Чтение онлайн

– Мне в душ надо, - говорю я.

– Когда проснёшься. А сейчас падай.

– Нет, - кручу я головой.
– Когда я проснусь, мне некогда будет в душ идти.

– Почему?
– хмурится она.

Я отвечаю многозначительной улыбочкой, и она догадывается, что стоит у меня в планах первым номером на после пробуждения.

– Ну пошли, - с усмешкой вздыхает Наташка.
– Буду осваивать профессию банщицы. Мне же надо теперь устраиваться куда-то.

– Ну пошли, - соглашаюсь я, - секс-банщица. Доведёшь ты меня до греха, Наталья.

Если честно, я радуюсь. До греха или не до греха, но я очень рад, что она здесь.

Выйдя из душа, мы забираемся в постель, и я прижимаю её спиной к себе так крепко, обхватывая руками и даже ногами, что она и вздохнуть не может.

– Ну, давай, рассказывай, - приказываю я, закрывая глаза.

– М-м-м, - стонет она, пытаясь ослабить мою хватку.

– Ты не мычи, толком говори.

Отвоевав себе немного свободы, она вздыхает:

– Ф-у-у-х… Я и не знала, что тяготы семейной жизни начнутся так скоро.

– Да, точно, - соглашаюсь я.
– Тяготы. Но это ещё цветочки, ягодки будут после пробуждения. Вот наберусь силёнок и как начну тебя тяготить. Застонешь тогда.

– Так?
– спрашивает она и стонет.

Ничего так, возбуждающе стонет и получив ответные проявления моего юного организма, начинает смеяться:

– Да, немного же тебе надо.

– От тебя действительно немного, и чиха достаточно.

– Спи давай.

– Ага. Только ты что-то мне сказать хотела.

– Что?

Она крутит головой, и её волосы щекочут мне нос.

– Не знаю, - отвечаю я.
– Сам удивляюсь.

– Сказать, что до сих пор влюблена в тебя?

– Скажи.

– Или, что ты меня возбуждаешь, как… эй, нет, сначала спать!

– Да, это тоже скажи.

– Когда ты меня отправил думать…

– Это когда было? Вчера?

– Да. Вместо того, что ты мне сказал, я вспоминала как ты меня… м… Как у нас первый раз было… Вспоминала и ревела…

– Почему? Больно было?

– Балбес ты, мне хорошо было. Сладко. Но не поэтому, просто… Не знаю, ревела и всё… Потом представила, что если мне придётся уйти, отказаться от тебя, то жить не смогу. Так что вот, теперь ты знаешь мой секрет и можешь им пользоваться. Что бы ты ни сделал, я всё равно никуда не денусь. Ты слышишь? Спишь?

– Нет, не сплю, - тихонько говорю я.

– Ну, вот… Утром проснулась собрала вещи и приехала сюда.

– А как в номер пробралась? Коррумпировала дежурную? Или соблазнила?

Она тихонько тыкает меня острым локотком.

– Ну а что, - снова сжимаю её я.
– В твоём журнальчике таких картиночек не было?

– Были, - говорит Наташка.
– Но я её подкупила. Наврала с три короба и денег дала. Оставила вещи и поехала снова в Измайлово. Там уже все меня потеряли. Замдекана орёт, слюной брызжет, мол, где ты опять была. По Москве, говорю гуляла. А он кричит, что эти прогулки дорого тебе будут стоить. Ну, мне то есть. У нас потом программа началась. Нас же на автобусе возят. Возили. Ну, а из-за меня автобус задержался и расписание сбилось. Неважно, в общем, мы поехали. Сначала были пленарные заседания, потом обед и закрытие конференции. А потом посещение театра Ленинского комсомола.

– Понравилось? Что давали?

– «Звезду и смерть Хоакина Мурьеты». Понравилось, наверное…

– Как так?

