Чтение онлайн

Ещё худшие оскорбления ожидали его в Библе. Правитель этого финикийского порта, узнав, что посол явился без денег, не только не отпустил ему кедровое дерево в кредит, но даже конфисковал у него судно и приказал, чтобы он, как нежелательный иностранец, немедленно покинул город. Унуамон, лишившись судна, не мог, разумеется, выполнить этот приказ, а когда собрался уехать на другом судне, его арестовали.

После долгих издевательств и споров в конце концов Унуамон послал в Фивы за деньгами и меновыми товарами, чтобы получить назад судно и приобрести кедровое дерево. Правитель Библа, пользуясь слабостью Египта, заломил неслыханную цену. Помимо золота и серебра он получил десять царских одежд из льна высшего сорта, пятьсот свитков папируса, пятьсот воловьих шкур, пятьсот мотков каната, двадцать мешков чечевицы и тридцать корзин с рыбой. Падение египетской мощи шло параллельно с усилением политического хаоса в Азии. Государство хеттов пало под ударами "народов моря". Вавилония, управляемая династией Касситов, была слаба, и растущее могущество Ассирии и Элама представляло для нее весьма серьезную угрозу. Это был один из тех очень редких периодов в истории Древнего мира, когда в Ханаане не сталкивались экспансионистские устремления Азии и Египта.

Бывшие ханаанские вассалы Египта теперь почувствовали себя независимыми суверенами. Стремясь расширить границы своих крохотных государств, они вели между собой яростные бои за каждую пядь земли, за каждую пограничную межу. Страна политически была раздроблена и даже в минуты величайшей опасности не смогла создать общий фронт обороны. О степени этой раздробленности свидетельствует Книга Иисуса Навина, в которой говорится, что он убил тридцать одного царя. На фоне этих политических отношений становится совершенно понятным успех, приписываемый библейскому Иисусу Навину. Он не сталкивался лицом к лицу с объединенными силами всего Ханаана, а имел дело с отдельными царьками или же с их коалициями, наскоро сколоченными для совместной обороны. Израильтяне брали над ними верх не только благодаря своему воинственному азарту, но и благодаря численному превосходству.

Слабость Ханаана вдобавок коренилась в политической раздробленности. Отношения, которые застал Иисус Навин, во многом напоминают период заката великой Римской империи. Угнетаемые поборами, обнищалые массы италийского народа приветствовали германских агрессоров как освободителей. Последние несли с собой социальную революцию и обещание лучших времен и, во всяком случае, ставили предел власти дорогостоящей и разъеденной коррупцией бюрократии, которая при последних цезарях разрослась до нелепых размеров и высасывала все жизненные соки общества. Теперь представим себе ситуацию в момент нашествия израильтян. Крестьяне и ремесленники, уже достаточно пострадавшие во время междоусобных войн, не желали больше воевать. Насильно призванные в войска, они вяло сражались и охотно убегали с поля боя. Ведь это была не их война, а война господ, которым было что защищать. Израильские захватчики, можно полагать, даже пользовались тайной симпатией народных масс: израильтяне не только были такими же простыми людьми, как они, но вдобавок говорили на семитском наречии, настолько близком к их языку, что они могли свободно договориться друг с другом. Но как же ханаанский народ мог питать симпатию к захватчикам, которые, согласно библейской версии, вели жестокую, тотальную войну, убивая пленных и начисто истребляя гражданское население? Мы уже говорили, что редакторы Библии сильно преувеличили жестокости израильтян. Если мы прочитаем Книгу судей, то придем к выводу, что завоеватели быстро породнились с туземцами путем смешанных браков и стали ревностными почитателями их богов. Даже редакторы Библии не сумели затушевать этот факт, объясняя лишь, что Яхве оставил в живых такое большое количество ханаанеян, чтобы наказать израильтян за отступничество и нарушение Моисеевых заповедей.

Таким образом, все говорит за то, что широкие массы ханаанского народа действительно благоволили к захватчикам, а затем без сопротивления примирились с их присутствием.

Настроения эти, по всей вероятности, послужили одной из основных причин сравнительно легкого покорения отдельных районов Ханаана.

