Чтение онлайн

Она умолкает, словно не может вспомнить, почему так важно приехать раньше. В ее сумке звонит телефон, и она начинает его искать.

— Есть громкая связь, Трейс, — напоминаю я.

— Точно, — говорит она, нажимая кнопку ответа на руле.

На дисплее автомобиля отображается имя «Питер».

Ну, вот и оно.

Привет, лапуль! — говорит она. — Я в машине с Роуз и Робертом.

Роуз, ты получила мое сообщение? — раздраженно говорит Питер.

— Привееееет? — демонстративно произносит Трейси.

— Извини, Трейс. Привет.

— Забыла вчера вечером зарядить телефон, — лгу я. — Ты говорил с мамой?

— Да. Ты посмотрела?

— Что посмотрела? — говорит Трейси.

— Рози, — Питер пропускает мимо ушей вопрос Трейси.

Трейси выглядит смущенной и сердитой от того, что ее парень ее игнорирует.

— Нет еще, — отвечаю я.

— Не смотри, — с напором говорит он.

По его голосу я понимаю, что он говорит из личного опыта, и мне вдруг становится нехорошо из-за того, что я не прочитала его сообщение прошлой ночью. Мой брат восстанавливается после зависимости — он пропустил половину прошлого учебного года после того, как его попросили оставить колледж и пойти на реабилитацию. Его воздержанность «призрачна», как он бы сам сказал. Я могла, как минимум, ответить на его сообщение.

— Ребята, вы о чем? — ебовательно спрашивает Трейси.

— Роуз тебе не рассказала?

— Рассказала что? — голос Трейси подскакивает на целую октаву.

— Есть видео со взрывом. Какой-то козлина из Техаса выложил его в интернет, — говорит Питер.

— Стой! — пронзительно кричит Роберт с заднего сиденья.

Трейси ударяет по тормозам, чуть не въехав в парня перед нами, который остановился на желтый, когда она планировала проскочить. Журналы «Vogue» слетают с сидений, а она яростно сигналит, хотя была сама виновата в том, что чуть его не стукнула.

— У вас все нормально? — спрашивает Питер. — Что происходит?

— Ничего, — говорю я, прикрывая Трейси. — Все отлично.

Трейси медленно и неумолимо поворачивается ко мне.

— Отлично? — шипит она. — Почему ты мне не рассказала?

— Я собиралась. Просто было ощущение, что в школе не стоит об этом говорить. Ты бы лучше и на Питера злилась, — говорю я, как будто мне десять лет. — Он тоже тебе не рассказал.

— Зеленый свет, — говорит Роберт. — Трейси, выходи. Я поведу.

Трейси срывается с места.

— Я злюсь на вас обоих! Как я должна для вас…

— Не переноси это на себя, — рявкаю я.

В машине воцаряется давящая тишина. Даже Питер молчит, пока мы сворачиваем к вокзалу и останавливаемся на стоянке.

Трейси, позвони, когда сядешь в поезд. Роуз, заряди свой чертов телефон, когда придешь домой, — настойчиво просит Питер перед тем, как повесить трубку.

Трейси резко выходит из машины и убегает, даже не оглянувшись. Ни «пока», ни «спасибо». Входя в здание вокзала, она уже говорит по телефону — уверена, что с Питером. Роберт наклоняется к переднему сиденью и сжимает мое плечо.

Я привыкла к их отношениям, но нужно признать, все-таки бывают моменты, когда отстойно, что моя лучшая подруга и мой брат — пара. Для меня не всегда находится место, даже когда я в этом нуждаюсь. Но если я чему-то и научилась за последние два года, то тому, что жизнь идет, не считаясь ни с чем — никого не волнует, в стороне ты или нет.

Видео? Это безумие, Роуз, говорит Роберт, пока я пересаживаюсь с пассажирского места на водительское. — Знаешь, я могу сегодня никуда не идти.

