Чтение онлайн

– И я, – это Миша. Спасибо тебе, друг.

– Мы займемся его воспитанием и обучением, – продолжила девушка. – Мы готовы нести за него ответственность.

– Ну что же, вам должно хватить и опыта, и сил. А если нет, мы снова поднимем этот вопрос, – согласился Виктор Иванович.

– Значит, пусть будет так, – подвела итог мисс Абрамс. – Все Плетущие будут извещены о существовании этого зм… Стража, дабы не возникло никаких недоразумений. Думаю, что существование столь странного создания само по себе привлечет к себе немалый интерес. И не только мы будем внимательно следить за вашим подопечным, но и многие Плетущие. А вы будете регулярно перед нами отчитываться о проводимой работе.

– Спасибо.

– Если мы все решили…

– Алена идет, – сказал кто-то негромко.

К этому времени я уже достиг Плетущих и завис в воздухе над ними на высоте в несколько десятков метров.

– У нее в руке нож, – промолвил Виктор Иванович.

Никому ничего не сказав, Марина Яковлевна пошла ей навстречу.

– Марина, – позвала ее мисс Абрамс, но Учительница лишь бросила через плечо:

– Ошибки должны быть исправлены, иначе так навсегда и останутся ошибками.

Паря в воздухе на достаточной высоте, я видел все так, будто находился рядом. Алена выглядела крайне уставшей. Ее лицо было темно от копоти и сажи, но глаза цепко держали фигуру шагавшей ей навстречу женщины. Марина Яковлевна шла неспешным ровным шагом, также глядя на свою бывшую ученицу. Расстояние между ними неумолимо сокращалось. Удивительно, но я не видел, чтобы они испытывали друг к другу ненависть или даже злость. С фигуры женщины лишь редкими светлыми каплями падала грусть и сожаление. А за девушкой тянулся темно-зеленый шлейф решительной обреченности. Они остановились, и только два шага разделяло их.

– Вы знаете, почему? – спросила Алена, и голос ее прозвучал хрипло.

– Я знаю, – спокойно ответила Марина Яковлевна, расстегнула воротник куртки и отвернула его, показав шею. – Знаю.

Одним шагом девушка сократила дистанцию и занесла руку с зажатым в ней ножом, лезвие которого было щедро сдобрено какой-то темной жидкостью – ядом.

– Я прощаю тебя, девочка, – тихо прошептала Учительница. – За все.

– Что? – Алена остановила удар. – Прощаете?

Не могу сказать, чего в ее голосе было больше: обиды или сарказма.

– Да, – кивнула женщина. – И прошу у тебя прощения.

Девушка ожидала явно не этих слов, поэтому на миг растерялась. Но нож она так и не опустила.

– За что же? За что вы просите у меня прощения? – наконец спросила Алена.

– За то, что не стала мешать твоему знакомству с Леней.

– Только за это?

– Только.

– А как же насчет того, что я едва не лишилась возможности видеть сны? Что по вашему приказу Леня отправил меня в кому? Вы хоть имеете представление о том, каково это? Вы знаете, что все эти шесть дней я существовала, как… как призрак?!

– Насчет моего приказа, – с усталым спокойствием ответила Марина Яковлевна, – то ты его заслужила. Ты не можешь отрицать тот факт, что из-за вас с Леней погибла Плетущая. А что касается твоего удивительного существования во время комы, то я знаю о нем – мне о своем рассказал Миша. Именно поэтому я прошу у тебя прощения за то, что не помешала вашим с Леней отношениям, из-за которых ты и пострадала.

Глаза девушки заблестели, наполнившись влагой, но она продолжала крепко сжимать отравленный клинок. Я видел, что она на грани, и любого неверного движения, даже взгляда, было бы достаточно, чтобы девушка ударила. И не было никаких гарантий, что Алена ограничится лишь порезом, лишь одним ударом. В таком состоянии она способна на все, вплоть до убийства. И Марина Яковлевна просто не успеет защититься от ее удара, да она и не собирается. И обе они все это прекрасно понимают.

– Вы знаете, что я хочу сделать?

– Об этом нетрудно догадаться, – ответила ей Учительница.