Согласно Библии, к победе Иисуса Навина приложил руку сам Яхве, поддерживавший израильтян при помощи чудес. Редакторы текста, видимо, желали таким путем подчеркнуть сверхъестественный характер этой агрессии. Но и на этот раз, так же как и во многих предыдущих случаях, они не высосали из пальца описываемые события. Они только, в соответствии со своими намерениями, по-своему интерпретировали факты, которые действительно имели место во время захватнической кампании. В Книге Иисуса Навина мы встречаемся с тремя чудесами, и каждое из них можно объяснить самым естественным образом.

Первое чудо произошло, когда внезапно остановились воды Иордана. Мы читаем об этом в Книге Иисуса Навина (глава 3, стих 16) следующее: "Вода, текущая сверху, остановилась и стала стеною на весьма большое расстояние, до города Адама, который подле Цартана; а текущая в море равнины, в море Соленое, ушла и иссякла". Упомянутый в тексте город Адам и помог исследователям Библии разъяснить это чудо. На расстоянии двадцати пяти километров к северу от Иерихона существует иорданский брод, по сей день именуемый эль-Дамиех. Кроме того, на восточном берегу реки лежит небольшой холм Тель-эль-Дамиех. Оба названия безусловно происходят от древнего Адома (Адама), руины которого действительно недавно открыты под вышеназванным холмом.

Иордан течет там по глубокому оврагу между стенами из извести и глины. Оба берега часто испытывают подземные толчки вулканического происхождения. Не раз случалось, что скалистые стены обрушивались в русло реки и создавали плотину, которая останавливала течение воды. В 1927 году Иордан был таким образом перекрыт почти на целые сутки. В то время как воды скопились к северу от эль-Дамиеха, южный отрезок реки от плотины до Мертвого моря стал таким мелким, что его можно было перейти, едва замочив ноги. В свете приведенных фактов напрашивается вывод: если необычайное событие при переходе Иордана действительно произошло, то повинен в том был не Яхве, а широко распространенный в этих местах каприз природы. Почему же составители Библии ни слова не говорят о землетрясении? Я думаю, что они сделали это преднамеренно. Израильтяне, которые жили в гористых окрестностях Иордана, хорошо знали, что обвал скалы может перегородить Иордан как раз у городка Адама. Следовательно, их трудно было бы убедить, что это случилось благодаря чуду. Составители Библии понимали, что теологическое толкование факта может пробудить сомнения, и поэтому опустили в своем описании все, что им не подходило. Но вопреки их стараниям, народное предание о землетрясении полностью не исчезло и попадается в других фрагментах Библии. Так, например, пророчица Дебора говорит в своей вдохновенной песне победы: "Когда выходил ты, господи, от Сеира, когда шел с поля Едомского, тогда земля тряслась..." А в псалме сто тринадцатом, который, кажется, восходит к преданиям эпохи Иисуса Навина, мы находим следующие поэтические слова: "Иордан обратился назад.

Горы прыгали, как овцы, и холмы, как агнцы". Как видим, досадный пробел в описании, принадлежащем редакторам Библии, оказался восполненным: Иордан остановился в результате землетрясения, так как камни, отколовшиеся от стен ущелья, перегородили русло.

