Что такое бедствие?
Шрифт:
– У тебя прекрасный дом, Эйден.
– Повезло с ипотекой и курсом валют, - он улыбнулся так приятно, как только мог. – Может, хочешь чего-нибудь выпить?
– Если можно.
– Пива?
– Вода подойдет. Спасибо.
Эйден схватил пару бутылок с водой из ящика с ними, стоявшем в конце столика посреди кухни.
– Вот.
А Линдси стояла, направив на него ружье. Губы превратились в тонкую линию.
– Я должна узнать, кусали ли тебя.
Он сдержал рык.
– Что это?
– Прости, но это важно, - и она приняла виноватый вид, но ружье не сдвинулось ни на йоту. Черт возьми.
– Нет, - ладони сжались в кулаки. – Меня не кусали, Линдси. Я не заражен.
Дуло опустилось, но ружье не исчезло.
– Я должна быть уверена. Тот парень был укушен, но был похож на нормального. Он все еще был…
– Это мой дом, - сказал он, встав шире. Невероятно разозленный. Как же ему хотелось напомнить ей о здравом смысле. – Мой дом, Линдси. Я пригласил тебя в…
Она быстро облизнула губы, и его cock зашевелился в штанах, не обращая внимания на направленное на него ружье.
– Прошу, Эйден. Я хочу пить и опустить ружье. Может, позже даже лечь на подушку и впервые за недели подумать, что я в безопасности. Что меня не съест, пока я сплю, зараженный. Но так я смогу думать, если буду знать, что ты чист.
Он стиснул зубы, пытаясь совладать с собой. Пытаясь думать.
– Ладно. Это ведь обоюдно, да? Ты тоже докажи, что тебя не кусали. Потому что сейчас я тебя подозреваю.
Она заморгала, сглотнув.
– Хорошо.
– Будучи джентльменом, я, конечно, вызовусь первым.
– Спасибо.
– Не за что, - он бы ударил пустым пистолетом по деревянной скамейке, но он еще мог пригодиться. Эйден снял кроссовки, стянул носки, сорвал футболку-поло через голову. Замер на миг.
Ее темные глаза были огромными, рот чуть приоткрылся. Так не могла выглядеть женщина, желающая его пристрелить. Его дыхание успокоилось, часть гнева испарилась.
– Ну? – он медленно развернулся, широко раскинув руки. И немного важничая. – Довольна?
– Да. И штаны, пожалуйста.
– Конечно, - он расстегнул пуговицу, ширинку, спустил штаны по бедрам. Абсолютно беззастенчиво. Относясь к этому как к спору. Так и было. Она просто еще не знала.
Или, может, знала.
Линдси смотрела на его короткие трусы и его отвердевший член, что начинал значительно выпирать спереди. Розовые пятна горели на ее щеках. Она сглотнула и ускоренно моргала.
– Можешь, пожалуйста, отвернуться?
– И ты выстрелишь мне в спину?
– Нет! – она скривилась, и он почувствовал себя сволочью. Но это был его дом, и она направляла на него ружье, пока он стоял в нижнем белье непонятно зачем. Жадные взгляды были приятными, но и о гордости нельзя забывать.
Он отбросил ногой брюки и медленно развернулся по кругу.
– Ну?
– Спасибо, - просто сказала она.
– Не за что. Теперь твоя очередь, - Эйден скрестил руки на груди и ждал. Наблюдал.
Линдси вскинула голову, но кивнула. Она положила ружье на обеденный стол рядом с собой, отодвинула стул и села, принялась расшнуровывать тяжелые ботинки. Казалось, это длилось вечность. Она пронзала его взглядами, но ни разу не посмотрела в глаза. Зато смотрела на грудь. На бедра. Повышенный интерес вызывали его боксеры.
Там ее взгляд задержался дольше всего.
Все шло лишь к одному, и она должна была это понимать.
К жесткому горячему сексу и всему связанному с этим.
Так почему она так медлит? Затылок его покалывало, живот напрягся от желания. Может, стоило ей помочь.
Она сняла ботинки и носки, встала и скинула куртку. Под ней оказалась простая просторная черная футболка, подходящая к черным джинсам. И следы на ее шее. Синяки. Цепочка сине-черных отпечатков, от которых ему стало не по себе.
– Это сделал тот парень? – спросил он, скалясь. Забыв о растущем желании, он злился за нее. Как кто-то мог причинить ей боль? Такое возможно? Она дрожала. Но она была смелой. И хотя она вывела его из себя, у нее были причины бояться. И они были обоснованными.
– Да, это он.
– Я рад, что ты его убила, - черт возьми. Он убил бы его во второй раз.
Она замерла и кивнула. Потом ее руки принялись возиться с серебряным кожаным поясом джинсов в шипах, расстегнули пуговицу. Она снимала черную ткань с длинных ног, придерживаясь за стул рукой. Даже если она и медлила, то, как Линдси неспешно раздевалось, было самым сексуальным зрелищем за последние годы. Проблеск за долгое время.
– Ничего на ногах, - сказала она.
– Вижу.
Ее ноги были длинными, стройными, как он и любил. Она опустила голову, прикусила нижнюю губу. Беспокоилась.
– Неловко, да? – он подошел на шаг, и еще на шаг, желая быть ближе. Постепенно надвигаясь. – Теперь ты понимаешь, как себя чувствовал я. Продолжай.
Она скованно улыбнулась ему.
– Расплата – страшная вещь.
– Точно, - согласился он. У нее были маленькие черные трусики мужского стиля. Вот так сюрприз. Эйден глубоко вдохнул, ему не хватало кислорода. – Я весь внимание. Продолжай.
Она облизнула губы, ладони скользнули по бедрам, пальцы нервно вцепились в край футболки.
– Если ты готов.
И она медленно подняла футболку и положила ее на стол. И ждала.
Она не издала ни звука.
А он смотрел. И смотрел долго. Потрясенный.
Кислорода в комнате явно не хватало.
– Черт подери, - вырвалось у него.
Она ничего не сказала, руками обвивая в защите округлившийся живот.
– Линдси… ты беременна.
Часть 4:
Эйден смотрел на нее. И ничего не мог с собой поделать.
Уголок ее рта приподнялся.
– Расслабься, Эйден. Он не от тебя.
Ее аккуратные круглые груди не умещались в черный хлопковый бюстгальтер. Идеальные бледные холмики.
Прекрасная.
Беременная.
– Черт подери.
– Ты это уже говорил, - отметила она.
Он опустился на колени перед ней, коснувшись ее выпуклого живота, не успев ничего осознать. Пол был холодным под его ногами, воздух леденил кожу.