Чтение онлайн

Поженились Иван со Светой два года назад, жили на Радиогорке в подаренной тестем квартире, но с началом всего этого дурдома, временно переехали к тестю – все же частный дом за высоким забором, да и скопом легче и спокойнее как-то. То, что его тесть Николай Зиновьев был непростым человеком, Иван понял сразу, как только с ним познакомился, но Николай Иванович никогда о себе подробностей не рассказывал, а у Светика Иван не стал выспрашивать. Захочет мужик – сам расскажет. Зять знал лишь то, что Николай Иванович развелся с матерью девчонок, когда Светке еще и пяти не было. То ли мать Светланы загуляла, пока Николай моря бороздил, то ли сам Николай нашел другую бабу, но семья развалилась.

Через некоторое время мужчина и женщина снова сошлись – родилась Надюшка, а вместе с ней и надежда на восстановление семьи. Имя придумал отец, но вскоре мать узнала, что нарек он младшую дочку в честь своей любовницы, которую никак не мог забыть, и снова все полетело к чертям собачьим. Отец снова ушел и где он пропадал почти двенадцать лет, девчонки не знали. Только однажды он появился на пороге дома, где жили девочки с матерью и отчимом и забрал тех к себе. Мать не возражала. Отчим тоже против ничего не имел. Хотя однажды, буквально сразу после стремительного переезда, Света, забежав к матери в гости на несколько минут, мельком увидела отчима с разбитой губой и синяком под левым глазом… Может, таким образом отец и уговорил отпустить дочек к себе…

А потом Света познакомилась с Ваней, которого буквально сразу же представила отцу – таково было требование родителя. Иван Николаю понравился, поэтому и препятствий в отношениях молодым людям тот чинить не стал.

Но Иван всегда знал, что если что-то не понравится этому хмурому мужику, то жизни в этом городе ему не будет – уж больно разные знакомые водились у его тестя.

– Да просто… – сделал вид, что ничего не произошло Пуля. – Надо же как-то хозяйку звать.

– А хозяйку звать не надо. Она сама, если понадобится, придет. Да и нечего ей здесь делать, за столом, когда мужчины свои дела решают! – ответил Николай, наблюдая, как дочь сноровисто накладывает в тарелки запеченный картофель с мясом и луком, аромат которого дразнил ноздри.

– Колян, да я чё! – развел руки в примирительном жесте Пуля. – Я ж чисто так… Все, базара нема!

– Все, Светлана, иди в комнату. Надо будет что-то – позовем. – Кивнул в сторону двери слева Иван.

Девушка вопросительно глянула на отца и, получив в ответ утвердительный кивок, быстро скрылась в комнате.

Ничего себе порядки! Да девчонка вышколена как солдат-первогодок. Хотя, может, это и к лучшему, когда девушка привыкает видеть в отце бесспорный авторитет и не смеет его ослушаться. От отца авторитет перейдет на мужа. А что может быть лучше послушной и верной жены?

Степан даже горько усмехнулся. Он и представить не мог, чтобы Катерина вот так бы молча все сделала и ушла, если бы он ей с таким тоном сказал подобные слова. Да у Кати бы рот минут тридцать не закрывался, доказывая, что с ней обращаться подобным образом нельзя, ведь она не прислуга и не кухарка, а самодостаточная личность и женщина с большой буквы Жо… А эта девчонка только на отца глянула. Да уж… не так прост Николай, ой не прост!

Пятнадцатилетняя Надя и ее подружка Лиля сидели в Надиной комнате, рылись в интернете, когда к ним присоединилась Света.

– Что там такое? – поинтересовалась Надя.

– Не знаю. К отцу какие-то гости пожаловали, но он какой-то странный. Сначала тебя отправил в комнату, потом Ваня меня сюда отослал и отец не стал его останавливать.

– Да ладно вам, девчонки, устроили тут тайны Мадридского двора… – скривилась Лиля. – Нашли проблему. Мужики бухают, а вас отослали, чтобы не отсвечивали там да не мешали.

Надя с пятого класса дружила с Лилией, гуляли вместе, летом даже официантками подрабатывали на пару – чтобы не так страшно было. Поэтому, когда в закрытую дверь комнаты, где жила Лиля начали ломиться ее умершие и воскресшие родители, то первым делом девчонка позвонила подружке, чей отец и помог девушке выбраться из дома, а потом и приютил у себя.

Полдня девочка была в ступоре, потом несколько часов подряд ревела, отчего к вечеру лицо распухло до неузнаваемости, а потом как-то стала отходить, абстрагируясь от произошедшего.

Теперь же целыми днями она только и делала, что мониторила в интернете информацию по всему происходящему, впитывая в себя ее, как губка жидкость.

Несколько часов девчонки сидели в комнате, не выходя и даже не выглядывая. Каждая занималась своим делом.

– Надь, – тихо позвала Лилия.

– Чего?

– Я в туалет хочу.

– И че? Тебя что, над горшком подержать?

– Ну, Надь. Пошли со мной… – канючила девчонка.

– Лиль, ну сходи сама.

– Ну, Надюх… Страшно…

– Пошли. Я тебя проведу, – предложила Света, поднимаясь с дивана, на котором валялась, читая книжку.

Туалет располагался возле кухни, вход в который был из прихожей, поэтому, пришлось идти через гостиную, где сейчас как раз сидел отец с мужем и гостями. Те что-то шумно обсуждали за бутылкой водки, когда девчонки выскользнули из комнаты, стараясь стороной обойти стол.

Мужчины уже были на подпитии, особенно шумно себя вел лысый, размахивая руками и рискуя свалиться с табурета, на котором сидел, доказывая что-то Ивану. Сидящий возле Ивана светловолосый парень в джинсах и свитере только молча жевал соленый огурец, глядя мутноватым нетрезвым взглядом на граненую рюмку, стоявшую перед ним. Отец тоже довольно шумно что-то обсуждал с третьим гостем, который при появлении девушек уставился на худенькую фигурку Лили алчным взглядом. Девушка кожей ощутила этот взгляд на себе, стараясь побыстрее выйти из комнаты.

– А это кто, мля? – заплетающимся языком спросил Михай.

– Подружка дочки.

– Подружка? Так, может, отдашь ее нам, а, Колян? – Миха пьяно заржал, увидев расширенные от испуга глаза девчонки, так контрастно выделяющиеся на побледневшем лице. Девчонка на какое-то мгновение впала в ступор, а потом быстренько выскользнула из комнаты, закрывшись в туалете. Света тоже пересекла комнату и вышла на улицу – нужно было покормить пса. Иначе он так и будет голосить весь день.

Миха какое-то время сидел за столом, потом поднялся, намереваясь выйти из комнаты.

– Куда? – уставился на него из-под бровей Николай.

– Колян, да я на перекур! Чё ты?

– Ничё. Иди уже.

Миха, опустошив стоящий на столе стопарик с водкой, схватил соленый огурец и отправил его в рот, не замечая, как струйка рассола стекает по подбородку. Шатаясь и поэтому придерживаясь за стол, а потом за косяк двери и стены, мужчина вышел на улицу, отметив, что в туалетной комнате горит свет.

Яковлев вышел на крыльцо дома, с удовольствием потянулся, чуть было не потеряв равновесие – все же выпил он достаточно много. Миха достал сигареты и зажигалку из кармана, чиркнув пару раз последней со смаком прикурил, вдыхая горячий горький дым, наполняя им свои легкие и с усилием выдыхая его. Выпитое давало о себе знать – все было как в тумане, ноги казались ватными, да и тело не слушалось, зато все было по барабану и ништяк.