Другое чудо - обрушившиеся стены Иерихона. Исследователи Библии и в этой легенде доискались фактов, которые действительно происходили. Однако, прежде чем вкратце изложить их гипотезы, мы должны вернуться к тому, о чем мы уже говорили по другому поводу. Археологи, открывшие Иерихон, т. е. люди наиболее компетентные, решительно утверждают, что крепость пала жертвой нашествия ещё за сто лет до вторжения израильтян, и поэтому библейский Иисус Навин не мог быть её завоевателем. В связи с этим высказывается предположение, что Иерихон разрушили какие-то другие древнееврейские племена под водительством человека, который жил намного раньше ветхозаветного Иисуса, но был его тезкой. Впоследствии обе эти личности были отождествлены в период гегемонии Иудеи, которая стремилась таким путем достичь политической и духовной унификации древнееврейских племен северного и южного Ханаана. Разумеется, вместе с героем северных племен в сокровищницу исторических преданий вошел целый комплекс сказаний о его подвигах, в том числе о захвате Иерихона. Так, согласно этой концепции, библейский Иисус Навин является творением двухслойным, составленным из элементов, относящихся к различным эпохам и обособленным древнееврейским центрам. После этих необходимых оговорок мы можем теперь послушать, что говорят относительно чуда в Иерихоне археологи и историки. Открыватели Иерихона придерживаются мнения, что эта крепость стала жертвой землетрясения и пожара, доказательством чего служат закопченные груды камней и кирпичей, обугленные куски дерева, а также толстый слой пепла, покрывающий руины самого верхнего культурного слоя. В сохранившихся частях крепостной стены, кроме того, видны глубокие трещины, а крыши домов, по всему судя, обвалились внезапно, похоронив под собой предметы повседневного обихода.

Такая версия, однако, идет вразрез с Книгой Иисуса Навина, где сказано, что крепостные стены рухнули, сотрясенные громом труб и криком нападавших. Исследователи Библии, желая согласовать выводы археологов с библейской версией, выдвинули другую, более убедительную гипотезу.

Благодаря клинописным документам нам известно, что минирование крепостных стен относится к одному из самых древних средств осадной техники в истории человечества. Под покровом ночи воины подкапывались под фундамент укреплений и закладывали туда толстые бревна. В определенный момент их поджигали, и стены сползали в выкопанные рвы, сея панику среди осажденных и открывая атакующим путь в город. Можно предполагать, что такая осадная тактика была применена и в отношении Иерихона. Пока шел подкоп под стены, атакующие, вероятно, хотели отвлечь внимание осажденных и заглушить шум подземных саперных работ. С этой целью они воспользовались хитроумным маневром, организуя вокруг стен шествие вооруженных отрядов, марширующих под рев труб и воинственные крики. Обнаруженные в раскопках следы пожаров отнюдь не противоречат этой гипотезе: ведь мы читаем в Книге Иисуса Навина, что израильтяне после захвата города "все, что в нем, сожгли огнем ".

Наибольшую контраверсию вызвало третье чудо израильского похода. Во время преследования армии пяти царей южного Ханаана Иисусу Навину якобы пришлось остановить солнце и луну, чтобы помешать врагам скрыться под покровом ночи. Даже самые рьяные фидеисты не решались утверждать, будто Иисус обладал такой властью над солнцем и луной. Поэтому они искали разнообразные пути для разъяснения этого чуда, исходя из положения, что "Библия правдива" и в связи с этим описанное в ней явление природы должно было произойти на самом деле. Мы не имеем возможности перечислить здесь все гипотезы. Для примера приведем только одну из них, у которой в свое время было больше всего сторонников. Она сводится к тому, что плотная, несущая град туча якобы вызвала полную темноту. Солнце, которое уже скрылось за край горизонта, внезапно вырвалось из-за туч, и отблеск лучей на хмуром потолке неба создал картину внезапного прояснения. Неожиданно прорвавшимся светом воспользовались израильтяне, чтобы полностью разгромить ханаанеян. Впоследствии народная фантазия присочинила к этому эпизоду легенду о том, будто Иисус Навин совершил чудо, остановив солнце и луну, чтобы получить возможность вести бой до окончательной победы. Позднее, однако, оказалось, что вся история, собственно говоря, основана на недоразумении. Иисус Навин в радостном возбуждении восклицает: "Стой, солнце, над Гаваоном, и луна, над долиною Аиалонскою! И остановилось солнце, и луна стояла, доколе народ мстил врагам своим" (Иисус Навин, глава 10, стихи. 12-13).

