Чтение онлайн

– С какой целью? Чтобы денег заработать, мистер Рыцарь, – ответил я.

– А зачем вам деньги? – спросил другой джентльмен, с явно выраженными мешочками под глазами.

«Это Князь, – объяснил Инквизитор. – Он занимается всеми драгоценностями мира: металлами, камнями. После инфразвуковой атаки будет вывозить их из очищенных стран.»

– Зачем мне деньги? Чтобы нормально жить, мистер Князь, – ответил я.

– Что вы вкладываете в понятие «нормально жить»? – спросил ещё один джентльмен, с длинным горбатым носом.

«А это Секретарь, – подсказал Инквизитор. – Главный по масс-медиа. Его задача сделать так, чтобы в странах последующих волн очистки, как можно дольше не поняли, что произошло на самом деле.»

– Нормально жить – это иметь, что хочешь, и не быть ни чьим рабом, господин Секретарь.

– То есть, вы считаете себя выше основной массы человечества? – задал вопрос сосед Секретаря.

«Инспектор. Отвечает за финансы. Будет удерживать курс доллара после акций», – раздалось у меня в ухе.

– Основная масса человечества, мистер Инспектор, это, образно говоря, бараны, идущие за пастухом на бойню. Именно поэтому я здесь, среди вас, – сказал я.

– Хорошо, – вступил в разговор следующий участник заседания, как выяснилось, тоже человек без имени, по кличке Командор, обеспечивающий масонов топливно-энергетическими ресурсами. – Предположим, вы будете иметь, что хочется, и не будете ни чьим рабом. Вам этого достаточно?

– Разумеется, нет. Это только базис. Получив его, мне нужна будет самореализация, господин Командор.

– В чём же вы её видите? – вопрос прозвучал от ещё одного джентльмена, участника овального стола. Им оказался некий Барон, удачным образом сочетающий в себе функции наркоторговца и лекарствопроизводителя.

– Самореализация – разновидность бессмертия, господин Барон, – ответил я. – Но если изобретут способ стать бессмертным, самореализация не умрёт. Наоборот, она только усилит свою актуальность. В мире, в котором я пока ещё живу, не учат самореализации, а учат загребанию денежек. Чем я займусь в новом мире? Пока не знаю. Наверняка, тем, что мне будет интересно.

– Абсолютной свободы не бывает. Нельзя жить в обществе, в любом обществе, и быть абсолютно свободным. Даже в новом мире вам придётся придерживаться правил, новых правил, – сказал сосед Командора, человек со шрамом на лице.

«Это Патриарх, – подсказал Инквизитор. – На нём висит вся промышленность мира.»

– Я понимаю. Но и быть пассивным наблюдателем, простым прожигателем жизни, не для меня. Я найду себе занятие по душе. Возможно, снова займусь изобретательством, у меня это хорошо получается. Может быть, чем-то ещё. Но творческим. Творчество в любых формах мне ближе всего, мистер Патриарх.

– Если вы станете Мастером, вам придётся восстанавливать дееспособность очищенных территорий. Вы получите сектор земли, который нужно будет возродить. В этом процессе мало творчества, это тяжёлая работа, – реплика исходила от Избранника. Как нашептал мне Инквизитор, шоу-бизнесмена, которому предстоит развлекать этот мир и после очистки.

– Думаю, я с ней справлюсь. Одно другому не мешает, господин Избранник. Я буду чередовать рутину с полётом фантазии. Я к этому готов, – был мой ответ.

У Надзирателя, маршала сельского хозяйства и животноводства, вопросов ко мне не нашлось. Он так и сказал:

– У меня нет вопросов к кандидату. Я удовлетворён.

За что я его поблагодарил. А вот у Понтифика, главного по религии, вопросы были. Собственно, это были не вопросы, а предостережение:

– Убить несколько миллиардов человек – задача непростая, – сказал он. – Быть может, это не столь сложно технически, сколь морально. В не масонском обществе не принято говорить о смерти, в нём принято говорить о жизни, а разговоры о покойниках, гробах, скелетах, о том, что человек не вечен под Луной, на это наложено негласное табу, – он выдержал паузу, продолжил: – Есть иная точка зрения на смерть, и она близка масонскому обществу. У мексиканского народа смерть возведена в культ.

В мексиканском испанском языке более 20 тысяч слов и выражений, обозначающих смерть. Знаменитый День мёртвых для мексиканцев – один из самых больших национальных праздников. В этот день мексиканские дети получают в подарок сахарные черепа со своими именами, шоколадные гробы и игрушечные скелеты, а улицы мексиканских городов и сёл полны веселья и символов смерти. В церквах поклоняются статуям Святой Смерти. Жители Мексики говорят: «Мы веруем в тебя, так как ты справедлива. У тебя нет предпочтений. Ты забираешь, как бедных, так и богатых». Эта традиция – почитание смерти – уходит корнями в глубь веков.

Смерть для древних индейцев была не столько противопоставлением жизни, сколько представляла собой момент передачи жизненной силы. Соответственно, черепа и скелеты воспринимались не как символы тления, а как символы возрождения новой жизни. Майя и ацтеки считали, что «массовый переход людей в смерть» необходим для того, чтобы на земле сохранялась жизнь и светило солнце, – Понтифик снова прервался, чтобы завершить свой монолог словами: – Я предостерегаю вас, сын мой и брат мой, от «синдрома «Энолы Гэй»». Не надо сходить с ума, как некогда лётчик самолёта, сбросивший атомную бомбу на Хиросиму. Отнеситесь к тому, что вы сделаете, как древние майя и ацтеки. Они были неглупыми людьми, хоть и сильно отличались от нас.

– Я постараюсь, мистер Понтифик, – сказал я. – Но, насколько мне известно, это миф

– то, что лётчик, сбросивший бомбу на Хиросиму, тронулся умом. Ни экипаж «Энолы Гэй», ни экипаж самолёта «Bockscar», сбросившего атомную бомбу на Нагасаки, с ума не сошли. Все они после того, что сделали, остались в здравом рассудке. Я тоже нахожусь в здравом рассудке и не собираюсь его терять.

Хотя вопросы были вроде как банальные, но свою цель они преследовали.

На лице Архитектора сияла благостная улыбка. Видимо, он был очень доволен моими ответами. Настало время взять слово ему.

– Поздравляю, – сказал он, обращаясь ко мне, – вы, Ученик, благополучно выдержали ритуальные испытания: послушали наставления нравственно-философского характера, поучаствовали в небольших диалогах. К сожалению, мы не можем сразу же присвоить вам степень Мастера, таков порядок. Сегодня вы становитесь Подмастерьем. Но, поверьте, как только вы справитесь с практическим заданием, возложенным на ваши плечи, мы снова соберёмся и в ещё более торжественной обстановке назовём вас Великим Мастером Великой Ложи.