– И вы готовы вот так спокойно принять от меня… – она качнула рукой с зажатым в ней ножом.

– Знаешь, Алена, – негромко произнесла Марина Яковлевна, – я ведь не просто так пришла в этот сон.

– Вы своего добились, – зло ответила ей девушка, – Оружейник мертв.

– Да, он мертв, и я пришла сюда лишь за этим. Но если тебя хоть как-то утешит, то знай, сейчас я испытываю невероятную скорбь и сожаление по лучшему из своих учеников. Слепая месть привела меня сюда, и несмотря ни на что, я не смогла противостоять ей. В какой-то момент я даже решила для себя, что если он окажется недостаточно смел и не появится, чтобы спасти Мишу, то я отомщу за смерть единственного сына, убив его друга. Хоть так, но отомщу. Клянусь, я бы сделала это, но Максим не подвел его и пришел сюда, хотя должен был прекрасно понимать, что рисковал собственной жизнью.

– Почему вы мне все это рассказываете?

– Может быть, для того, чтобы ты узнала, что месть не успокаивает, а наоборот заставляет душу болеть еще сильнее.

– Я об этом догадываюсь.

Алена старается говорить и вести себя максимально уверенно, но мне было хорошо видно, как ей на самом деле тяжело. И как ей страшно. Она не может не видеть Плетущих, внимательно за ними наблюдавших, следивших за каждым ее движением и готовых вмешаться в любой момент. Она не может не понимать, что наказание за нападение на Учительницу последует мгновенно. Однако вовсе не этого она так боится. Темно-серый обруч страха, стягивающий ее грудь, имеет другие корни.

– Победи свой страх, – прошептала она одними губами.

– Это наш лозунг, – также тихо ответила ей женщина. Она подняла руку и положила ее на плечо девушки.

У каждой из них свой страх.

Из глаз Алены двумя блестящими дорожками сбегают слезы, но и глаза Учительницы тоже блестят от стоящей в них влаги. Она отлично понимает, что сейчас ее жизнь находится в руках стоящей напротив девушки. Марина Яковлевна сама, по своей воле, вверила ее Алене, и та, в свою очередь, не может не осознавать столь очевидного факта. Ведь яд на клинке может и не понадобится, если лезвие пробьет сердце. Смерть наступит так быстро, что Учительница просто не успеет уйти.

Необъятно великий драгоценный камень, настоящая алмазная гора, ловит первый луч восходящего солнца, а лезвие рассекающего воздух клинка отражает его, отправляя куда-то дальше. С глухим стуком нож падает на землю и сразу исчезает. А та, кто мгновенье назад еще колебалась, разделяет оставшееся до женщины расстояние и оказывается в ее объятиях. Алене хватило смелости не показаться слабой. Не поддаться…

Я отметил, что канал, связывавший меня со Стражем, стал еще тоньше, превратившись в едва заметную нить. Итак, пора подводить итоги, главный из которых заключается в том, что Миша жив и здоров. Как и предсказывала Видящая.

Плетущая, с которой все началось, погибла. Но все виновные уже наказаны.

Половина людей, жителей города-лечебницы, из тех, кто на момент нападения спал и находился там, тоже погибли. И случилось это исключительно по вине Лени.

Мразь и предатель по имени Леня. Ты грязно использовал чувства любящей девушки. Ты ушел от наказания, подставив ее под удар. Ты готов был разменять жизни десятка Плетущих, чтобы жить самому. Жажда жизни убила в тебе человека. Моя тварь уничтожила тебя. И я доволен этим фактом. Покойся с миром.

Алена. Ради любви ты готова была убивать. Тебе не хватило мудрости понять однобокость своего чувства, истинное предназначение которого заключается в созидании. Ты получила хороший урок, но главное – сделала правильные выводы. Ты – настоящая Плетущая. Я прощаю тебе все.

Клаус. Ты нашелся, и этим все сказано. Мы никогда не любили друг друга, и вряд ли что-нибудь изменилось бы, сложись обстоятельства иначе. Как бы то ни было, я искренне надеюсь, что у тебя с Соней все будет хорошо. Сны о будущем нашептали мне это.