Мы сразу видим, что сообщение о чуде носит ярко выраженный характер поэтической апострофы. Автор этих строк стремился с помощью метафоры подчеркнуть, как важна была победа Иисуса, показать, будто она была настолько молниеносной и полной, что даже солнце и луна остановились от удивления. С подобными гиперболами мы очень часто встречаемся в древних поэмах, между прочим и у Гомера. Поэтому описанное в Библии чудо не следует понимать буквально. Это попросту стилистическая фигура, возвышенно и экзальтированно воспевающая хвалу Иисусу Навину. Позднейшие лингвистические розыски, впрочем, рассеяли все сомнения в этом отношении. Ибо обнаружилось, что приведенные выше строки - это дословная цитата из Книги праведного, значительно позже вставленная в сказание об Иисусе Навине библейскими летописцами. Книга праведного - это сборник гимнов и коротких эпических поэм, очень популярных среди евреев. Другая цитата, взятая из этой древней антологии, обнаружена во Второй книге Царств (глава 1, стих 18). Так окончательно была развеяна легенда о чуде с остановившимся солнцем. Книга судей является продолжением Книги Иисуса Навина и охватывает примерно 1200-1050 годы до нашей эры; согласно датам Библии, это период от смерти Иисуса Навина до начала монархического строя, введенного Самуилом. Редакторы Библии, однако, не написали полной истории этого периода, не соединили факты и события в их хронологической последовательности. Как и в предыдущих книгах, они стремились показать на избранных примерах, какая судьба постигала израильские племена, если они отступали от Яхве и служили чужим богам. Таким образом, получалась как бы антология эпических сказаний, живо напоминающих скандинавские саги. Сказания эти полны жестокости, военной тревоги, жгучего дыхания пожаров, губительных катастроф, но одновременно и личного героизма, благородных порывов и острых конфликтов во имя истинной человечности. В библейских сказаниях мы встречаем мотивы, хорошо нам знакомые по другим источникам. Дебора - это ведь израильская Жанна д'Арк; дочка Иеффая гибнет так же, как Ифигения, принесенная в жертву Агамемноном. У Самсона много общих черт с Гераклом, а в гротескно-кошмарном приключении сынов Вениамина мы находим как бы прообраз известной римской легенды о похищении сабинянок.

Нагромоздив в одной книге столько жестокостей, бесчестных поступков и невероятных событий, редакторы библейского текста вдруг словно опомнились. Ведь не случайно собрание этих мрачных саг заканчивается оптимистическим аккордом - прелестным сказанием о верной Руфи, включенным в Библию значительно позднее и относящимся к эпохе судей. Идиллическая, насыщенная упоительной тишиной картина: косари во время жатвы, совместно вкушающие пищу, великодушные земледельцы, кроткие, любящие женщины - какой же это резкий контраст на фоне общей анархии, грубости и варварства! Авторы сказания о Руфи как бы хотели показать нам, что и в эпоху судей, вопреки всему, существовал обычный мир честных людей, которые среди общего хаоса сохранили чистоту нравов, простодушие и человеческое достоинство. Несмотря на то, что редакторы Библии приспосабливали историю к своим религиозным тенденциям, Книга судей позволяет нам составить довольно точную картину политических отношений, сложившихся после вторжения израильских племен в Ханаан. Прежде всего мы узнаем, что идея расового единства, по библейской версии навязанная израильтянам Моисеем и поддержанная Иисусом Навином, не выдержала испытания временем. Древнесемитская племенная организация, опирающаяся на узы крови, была ещё слишком живучей, чтобы отступить даже в новых условиях оседлой жизни. У каждого племени были свои особые бытовые традиции, даже говорили они на разных наречиях. После смерти Иисуса Навина, когда не стало общего вождя, снова всплыли на поверхность застарелые обиды, предубеждения и сепаратистские течения. Этому благоприятствовал тот факт, что в результате распада первобытного содружества и углубления классовых различий прежние выборные родовые старейшины превратились в наследственную аристократию. Глава племени или рода присваивал себе титул князя или начальника вместе с такими эпитетами, как могучий или благородный. Эти привилегированные слои стали соперничать между собой и содействовали не только расколу израильского единства, но даже братоубийственной войне. Таким образом, для израильтян наступил период политического хаоса и произвола. В Книге судей мы читаем, что в те дни не было царя у Израиля, каждый делал то, что ему казалось справедливым. Даниель-Ропс в книге "От Авраама до Христа" остроумно пишет, что "история Израиля в этот период распадается на ряд историй по числу племен".