Чтение онлайн

— Что же ты натворил… — это прозвучало с каким-то сожалением. — Собрал вещи и к ректору.

Кайл чуть не подавился, попытался что-то сказать, но Долсон уже переключился на команду, стараясь их успокоить и что-то объяснить.

Кажется, его падение началось.

***

Елена кое-как отдышалась, спрятавшись между зданиями. Сердце бешено колотилось где-то на уровне горла, голова гудела, и она едва держалась на ногах, сползла на корточки. Кайл за ней не гнался, но до сих пор трясло.

Красные глаза. Значит, ей не показалось. Значит, сосед будущий вожак, а в генах волки.

Кайл Маквульф точно не обычный альфа. И как именно её угораздило с ним связаться? Елена пискнула, сжимая голову, которая вот-вот треснет. Он может её выпотрошить, и ему за это ничего не будет.

Сделав несколько глубоких вдохов, Елена постаралась вернуть себе спокойствие. Нет. Это Маквульф должен бояться, что связался с ней, а не наоборот.

Она поднялась, направляясь в корпус ректора. Она защитит себя сама, если потребуется. В этот раз она ни в чем не виновата, это всё Маквульф.

Идя по дорожке, Елена ощущала на себе взгляды, и достав из рюкзака кофту, попыталась прикрыть следы «бурных дней», но, как бы ни старалась, этого всё равно бы не получилось. Запах Маквульфа всё ещё осел не выветрился и осел даже в лёгких.

— Поздравляю, — пищали какие-то омеги, — Кайл шикарный альфа!

Елена плотнее сжала зубы. Но ей было плевать, что о ней думают. Проблемы были и посерьёзней, чем общественное мнение.

Когда по дороге она зашла в местную аптеку на кампусе и купила таблетки экстренной контрацепции, посетители на неё косо посмотрели, тут явно нечасто приобретали такие таблетки. В упаковке их было всего две, и Елена заглотила обе сразу, чтобы уж наверняка.

Желудок через минуту как ножом резануло, и появилась изжога. Наверное, так и должно быть?

Она вообще старалась не думать об этом, тем более о детях. Она ещё не готова и уж тем более не от ублюдка Маквульфа.

Елена решила действовать первой. Сама сообщит ректору о неправомерных действиях соседа. И пускай пересмотрят свой проект «Общество без дискриминаций» и лучше проверяют альф, которым доверили омег.

Сколько она себя помнила, то всегда, когда приходила, ей приходилось ждать в приемной не меньше часа. Однако сейчас её пропустили довольно быстро. Как только секретарь открыла дверь в кабинет ректора, Елена на мгновение застыла. Внутри за овальным столом сидели люди, так что откровенной беседы с глазу на глаз явно не получится. Здесь присутствовали и тренер, и врач медкабинета, и психолог и ещё несколько человек, которых Елена видела впервые в жизни.

Все они посмотрели на неё.

— Проходите, Джеферсон, а то мы уже хотели отправить на ваши поиски старост, — без эмоций пригласил ректор Бенджамин Уокер, сидя на своём высоком кресле.

Всё внутри Елены сжалось, учитывая то, что в кабинете ощущался запах, от которой у неё по спине бежал холодный пот.

На диване сидел Кайл, широко расставив ноги, лицо он прикрывал ладонью и только глаза закатил, когда она посмотрела на него. Елена моментально справилась с дрожью в ногах и с гордостью встала напротив ректора.

— Это мистер Дешвуд, — ректор указал на одного из мужчин в черном костюме и шляпе, как у Чаплина. — Он адвокат семьи Маквульф и представитель опекунов Кайла, которые не могут присутствовать здесь в данный момент. Мисс Элиот представитель проекта «Общество без дискриминаций», ну а с нашими преподавателями ты знакома. Мы сообщили твоему опекуну Мартину Джеферсону, но, к сожалению, он не может присутствовать здесь лично, поэтому…

Ректор развернул свой лэптоп, показывая, что дедушка на связи через интернет. Благо, что не было изображения, но она слышала его тяжелое дыхание.

Елена прикусила губу. Она совсем не знала, что это встреча с руководителем ее учебного заведения будет происходить так унизительно.

— Привет, дедуля, — тихо пискнула она, зачем, не понимая.

— Кхэм, — услышала она хриплое.

Мартин Джеферсон был её единственным родственником, тем, кто воспитывал её и многое вложил, а она его подвела. В очередной раз.

— Данная ситуация очень сложна, — фраза была заучена назубок, и протараторил её ректор без запинки, но повисшая пауза давала понять, что речь продолжится дальше: — Вы нарушили множество правил нашего вуза, а также поставили под сомнение программу. Оставлять вас в институте, делая вид, что ничего не случилось, мы не можем, и в то же время пустить всё на самотёк без дальнейшего контроля тоже невозможно. Вы понимаете, что если ваша ситуация выйдет за пределы стен нашего заведения, то наступит хаос, не говоря уже о спонсируемой свыше программе, которая вызовет общественное порицание. Допустить этого мы не можем.

Елена сглотнула, продолжая стоять, словно это только её четвертуют. Конечно, она не до конца понимала всех масштабов происходящего, но не собиралась это, как все присутствующие, так оставлять.

— Я не виновата, — быстро перебила монотонную речь ректора Уокера.

Тот глянул на неё поверх толстых очков, словно ему было всё равно. Хотя ему так и было. Елена поняла, что решение давно принято, но сказать своё слово она просто обязана.

— Прошу винить в произошедшем Маквульфа, его эгоистичную и распущенную натуру, потому что он подменил мои таблетки, чем вызвал приступы желания у нас обоих.

Она бросила обжигающий взгляд в сторону обвиняемого, который тяжело вздохнул.

— Это правда, Маквульф?

Елена приготовилась. Напряглась. Альфы всегда переводят стрелки на омег, выставляют их жалкими сучками, готовыми на всё ради их члена и узла.

— Это правда, — услышала она подтверждение, произнесенное устало и обреченно. — Я виноват в сложившейся ситуации, поэтому, если применяются санкции, пускай они коснутся только меня.

Похоже, такое внезапное признание обескуражило всех. Елена не могла отвести взгляда от альфы, ища малейший намек на что-то подлое. Он не мог так просто признать себя виновным.

— Ах ты, мелкий поддонок!.. — раздался грозный голос дедушки Елены.

— Мистер Джеферсон, прошу держать свои эмоции в узде.

— Он сотворил с моей внучкой такое, а вы просите меня оставаться спокойным?! Он сам признался, вот и оставьте мою девочку в покое!

— Мы пытаемся уладить ситуацию, — напряжённо ответил ректор.

Елена опустила взгляд. Значит, Маквульф вовсе не пытался сбежать? Или это он пытался набить себе очков за благородность? Что-то не позволяло Елене видеть «светлое» в его поступке.

Преподаватели молчали, тогда миссис Элиот, облаченная в чопорный наряд гувернантки двадцатых годов прошлого века, напомнила:

— Проект «Общество без дискриминаций» как раз и создавался для того, чтобы альфы и омеги доказали, что способны противостоять инстинктам, не имея эмоциональной привязанности. Теперь получается, что проект провалился с таким треском, что вузу не видать спонсирования до конца своих дней, и вряд ли он останется в дальнейшем «престижным».

Её тирада показала Елене истеричной.