Чтение онлайн

Назад они идут мимо пыльных камей железнодорожной насыпи. Параллельно тянется длинный ряд уже знакомого частного сектора. Каждый дом не похож на предыдущий, но их так много, что они становятся неотличимыми, словно люди в толпе.

Посмотришь - и представляются целая планета частного сектора, где царит скука и ездят автомитизированные троллейбусы. Куда бы ты не поехал, везде обнаружишь одно и то же - домики, сады, заборы, колодцы, карьеры, лесополоски, магазины "Быт", "Семена" и "Продукты", иногда школа, а вдали - завод или стандартная водонапорная башня. Кажется, был такой проект после революции: города расселить, а каждай семье выделить по такому частному домику вдоль широкополостной магистрали.

Листья уже опали, и сады у домов казались клубами серого дыма.

Промозглая горечь окатывала сердце младшего Мураками при виде этих задворков. Так, наверно, чувствует себя серьёзный столичный молодой человек, когда по чистой случайности оказывается где-то на краю земли - "А ведь посмотришь - и здесь люди живут".

Но вот, например, Рита Люксембург жить в такой дыре не согласится. Здесь таких как она, наверное, и не бывает... Она ведь изысканная, образованная девочка и даже колготки у неё корейского... а может и американского производства. Он вспомнил кассеты, на которые были записаны хулиганские разговоры. Это же фирменное Sony... с красными наклеечками...

– Скажи, брат,- заговорил он,- а как ты думаешь - это нормально... зарабатывать на сумасшедших?

– Ну...- Харуки задумался,- рынок большой и почти не затронутый.

– Но разве это правильно?

– Психиатры вот зарабатывают.

Со стороны Пули показалась зелёная морда трёхчасовой электрички. Тяжёлый состав полз из-за поворота, словно огромный кольчатый червь.

– Как думаешь, сколько сумасшедших вон в той электричке?- вдруг спросил Харуки,- Я не о буйных, которых лечить приходится, а именно об обычных. Которые вроде бы ходят и разговаривают, но при этом думают и делают жуткую муть. Ну или просто попадают в больницу с болями и параличами, а на самом деле это нервное?

– Не знаю. Ни одного, наверное. Долбанутые - это всё-таки редкость.

– Ты ошибаешься. Я тут читал, что психи - редкость не очень большая. Один-два процента - это только кажется, что немного. В электричке двенацать вагонов, в каждом вагоне двенадцать рядов по четыре места в каждом. А кому-то всё равно места не хватает и он едет стоя. Перемножь двенадцать на двенадцать и на четыре, а потом раздели на десять. И увидишь, что возбудимых и тихопомешанных - десять или двадцать на каждую электричку. Просто вопрос диагностики. Например, почему в Одессе или Дальнем так много городских сумасшедших? Потому что приезжают туристы и их фотографируют. Была бы провинция - ездили бы эти тихопомешанные на родной завод и про их безумие знал бы только начальник цеха.

– Ух ты, математика какая. После такой математики страшно в автобусе ездить.

"Двадцать на электричку,- подумал Рю,- и пусть хотя бы у четверти есть телефон... Но как узнать номер?"

– А ещё там бывают здоровые, но шутники,- гнул свою линию Харуки,- И это ты даже по себе знаешь. Сам же хвастался, как на олимпиаду сходил.

8. Еноты посередине зимы

В идеале, школьные олимпиады должны выявлять таланты. Пусть способные к химии приходят на химию, способные к истории - на историю, и покажут, как здорово их выучили. И не беда, если не успеваешь по другим предметам: за первое место даже на городской олимпиаде по любимому предмету тебе простят всё.

Но это в идеале. Потому что как решать те задания, которые дают на олимпиадах старшеклассникам, на уроках не объясняют, чтобы "бедных детей не грузить". Конечно, все задания типовые и за пару месяцев почти любого смышлёного школяра можно выдрессировать хоть для федеральной олимпиады, но этого не произойдёт никогда. Потому что только в фантастическом мире, где живут авторы образовательных стандартов, в одном классе может найтись пара химиков, пара физиков и чемпион города по какому-нибудь подводному бадминтону.