– Да я особо и не смотрела, всё про тебя думала. И про себя тоже. Я подумала, а вдруг ты всё это сказал, чтобы… чтобы от меня отделаться. Иди подумай пока, жить мы будем плохо и нас всех убьют. И мне пришло в голову… В общем, неважно, что мне там пришло, да вот только я эти мысли весь день крутила, так что про спектакль мало что могу сказать. Помню, что громко было. В антракте опять замдекана мне мозги начал пудрить. Поймал и давай песочить. И с экзаменами он мне проблемы обещает, и с практикой, и с общественной деятельностью. Ну, а я возьми, да и скажи, что мол да пошёл ты куда подальше. Ну, он, ясное дело, взвился, как змей Горыныч, я говорит тебя отчислю. А я ему, ну и отчисляй. Я и сама отчислюсь. Вот и всё. Вышла в фойе, сижу. Пошла позвонила тебе, тебя нет. Позвонила туда, наверх, там тоже нет. Надо ехать, а я боюсь, думаю вдруг ты меня… ну… выпнешь, короче… В общем вся в растрёпанных чувствах сижу. Дура я у тебя, да?

– Ну, как сказать… - задумываюсь я и тут же получаю новый тычок локтем.

– Нет, ты не дура, - поспешно заверяю её я.

Смеётся, крутит головой, щекочет нос.

– А у девочки, что с нами в делегации университетской была, родственники в Москве.

– А она с вами в гостинице жила или у родственников?

– Замдекана не отпустил к родственникам, она со мной в номере жила.

– Понятно…

– Сам он поехал на банкет, а нам велел возвращаться в Измайлово. А эта девочка говорит, пошлите на квартирник, её сестра двоюродная позвала. Все загорелись, ну я с ними и пошла. Тебе ещё несколько раз позвонила, сердце не на месте. Страшно ехать, если выгонишь…

Она замолкает и тихонько шмыгает носом.

– А староста?
– спрашиваю я.

– Чего опять?
– напрягается она.

– Как он тебя в комнату затащил?

– Он не тащил. Я сама. Он заколебал меня уже, ну а тут настроение было подходящее. Я его выслушала и сказала там кое-что. Коротко, ёмко и по существу.

– Что ты ему сказала?

– Да, какая разница!
– фыркает она, как ёжик.
– Что сказала, то и сказала.

– А он что?

– Дура, говорит, ты. Сама не понимаешь, чего лишаешься. Мы, говорит, с тобой горы свернём, академиками станем, у меня родители… ну и всё такое.

– А ты что?

– Блин, Егор! Я сказала, нет! Что ещё-то? Сказала, что бросаю этот универ дурацкий и замуж выхожу.

– За кого?

Тут уж она локтем не ограничивается, а, проявив недюжинную вёрткость, прокручивается в тисках моих объятий и поворачивается лицом ко мне. За окном светает, но в комнате почти ничего не видно. Ничего, кроме её глаз. Они горят, так, что не увидеть их просто невозможно.

– Егор! Я за тебя хочу! За тебя! Не хочу ждать, не хочу думать, не хочу ничего взвешивать. И ещё, хочу, чтобы ты был только мой… Это уж ты сам решишь, но я очень этого хочу…

– Наташка, - говорю я, - выходи за меня…

Просыпаюсь я в два часа дня. Открываю глаза и вижу свою невесту. Она не спит, смотрит на меня. Лежит, как мышка и ждёт, когда я высплюсь.

Ни слова не говоря, я притягиваю её к себе.

– Что ты хочешь?
– шепчет она мне в ухо.
– Скажи, я сделаю…

– Хм… - говорю я.
– Мне обязательно нужно посмотреть этот журнал.

Она смеётся, а я загадываю желания. Целых три.

Жизнь может быть приятной даже при моём ритме. Телефон разрывается, но мы не обращаем на него внимания. Личное время, прошу прощения. Разобравшись с желаниями, мы идём завтракать, вернее обедать. Для всех это обед, а для нас завтрак.

Правда, прежде чем выйти из номера, я звоню своей начальнице.

– Ирина Викторовна…

– Брагин!

– Стойте-стойте, не начинайте. Вам разве Анатоль ничего не сказал?

– Какой Анатоль?!
– зло бросает она.
– Ты совсем уже обнаглел?!

– У меня уважительная причина. Я просил Толика Георгиева вас предупредить.

– Да?! Молодец! Да только, где твой Толик Георгиев? Не подскажешь?

Ого… Действительно, где Толик-то? Тоже наслаждается исполнением желаний или сам исполняет разнообразные желания Евы?