Чтение онлайн

– Уважаемые жители Лунарии, – начал Ангвел.

Он напоминал мне огромный меч, острый сверху, в блестящем балахоне, ровный и несгибаемый. Казалось, его голова так и тянулась к Солнцу, поскольку его подбородок возвышался, а узкие глаза осматривали нас сверху.

– Нам необходимо решить важнейший вопрос, который как огромная туча заслоняет наше царящее Солнце Лунарии и блистающую Луну. Многие из нас Древний Народ, многие из нас застали Роковую Войну, то страшное кровопролитие, от которого, нависла Полусница. Мы не можем допустить вновь этого. Наши Боги-Братья-Единороги пали в той Роковой Войне. Пали все, и теперь лишь мы, сами способны защитить себя, ибо мы единственный след наших Творцов.

Выражение у всех было одно: поникшее, задумчивое, страдающее, о тех временах, которые рассказывали нашим уже смертным детям. Добро, Свет и Любовь повсюду.

Я взглянул на Анну. Ее поведение оказалось немного другим, она лишь слегка шмыгнула носом и протерла глаза, затем схватила в руки свой талисман, висящей на шее и начала что-то шептать. И я посмотрел на свой талисман. Мой был овальный, серый с небольшим серебряным отливом. На нем был выгравирован цветок, напоминающий ягоду, с длинными лепестками. У каждого жителя Лунарии был свой талисман. Им Алая Магия одаривают каждого появившегося ребенка, дабы напомнить, что рождения – это Магия, которое дарует каждому из нас свою особенность.

Собрание продолжил житель Орверссиана. Честно говоря, я прослушал о том, что он говорил вначале, в тот момент я был занят наблюдением за Анной. Да, тогда, интерес к этому Флёру, сильно пробудился, я бы даже сказал, взорвался во мне. Ее голубые глаза то и дело оглядывали всех, при этом само лицо выражало: то интерес, то недовольство. Именно недовольство, прочтенное в ее лицо, заставило меня вслушаться выступающего Орверссианца.

– Прошли слухи о пророчестве, которое хранится в Эропфии, в ней говориться о том, что существует мальчик, незримый мальчик. Он есть, это правда.

Совет начал шептаться, после продолжительной паузы, он продолжил.

–Так вот он…последний ключ к воскрешению Вулкания.

Шепот превратился в бурное обсуждение всех подряд.

Я и прежде слышал об этом. О нем говорили последнее время. Именно этот малец может явиться исходом Войны. Мальчик был особенный тем, что он был слеп, он не видел этого мира. Он являлся единственным таким жителем в Лунарии. Что странно он был главной целью для чернокнижников. Так как и в пророчестве, и в описании Черной Магии, он сможет вернуть настоящее тело Вулканию, что позволит ему вернуть силу и по-настоящему править всем. Поскольку душа Вулкания находиться именно в теле этого мальчика. Вулканию сложно противостоять, его сила не сравнима ни с кем. Вулкания считают сыном горы с лавой, горы Могелл. Он сильный как камень и яростен как огонь. Может и Легенда, но раз чернокнижники этому поклоняются, то не следует упускать мальчика. Ведь кто знает, это может оказаться правдой.

Но предложение Орверссианца никак не могли поддержать. Ведь его предложением было убить мальчика, окажись он у них. Чтобы душа Вулкания умерла вместе с ним.

– До нас дошли слухи, что мальчик был перенесен в Священный источник. Провидцы с Эропфии были вынуждены оставить его и вернуться домой, но у источника он не останется, возможно они направили его прямиком к Проферии – продолжил король Ангвел.

Так как предложение Орверссианца приняли с буйными возгласами.

– Раз слухи, значит, знаем это не только мы, – ответил Легма, воин Света, житель Орверссиан.

– Когда это было? – послышалось где-то слева от меня.

– Вы правы это было давно. Почти в тот день, когда вновь стали наступали чернокнижники, Куреты сопровождали его несколько лунных суток перетаскивая с места на место.

– Почему они не укрыли его в Эропфии? Это ведь незримая страна, ее никто не найдет, – возразил Язар, небесный воин, житель Проферии.

– Как только мальчик окажется там, Эропфию тут же вычислят. Они так рисковать не станут. Напомню вам гости, что именно в этой стране скрыты все важные книги наших Творцов, а также пророчество, которое описывает жизнь Лунарии, по преданию, уничтожив мы эту книгу, жизнь Лунарии остановиться.

– Только лишь по преданию, не стоит верить в эти байки, – хмыкнул Далод, – не нужно слушать чокнутый народ Эропфии.

– Позвольте продолжить, – серьезно перебил Ангвел, – туда путь мальчику закрыт, как и нам всем. И Куреты больше не в силах рисковать, таская его по всей Лунарии. Это не только их Война.

