Чтение онлайн

"Так вот как спят продавши пшеницу!" - почему-то подумал Казик. Он растерянно оглянулся, не зная, что делать: не лучше ли повернуть обратно. Неудобно чувствовали себя, переглядывались девочки.

– Проходите, - тихо пригласила их Шуркина мама и повела за собой в другую небольшую комнатку. Села к столу, попросила всех подойти ближе и торжественно приподняла рушник. Под ним лежал, словно только что из печи, огромный пшеничный каравай.

– С целины? - спросил Шурка.

– Оттуда, сынок. Попробуйте. - Она взяла нож, стала нарезать хлеб толстыми ломтями, а сама все приговаривала: - Какой душистый! Слышите? А красавец какой! Как солнышко! Нет, такого хлеба вы еще не едали. Берите, берите. Сейчас молочка принесу.

– Я сам, мама, - Шурка вскочил со стула и вдруг застыл, увидев на этажерке новенькую кинокамеру. - Что это?

– А это - тебе, - сказала мать. - От Миколы.

Шурка посмотрел на спящего брата. Померещилось, что ли: Микола хитровато мигнул глазом и снова прижмурился. Но Шурка и не стал ждать, когда тот подмигнет снова. Подпрыгнул и, словно подхваченный вихрем, бросился к брату с радостным криком: "Ага, так ты не спишь!" Ведь надо же скорей, как можно скорей рассказать о том, что произошло здесь, пока он работал на целине. И как они письмо от него получили. И что у них теперь Клуб изобретателей есть. И что он, Шурка, не отступится от своих опытов с объемным кино. И какой сбор им предстоит провести. И что Ирину Владимировну они пригласили!

Оказавшись в крепких объятиях брата, Шурка прижался к его щеке и вдруг радостно засмеялся:

– Мама, Казик! Идите сюда все, все... Скорей! У нашего Миколы растет борода... Как у Агея Михайловича! Ой-ой! Не щекочи... Спасите! Ребята, спасите!..

Квартира Протасевичей сразу же наполнилась веселым гомоном, какого здесь давненько не слыхали.

Вместе со всеми беззаботно смеялся и Венька.