же поддержка имеется, и офицер слишком идеологически заряжен, вокруг него или даже в его постели появляются десятки шпионов разных фракций, которые докладывают начальству о всех телодвижениях флота под началом этого офицера. Поддержка закрывает глаза на этих шпионов, так как такой офицер может просто исчезнуть из этого мира, если нанесет слишком много ущерба уважаемым людям. Ничего личного, просто бизнес.

Как к новой силе в регионе, окружающие коллеги и конкуренты присматриваются к перевалочной станции землян. Земляне также аккуратно прощупывают почву, пытаясь понять, чьей протекцией следует воспользоваться. Кто может обеспечить достаточную защиту и не попросит за это баснословный барыш. Так устроен здешний бизнес. Если не платить никому за крышу, даже мятежное правительство этого не поймет.

Разумеется, земляне могут себе более дорогой тариф, чем другие станции. Други станции зарабатывают на фрахте кораблей контрабандистов и перепродаже товаров. А космическая станция землян имеет множество видов дохода. Начать с того, что здесь продают металлические слитки, добытые землянами на Механоиде. И цена их продажи здесь выше, чем на столичной планете. Она ближе к рыночной, но стоимость добычи у землян ниже, поэтому чистая прибыль, даже с учетом стоимости телепортации, исчисляется сотнями процентов. Одно лишь только это позволяет содержать большую станцию, независимо от стоимости крыши.

Второй большой источник богатства — это отмывание денежных средств, заработанных на бирже. Циферки на электронных кошельках для землян ничего не значат. Значение имеют только магические кристаллы на складе Республики в Киншасе. Но обращение виртуальных циферок в реальные товары представляет некоторую сложность. Даже если конечная ценность мана-камней, доставленных на Землю вдвое или втрое ниже, чем номинальное значение затраченных на операцию денежных средств, для землян это все еще выгодная операция.

Разумеется, на фрахте и перепродаже станция также может зарабатывать. Даже больше, чем конкуренты. Другим станциям приходится покупать аборигенов или рабов у аристо или мятежного правительства, земляне же используют роботов-аватаров, стилизованных под роботов местного производства. В производство такого робота на месте или телепортацию его с Земли нужно вложить больше денег, чем обошлась бы покупка раба, но эксплуатационные расходы ниже.

В отличие от живых докеров, роботы не едят, не пьют и даже не дышат. Им не нужно отдельное помещение для отдыха или приема пищи, что экономит много пространства и энергии на станции. В дополнительном персонале, обслуживающем докеров, также нет никакой необходимости. К тому же, их не нужно учить сызнова, что нужно делать и как работать. То есть, нет никаких расходов на адаптационный период. Если вдруг случится так, что станция будет взорвана вместе с аватарами, сотрудники-земляне мгновенно войдут в рабочий ритм на новом месте.

Работает связка робота-аватара и оператора-земляна быстрее и эффективнее местного живого докера. Здесь заключается некоторый парадокс. Уровень жизни республиканцев беспрецедентно высок на Земле. Хотя стоимость часа труда можно уменьшить, предоставив работу землянам из других стран, правительство Республики предпочитает сначала обеспечить занятость своим людям. Таким образом, хотя стоимость труда республиканцев не так высока, как у сотрудников нижнего уровня Высших Цивилизаций, в пересчете на ценность мана-камней, час труда республиканца стоит дороже, чем час труда местного докера.

Да, на станциях их используют, как рабов. Но использование пищи для оплаты за работу со временем перестает работать. И побои также не помогают. Труд в космосе — не такая уж простая задача. Тем более, владельцы станции изначально вложили много средств в ее создание, а также купили докеров и создали для них инфраструктуру. Некий простой мотивационный план для них необходим, так или иначе. На станции создают замкнутую экосистему, в которой докеры могут тратить виртуальную заработную плату на развлечения и улучшение условий жизни. Поэтому некая ЗП у них все же есть.

Вот так и выходит, что «чистая» заработная плата докеров республиканцев в перерасчете на час труда выше, чем у местных докеров. Вместе с тем, для того и придумана механизация, чтобы экономить на заработной плате. Да, многие местные докеры также носят экзоскелеты, помогающие в работе. К тому же, в доках обычно ниже гравитация, если она присутствует. Но операторы в роботах-аватарах сильнее, быстрее и эффективнее.

Команды докеров работают в соответствии с заданиями, выданными искусственным интеллектом. Начальник логистики предварительно оглядывает товар. Визуальные образы с его объективов попадают в систему. На основе имеющейся базы данных, а также спецификации товара в счете-фактуре, система оценивает каждую товарную единицу в объеме и весе. Каждая единица получает свое место на складе. Оператор робота-докера получает точную информации о местонахождении назначенной ему товарной единицы, маршруте и точке, в которую товар должен быть доставлен.