– Как мальчик оказался у них. Мне помниться он был в руках чернокнижников? – поинтересовался Фосуп, один из воинов Проссигмана, моей страны, самый главный из нас.

Фосуп всегда считал, что Война, это его призвание и что нет ничего в жизни значительного, чем она. Он и сам выглядел достаточно суровым. Был ли он до Войны другим, трудно догадаться. Но он всегда выглядел усталым, а его серое, как камень лицо, будто отражало муки всех жителей Лунарии. Но в его огромных и черных, как ночное небо глазах, отражалось что-то доброе и приветливое. Возможно именно поэтому его словам было доверие.

– И позвольте узнать, как вообще чернокнижники его нашли? – вновь возразил Фосуп.

– Это как-то связано с Вулканием…да? – крикнул рядом, сидящий со мной.

– По преданию…

– Опять предание, – усмехнулся Далод.

– Давайте скажем коротко, не начиная старую Легенду, в мальчике томится душа Вулкания. В которого так верит Темная Сторона,.

На этот раз высказался Лай, подорвавшись со своего места.

– Спасибо – сказал Ангвел, – давайте не будет рождать ссору здесь. Будем говорить коротко. Мальчика необходимо забрать и чем скорее, тем лучше. Как сказал Легма, об этом знаем не только мы.

– И что нам с ним делать. Окажись он у нас, тут же разгромят чернокнижники, – прохрипел толстый житель Проссигмана, которого, несмотря на то, что мы шли вместе я не видел и даже не знал его.

– Его нужно перенести в Высший Свет Небесного Замка, – воинственно ответил Язар.

– Проферию? – прорычал толстяк.

– И кто туда пойдет интересно? – перебирая в руках лазарет, талисман из лунного камня, хмыкнул Далод.

– Для этого мы собрались? Искать добровольцев среди жителей Лунарии, – улыбнулся Ангвел.

– Светлой стороны, – уточнил Легма, моргая все чаще.

В ответ на это Ангвел кивнул ему.

– Но здесь не все, – кричал толстяк, бешено озираясь по сторонам.

– Куреты то понятно, свои дела сделали, от Фуддии не дождешься помощи, они живут за горами к ним никто не подступиться, ведь они сами как камни. Только разве что от изгнанного.

Возмутился еще один житель Проссигмана Шрак, указывая на Далода, но тот оставался спокойным перебирая лазарет, даже не подняв ни на кого глаза, при том, что многие уставились на него.

– А жители Флоренции куда ж делись, – продолжал рычать толстяк, все также шаря по всем глазами.

– Хаха, кто? Боровики что ли? – на это Далод отреагировал, – И много они колен сразят на поле боя, – расхохотался он.

Я внимательно продолжал слушать этот балаган, изредка посматривая на Анну, я замечал, как она улыбалась при выкрике Далода.

Далод житель Фуддии, средний сын правителя Далара. Жители Фуддии сплошь состояли из камня, и кожа была не пробиваема и груба. Но Далод оказался обычным ребенком с обычными способностями другого жителя, другой страны, но только не Фуддии. Далар не признал его как сына и избавился от него, как только он стал юношей. Где и с кем вырос Далод никто не ведал. Его многие называли безбожником, так как он ни во что не верил, и во всем видел лишь повод посмеяться или поглумиться. В обычной обстановке его долго не терпели. Любого из жителей, он доводил за считанные минуты. Частенько выпивал, устраивал драки, порочил священные места, в общем, был нежитем Лунарии. Ненависть его отца до сих пор преследует его, и Далод живет без абсолютной веры в Любовь. За это его можно понять. Таким, увы, его сделала жизнь, и отречение его отца от него. Война была для него любимым поводом похохотать и выплескивать различные шутки. По рассказам, на одно сражение он пришел безоружным и пьяным. С графином в руках он бежал на врагов. Его крик сравнивали с раскатом грома, он был оглушительным и скрежещем. То ли от крика, то ли от увиденного безумства, но чернокнижники, в количестве тридцати воинов, пустились в бега. Далод продолжал бежать за ними с голым задом, моля их выпить с ним. То сражение союзники пророчили, как проигрышным, в количестве десяти Людов. Но они выиграли, не преступая к сражению. Этот крик помнят все и слагают Легенды. Этот дар считается не подарком Фуддии, а подарком того, кем был выращен Далод. Многие из жителей Лунарии сказывали легенды о неуязвимости Далода. Он никогда не одевал защиту, и в бою сражался лишь со своим коротким мечом. Да, Далода терпят, так как считают непобедимым воином. Никто не в восторге от его присутствия, особенно Лай. Его выражения лица, во время Совета было очевидным. Иногда оно подергивалось от очередного хохота Далода. Зато Анна, как мне показалось, была в восторге от этого гостя. Она периодически придерживала руку Лая, чтобы тот не сорвался с мечом на него.