Бывшие. Ты выйдешь за меня
Шрифт:
Она ребенок, и как любому ребенку, ей хочется общения, ласки и любви, которые я пытаюсь дать ей за двоих…
Замолкаю. Не знаю, что могу еще сказать доченьке. Скорее себя убеждаю, а не ее.
Наконец малышка выдыхает и выговаривает:
– Холошо… я пойду… лаз надо…
И столько грусти у нее в глазах появляется, что у меня просто сердце замирает в груди. Прикрываю веки. Понимаю, что, возможно, совершаю ошибку…
Словно интуиция срабатывает, я понимаю, что сама не хочу отправлять Мию сегодня в сад.
Решение само приходит. Я на мгновение прикусываю губу. Раздумываю, смогу ли взять дочку на работу…
В принципе… не раз мои коллеги приводили детей в салон. Зоя часто сына приводила на обеденный перерыв с секции…
Но. Сегодня на подхвате будет Кристина, с которой я не очень лажу. Не думаю, что смогу попросить ее немного погулять с Мией, пока я буду заниматься важной клиенткой, да и хозяйка салона не одобрит подобное.
Крепко задумываюсь и наконец выговариваю тихонечко:
– Мия, я могу взять тебя на работу. Хочешь?
Дочка неожиданно светлеет и улыбается так, словно я ей пообещала маленькую тележку мороженого.
– Хотю! Да!
– Хорошо, только ты мне должна пообещать, что будешь вести себя тихонечко, чтобы меня не наругали, справишься?
Смотрю в глаза своей дочурки, которая задумывается вновь, будто обдумывает сказанное мной, а затем уверенно кивает.
– Значит, бежим на работу!
Мы с Мией выбегаем на улицу, и дочка весело прыгает рядом. Настроение повышается. Солнышко приятно светит. Доходим до автобусной остановки, и аккурат к этому момент останавливается нужный.
Принимаю это как очень хороший знак, проходим в салон, и Мия занимает место у окна.
Улицы проскальзывают за окном, и мы постепенно приближаемся к центру города, где Марина Анатольевна арендует помещение для своего салона, отдавая львиную долю прибыли на антураж.
Хотя, может, она и права. Именно благодаря тому, что салон находится в дорогом районе, к ней, возможно, и обратилась эта Успенская…
Подходим к стеклянной витрине нашего салона, и я спотыкаюсь на ровном месте, замечая представительный седан агрессивного черного цвета…
Сердце пропускает удар, пульс зашкаливает и… мне вдруг кажется, что… я знаю, кому именно принадлежит эта дорогостоящая иномарка…
Глава 2
Глава 3
Успенская задает вопрос с таким апломбом, что я на мгновение теряюсь. Но судя по тому, с каким пафосом выдает информацию моя клиентка, там явно кто-то очень высокого полета.
– К сожалению, я не успеваю читать прессу и не могу знать.
Отвечаю тактично и не лукавлю. У меня просто нет времени следить за всем.
– И что, даже светской хроникой не интересуетесь?
Вскидывает бровь и смотрит на меня как-то снисходительно, я же понимаю, что между мной и этой женщиной пропасть просто огромная.
Если я всецело посвятила себя дочери и бегаю как белка в колесе, чтобы не просто прокормить своего ребенка, а хоть немного успевать обеспечивать нам достойное существование, то у Тамары Успенской главный вопрос жизни – какой именно бренд надеть сегодня.
Скорее всего, дочка богатого бизнесмена жила в тепличных условиях и очень избалована. Я считываю это даже в манере общения. Тяжелый клиент. Но, вспоминая истину, что клиент всегда прав, я заталкиваю раздражение поглубже и стараюсь выглядеть радушно.
– Мой жених – будущий мэр, – высокомерно заявляет Успенская, а я лишь проглатываю шпильку и выговариваю спокойно:
– Поздравляю. Понимаю, как важно для вас устроить мероприятие на высшем уровне.
Вновь ловлю на себе странный взгляд клиентки. Со всем своим высокомерием и желанием указать мне на свой достаток Успенская выглядит жалко. Она оставляет впечатление избалованной девицы, которая только и может кичиться достижениями своего отца или жениха. В то время как я привыкла всего добиваться собственным трудом.
У каждого свой путь. Я это понимаю и стараюсь не замечать какой-то скрытой враждебности Тамары.
Ей, возможно, кажется, что только благодаря ее положению все остальные ей должны по жизни.
Как знать.
– Итак. Вернемся к пожеланиям. Каким именно хотите видеть торжество? Цвета? Стиль?
Пытаюсь навести Успенскую на конструктивную беседу, но богатая наследница лишь откидывается на диване и выговаривает c нажимом:
– Я была в лучших салонах, и мне не нравится. Все приелось. Я видела подобные мероприятия и хочу, чтобы моя помолвка отличалась.
– Отлично. Будем отталкиваться от этого. Вы хотите эксклюзив. Я понимаю. Может, есть еще какие-то пожелания? Что нравится, а что нет? Что именно желаете видеть?
По мере того как я говорю, Успенская дует и без того обколотые губы.
В принципе, все ее лицо: скулы, линия подбородка не очень естественно выглядят. Красиво. Безусловно. Но… ощущение такое, что общаешься с надувной куклой, у которой даже мимики нет.
Разве что выражение какой-то пресыщенности на пару с высокомерием.
– Ой. Я не знаю. Мне нужно что-то шикарное.
Пожимает плечами и отмахивается. Пытаюсь помочь клиентке и выйти хоть на какой-то конструктив, поэтому продолжаю, вновь улыбаясь:
– Быть может, хотите торжество на свежем воздухе? Погода как раз располагает. Можем обустроить ваш особняк либо могу рекомендовать снять усадьбу. Великолепное торжество с примесью антуража дворянского замка… Или могу предложить в помещении, и опять-таки здесь можно выбрать сразу несколько вариантов и отталкиваться от них…
Цокает языком.
– Это ваша работа: угождать и наконец показать то, что мне понравится.
Понимаю, что с этой клиенткой будет более чем сложно. Избалованная. Нагловатая. Не умеет уважительно относиться к людям, с которыми пересекается пусть даже по такому вот вопросу.
Сложный случай. Я даже не знаю, как подступиться к богатенькой избалованной фифе.
– Хорошо, тогда я покажу вам свои эскизы и наработки. Мы можем взять за основу что-то конкретное и уже отталкиваться…