Роберт был отличным другом, когда умер папа. Он пришел на похороны, сел позади меня и каждую пару минут протягивал мне новый носовой платок. С тех пор у нас были взлеты и падения, но есть вещи, которые я никогда не забуду.

— Спасибо. Так мило с твоей стороны. Но у меня все отлично.

Когда становится ясно, что я уже сказала все, что готова сказать на эту тему, он выходит из машины.

— Давай встретимся в выходные.

Я знаю, что он предлагает искренне, но знаю и то, что ему хочется находиться в непосредственной близости к кому-то, кто находится в непосредственной близости к Холли. Он жаждет каждую подробность, которую я соглашусь рассказать о Холли и Кэле, потому что планирует вернуть ее, чего бы ему это ни стоило. Он хочет, чтобы я ему помогла, но я не могу помочь, не предавая Холли, а я не желаю так поступать с ней.

Я нравилась Роберту четыре года — с шестого по девятый класс — и мне было приятно его внимание. В девятом классе мы вместе ходили на встречу выпускников, но в тот вечер все закончилось первым поцелуем с Джейми. Не самый благородный из моих поступков. А в прошлом году Роберт встретил Холли, и это случилось — он влюбился в нее по уши.

Смотрю, как Роберт идет к зданию вокзала, и переживаю за него. Даже, если Кэл и Холли расстанутся, вероятность того, что Холли даст Роберту второй шанс, ничтожно мала. Но сердцу не прикажешь, и неважно, на пользу это тебе или нет.

Не то, чтобы я разбиралась в таких вещах.

Глава 5

— Стоп! Стоп, стоп, стоп.

Усиленный микрофоном голос Энджело эхом отдается от стен гаража. Он машет рукой, как будто моя игра причиняет ему физическую боль, и я должна немедленно прекратить.

— Свитер, что за черт? Ты так и не научилась играть фа-аккорды? — он снимает свою гитару и прислоняет ее к усилителю. — Ты не тренировалась, и я тебя за это отшлепаю. Иди сюда.

— Энджело! — говорит Стефани, притворяясь, что она в шоке от флирта ее парня со мной.

Она знает, что Энджело не способен разговаривать с женщинами, не флиртуя. А еще знает, что его сердце целиком и полностью занято ею.

— Стеф, как она собралась играть ритм, если не тренировалась? Роуз, у тебя гитара не настроена. Давай ее сюда. Что бы ты, блин, без меня делала, а?

Я протягиваю Энджело его старую гитару. Он требует полной тишины, чтобы настроить ее на слух — считает цифровые тюнеры дерьмом. Мне всегда смешно, когда Энджело суперсерьезно относится к музыке. Думаю, это единственное, к чему он серьезно относится, кроме Стеф. И, конечно, моего обучения игре на гитаре. А я, по какойто причине, так этим и не занимаюсь.

Мы в нашем месте для репетиций, в задней части автомастерской отца Энджело. Энджело работает здесь механиком, когда он не «на гастролях». После того, как я окончила девятый класс, а Энджело — школу, был период, когда он уезжал в полугодовой тур со своей группой. Складывалось впечатление, что они подпишут контракт со звукозаписывающей компанией. Но заинтересовавшаяся ими компания подписала контракт с солистом, а всем остальным было сказано проваливать.

Энджело некоторое время бесился, а затем начал пробоваться во множество других групп — ни в одной ему не сказали, что он не может быть музыкантом. Потом он услышал меня в школьном мюзикле, понял, что я не могу петь в унисон с другими, даже если от этого будет зависеть моя жизнь, и уговорил меня пройти прослушивание для его собственной группы. Оказалось, что моя неспособность (на самом деле, нежелание) петь, как другие — именно то качество, которое Энджело искал в солистке. Вскоре он привлек Стефани, чтобы она играла на ударных как выяснилось, у нее это очень хорошо получается — и была бэк-вокалисткой. Так родилась наша группа.