Чума заклинаний
Шрифт:
– Таково могущество Сердца Снов!
– раздался из воды голос Ногах.
– Как? Почему?
– спросил Фостер.
– Камень черпает силу из некоего изобильного источника, а тот даёт свободу приговорённым к подводной жизни существам. Для избранных граница между небом и морем стирается, и они могут дышать и двигаться в обеих средах одинаково. Видишь? Эти существа, парящие в воздухе — порабощённые моркоты! Гефсимет переделал их в летающих носителей для всадников!
Речь кво-тоа была яростной и быстрой, и стала почти неразличимой, когда Ногах заколотила по воде.
– Полегче, - предупредил её Фостер.
– Ты в порядке?
– Будем надеяться, - вмешалась Серена, - что Гефсимет не наделил себя способностью скользить по воздуху подобно птицам.
– На самом деле, - неожиданно произнёс Яфет, пока его взор оставался прикован к летающим часовым, затемняющим воздух, - для нас так было бы даже лучше. Мне не слишком хочется погружаться под воду для встречи с кракеном.
Ногах пыхтела и сопела, но понемногу начала успокаиваться. Наконец, она продолжила:
– Я предвижу, что Гефсимет встретит нас на полпути.
Яфет задумался, что это значит, но Ногах помешала ему задать вопрос, быстро покачав головой. Она сказала:
– Придержите языки. Я должна удвоить усилия. Я не ожидала таких сторожей.
Шлюпка продолжила своё путешествие. Остров приближался. Яфет не отрывал взгляда от парящих созданий и их наездников, высматривая хоть какой-то признак поднятой тревоги. Он вздрогнул, когда дно лодки неожиданно заскребло по скалистому берегу острова.
Из волн поднялась Ногах. С её тела стекала вода. Бывшая жрица продолжала напевать какую-то атональную мелодию, и поэтому просто указала рукой направление.
Все, кроме гребцов, покинули шлюпку. Высокая волна захлестнула сапоги Яфета неожиданно холодной водой, и колдун зашипел.
Лёгкий путь на берег оброс по бокам густыми зарослями мангрового дерева. Ногах разумно выбрала для высадки место, скрытое от остального острова. Мелкая рыбёшка, креветки, крабы и моллюски играли в чистой морской воде, омывающей длинные корни мангров.
Бывшая жрица возглавила отряд и направилась в густые заросли, следуя тропинке — хотя на самом деле это был мелкий солёный эстуарий. Кво-тоа так и не прекратила свой ритмичный напев. Яфет посмотрел вверх. Он не смог разглядеть часовых, но не сомневался, что те по-прежнему находятся в воздухе.
Он задумался, не рискнуть ли обратиться к собственному колдовству, но решил, что не стоит.
На самом деле ему было необходимо обострённое восприятие, которое даровала пыльца путешественников.
Колдун говорил себе, что это глупо — пренебрегать ресурсами в настолько отчаянном положении. Он может принять всего лишь половину зёрнышка. Этого хватит, чтобы обострить чувства, не притупив реакцию. И не увлечь его разум на багровую дорогу, что ещё хуже.
Жестянка уже была у него в руках. Яфет открыл её и достал крупицу пыли. Кристаллик был мелким. Гордясь своей сдержанностью, он бросил кроваво-красную крошку в левый глаз.
– Ох! Яфет, ну почему сейчас?
– раздался из ниоткуда голос Ануши.
Капитан Фостер оглянулся.
– А это ещё что?
Он озадаченно прищурился.
– О чём ты?
– спросил Яфет.
– Мне показалось, что кто-то произнёс твоё имя. Причём недовольным тоном.
Яфет пожал плечами.
– У тебя галлюцинации.
Фостер нахмурился, но продолжил хлюпать по тропе за Сереной.
Яфет чуть наклонил голову, изучая облачённое в доспехи тело Ануши. Девушка выглядела размытой. Он скупо улыбнулся и подмигнул призраку.
– Со мной всё будет в порядке, - прошептал он. Голова в шлеме чуть качнулась, потом исчезла. Либо он принял слишком мало пыли, чтобы хорошо видеть её присутствие, либо девушка решила уйти. Из-за того, что разочаровалась в нём? Эта мысль обеспокоила колдуна. Но беспокойство было смутным, перечёркнутым эйфорией, сопровождающей первые мгновения после употребления пыльцы.
Яфет растворился в настоящем.
Впереди мангровые заросли редели, открывая первое из нескольких зеленовато-серых зданий. Здания были похожи на кораллы своей текстурой и гладкой твёрдостью, однако вместо беспорядочных наростов представляли собой грубую пародию на более привычные постройки. Виднелись стены, двери, окна, башни и шпили, разделённые дворами и площадями, а также многочисленными чистыми прудами. Углы зданий иногда казались чересчур резкими или расходились там, где должны были оставаться параллельны.
А может быть, на самом деле линии остаются прямыми, подумал Яфет. Может быть, на него действовала пыльца.
Поселение кво-тоа купалось в мутном сумраке под чернильной завесой часовых. Дымная пелена над головой создавала впечатление, будто деревня стоит в подземной пещере. Между зданиями целеустремлённо расхаживали хищные кво-тоа, но некоторые из них игрались в бассейнах, плескаясь, как человеческие дети. Эти кво-тоа не обладали выпученными глазами и липкой кожей, подобно Ногах и её сородичам, однако по земле передвигались с такой же неловкостью. Зато они грациозно скользили по поверхности водоёмов. Пока Яфет наблюдал за их движениями, его посетило некое не поддающееся описанию предчувствие. Какой-то нарастающий страх, затаившийся под поверхностью подобно червям в яблоке.
Это чувство определённо вызвала пыльца, решил он. С другой стороны, может быть, оно было настоящим — может быть, его обострённое восприятие улавливало следы власти Гефсимета над этими несчастными и частично преобразованными созданиями.
Ногах подобралась к особенно крупному зданию. По всей поверхности здания были вырезаны глифы, изгибы которых вызывали смутное беспокойство. Бывшая жрица дала знак следовать за ней, а потом скользнула в небольшой боковой проход.
Ни один кво-то не заметил их маленький отряд. Их проводница оказалась верной своему слову. Она пообещала, что получит силы благодаря прежней связи с Сердцем Снов, и не солгала.
Ногах ждала их в низком зале. В стенах были вырезаны три фонтана — каждый напоминал устремлённую вверх рыбу с открытым ртом. Изо рта рыб текла на пол чистая жидкость. За фонтанами шли два изгибающихся коридора, которые обеспечивали проход вглубь здания. Их освещал тусклый жёлтый свет.
– Зачем чешуйчатым это здание?
– спросил Фостер.
Ногах просто указала на правый коридор и буркнула:
– Этот проход ведёт через множество поворотов и развилок к приёмной палате Гефсимета.