В реальном классе реальной школы есть обычно кучка из двух-трёх смышлёных ребят. Вот они за всех и отдуваются. Хорошо учатся, заседают в школьном совете, стоят на посту в мемориальном отряде, выпускают стенгазету, маршируют, открывают линейку, играют за школу в шахматы и ходят на все олимпиады, куда пошлют.

А первые места на олимпиадах всё равно берут те, кто всерьёз учил предмет. То есть школьники из гимназий вроде той, где учатся братья Мураками.

Рю, при всей непоседливости, считался способным ребёнком. И когда Сергей Владимирович предложил ему скататься на школьную олимпиаду, "а на уроки потом можешь не приходить", то младший Мураками с радостью согласился. Он обожал не ходить на уроки.

Олимпиада проходила в пятой Гимназии. Вы знаете, где это? Вот и Рю не знал. Хотя мог и насторожиться. Ведь эта Гимназия - физико-математическая.

Надо сказать, что в нашей Восточке все прочие учебные заведения считали крайне средними и до ужаса общеобразовательными. И даже второй физмат Лицей почитали за "обычную школку с общагой".

От школьного транспорта Рю отказался и пообещал, что доедет сам. Той зимой ему как раз стукнуло четырнадцать и он обожал исследовать город по способу Шахрина: то есть садился в какой-нибудь троллейбус и ехал на нём до конечной.

Пятая Гимназия обнаружилась за железной дорогой, в Утюгах. Рю это одобрил: будет повод заскочить к дедушке Хиро. В то утро он оделся потеплей, сел в девятый автобус и покатил навстречу приключениям.

Дальний за железной дорогой - это нечто совсем другое. Городу словно перерезают горло. Стандартные советские многоэтажки становятся редкостью, ты видишь то полуразвалившиеся длинные казармы ещё японских времён, то сельского вида магазины с названиями наподобие "Семена" или "Быт", то вдруг окажешься на разъезде, над которым возвышается будка дежурного с синим скошенным козырьком. Девятка катит дальше через частный сектор, каменные дома сменяются деревянными, на заднем плане маячит серобетонный Утюг и кажется, что сейчас город закончится. И вот бегут ограды заброшенных военных складов, по правую руку проскакивает чёрная зимняя лесополоса с серебряной шерстью тростника на болотце - и перед тобой огромный белый простор, а в нём заснеженная спортплощадка и низкие параллелепипеды, сложенные в корпус Пятой Гимназии.

Рю сдал в гардероб куртку, нашёл столы, зарегистрировался - Рюноске Сайтович Мураками, гимназия 1 - получил номер, пошёл в нужный кабинет, получил листок с заданиями, прочитал первое и понял, что попал.

Олимпиада была по астрономии. А астрономические познания Рю заканчивались на созвездиях. Как-то в детстве он нашёл астрономический атлас и несколько недель играл, воображая, как созвездия воюют между собой за звёзды и туманности. Вот созвездие Девы покоряет Ворона, но в Чаше и Секстанте его интересы сталкиваются с созвездием Гидры и закипает война, которая охватывает полнеба...

Но вопросы в задании были куда скучней, а половина слов и вовсе непонятные. Рю сжал ручку покрепче, напомнил себе, что "Уже тем, что человек отказывается отступить, он приобретает силу двух" и начал писать ответы.

В каком городе, Дальнем или Калининграде, светлое время суток 21 октября 2013 года продлиться дольше? Ответ поясните.

В связи с тем, что 21 октября 2013 года в Дальнем состоится мастер-класс известного на всю галактику фехтовальщика jd Йоды, световой день в этом городе будет по просьбе организаторов продлён до 23 часов. В случае отмены или переноса визита Магистра, длина светового дня будет уточняться.