Чтение онлайн

— Это ты не пускаешь.

— Брось, Гель. Я же тебя знаю.

Мужчина тихонько смеётся мне на ухо. Нагло мажет губами по мочке.

А мне будто кто-то электроды к коже прицепил. Импульсы посылает, заставляя дрожь собираться в груди.

Я игнорирую странные ощущения. Отрицаю, что они вообще есть. Я не реагирую на Камиль.

И вообще! Я не... Я...

Я не я. И за объяснениями не ко мне идите.

У меня бессонница. И усталость. И ещё сотня отмазок. Я в этом хороша.

— Если бы ты хотела оттолкнуть, — я чувствую, что Камиль улыбается, — то сделала бы. Царапнула бы, ударила. Закричала. Ты бы меня в решето превратила, если бы захотела.

— Илю не хочу разбудить! — цежу я.

— Врушка. Царапать молча можно.

— А мне руки твои жалко.

— Смотри-ка. Картинка уже складывается. Руки мои устраивают, пресс, я думаю, тоже. Так по частям и соберём.

— Смотри, чтобы по частям не разобрала.

Угроза получается хриплой и неэффективной. Я сама в неё сейчас не верю.

А Юсупов вообще себя бессмертным считает. Его таким не испугать.

Я вздрагиваю, когда мужчина отстраняется. Воздух вдруг кажется прохладным и сырым.

Я резко разворачиваюсь. Хочу... До хотя бы по личику его зарядить.

Но про личико лучше не говорить. А то ещё один плюс себе запишет.

Вот только ничего не получается. Камиль наклоняется ближе. Упирается ладонями возле моих бёдер.

Вроде нагло в плен берёт. Однако я же могу вырваться. Проскользнуть. Или ударить всё-таки.

Но...

Ловлю взгляд мужчины. Серьёзный, сосредоточенный. Без привычной смешинки. И я замираю.

— Разбирай, — милостиво разрешает он. — Мне не жалко.

— Не слишком ли щедро? — я вздёргиваю подбородок. Из последних сил держу эмоции под контролем.

— Скажи мне, Гель. Хоть раз я для тебя что-то жалел?

— Ты... Это очень интересная беседа, Камиль, но... Мне рано вставать. И я не... Не думаю, что это имеет смысл. Ты внезапно возвращаешься и хочешь всё вернуть. Без повода.

— Почему же? Повод был. Даже два. Когда меня подтолкнуло к активным действиям.

— И когда же?

— На юбилее моего отца. Ты была в белом. И обворожительно смеялась.

Камиль

На юбилее

У всех есть свои заскоки. Кто-то залипает не девчонке, потому что улыбка красивая.

Или взгляд. Шутит забавно. Или вся такая необычная.

Кто-то более приземлённое выбирает. Цвет волос, фигуру, размер...

А, я как какой-то дурак, на смехе помешан.

Нет, конечно, и другие факторы важны. У всех свои критерии. Но смех это первое, что внимание привлекает.

Когда девушка красиво смеётся над твоими шутками — это лучший выброс эндорфинов в кровь. Клянусь.

Звонко, ярко, с лёгкой хрипотцой... Здесь сразу цепляет.

Просто случилось так, что такой очаровательный смех был только у одной девчонки.

И я её провтыкал. И это самый главный провтык в моей жизни.

А теперь по ушам режет. Звоном колокольчиков. Среди толпы гостей врезается в сознание.

Я тут же вскидываю голову. Отвлекаюсь от разговора с другом. Взглядом ищу девушку среди толпы.

Отцу шестьдесят исполняется. Он позвал только самых близких. Но таких людей оказалось достаточно.

И теперь зал ресторана заполнен. Не могу сразу найти нужную девушку.

Смех повторяется как подсказка.

Девушка стоит рядом с моим отцом. Спиной ко мне. Над чем-то громко смеётся.

Шелковистые тёмные волосы волнами падают на её плечи. Белое платье обтягивает красивую фигурку.

Лица не видно, но мне уже нравится.

Здесь полно людей, которых я не знаю. Интересно, кто она и с кем пришла.

— Ты долго ещё страдать будешь? — хмыкает Демид. — Это не зд о рово и не здор о во уже.

— А? — спрашиваю я. Взгляда не отрываю. — Что? Ты её знаешь?

— Ты явно переутомился. Плохой идеей было ставить переговоры перед самим вылетом. Уже крышей поехал и забыл? Хотя... Может, к лучшему? Спасибо тебе, боже. Это подарок.

Я не слушаю, как паясничает Демид. Не до того.

В этот момент к отцу подходит фотограф. Делает несколько живых фото. А после он просит позировать.

Девушка одёргивает платье. А после разворачивается. И я узнаю её в мгновение.

Я её, блин, в темноте узнать смогу.

Ангелина.

Конечно. Кто же ещё.

У меня же нюх только на неё.

Автоматика срабатывает. И что хоч делай.

Провода режь, сжигай всё. Мне кажется, умирать буду, а сбоя системы "Геля" не случится.

Да. Всё ещё только на её смех среагировать могу.

— Вы расстались вечность назад, — бухтит друг рядом. — Серьёзно, Камиль, ты бы может...

— Не может.

Друг не понимает. Как это — когда просто теряешься.

В мозгах и сердцах — одна.

Не зря говорят, что "потерявши — плачем".

Я был влюблённым, но напуганным идиотом. Всё так быстро было, давило на мозги.

Я паниковал. Терялся. Я не знал, этого ли хочу от жизни.

Я даже не помню, как оказался на той вечеринке. Почему принял такое отвратительное решение.

Помню только, как друзья гадко шутили, что я так рано под каблук попал. И как Геля смотрела с болью на меня.

Общение с теми друзьями я прекратил. Не потому, что винил. Виноват был только я один.

Но...

Не хотелось в этом кругу больше находиться.

Когда понял, что Геля не простит, а мои появления ей и ребёнку вредят — я отступил.

С головой погрузился в новый проект. Как нельзя кстати появился Демид с предложением.

Всё идеально сложилось.

Геля отели ненавидит. Мы когда ездили отдыхать — всегда апартаменты выбирали.

Отлично же? Воспоминаний нет, я смогу отвлечься. Нырнуть в отельный бизнес, и не буду думать слишком много.