Чтение онлайн

Слегка коснувшись кончиками пальцев её волос, он исчезает, оставляя после себя лютую, страшную тоску. Птица обхватывает себя руками, всхлипывает неслышно. Насколько же он одинок, этот древний демон? И кого он прикрывал такими жестокими методами? Птице почему-то кажется, что он не просто кого-то опозорил. Нет, он делал что-то несоизмеримо худшее. Потому что так было надо.

Злобно дернув щекой, она идёт переодеваться. А потом – к сестре.

Ксень находится на кровати уже в спортивной форме. Лежит и о чем-то думает, закинув руки за голову.

– О, быстро ты! – говорит она, обращаясь к Птице. – Что, натуральный блондин уже в закат свалил один?

– Не смешно, – фыркает Птица. – Он всегда один.

Она тяжело вздыхает и машет рукой в сторону двери: дескать, пошли уже. Быстрее начнём – быстрее закончим. Делать не хочется совершенно ничего, в голове липкая пустота, но она все равно собирается устроить сестре быстрый ликбез по одежде. Сходить в тот же магазин, и пусть наберёт себе нормальных вещей, в конце концов. А потом попросить у Яна новый урок. И у Драссира. Пора приходить в форму, потому что иначе…

Она не знает, что иначе. Но уверена, что ничего хорошего. Мелькает мысль попросить взять в команду обучающихся идиоток ещё и Ксень.

«А также Инсен-Рай и Хенну», – раздаётся в голове язвительный голос Яна.

Птице даже ответить нечего, сама понимает, что мысли бредовые.

– Пошли, короче, нас Кайо ждет, – говорит Ксень, вставая с кровати и прикрепляя миник так, чтобы его не уронить. Она в последнее время слишком привязалась к устройству, и теперь без него чувствует себя некомфортно.

Кайо сидит на тренировочной стене скалодрома, на самом верху, как кошка, и посматривает вниз. В руке у нее стакан с трубочкой.

– А вот и вы, – даже по голосу слышно, что она улыбается. – я уж думала, не придете сегодня. Ксень, что с лицом?

– Пришлось показушно падать перед шпионом, – пожимает плечами девушка. – получилось, что лицом в стакан. Стакану не понравилось, и вот он раскололся, а у меня царапина.

– Ох уж этот «шпион», – женщина раздраженно шипит и спрыгивает вниз, совершенно игнорируя более чем трехметровую высоту. Приземляется легко и плавно, и совершенно будничным тоном говорит: – Ой, я забыла там стакан. Вот незадача. Принесет мне его кто-нибудь?

Ксень переглядывается с Птицей:

– Давай наперегонки? – она сегодня не против пошалить и выплеснуть напряжение, а скоростной штурм скалодрома для этого как нельзя лучше подходит.

Птица задумчиво щурится. Её тянет отказаться, потому что в любой момент может напомнить о себе астма – слишком перенервничала сегодня. Но Ян в её мыслях предвкушает интересное зрелище, и девушка сперва втягивает лекарство, а потом хмыкает:

– Поехали. Если чо, у меня сейчас не приступ. Я так, превентивно.

– Тогда стойте, где стоите, – улыбается Кайо. – Бегите к скалодрому на счёт три. Раз, два, три!

Девчонки срываются с места. Птица добирается до скалодрома первой, и некоторое время держит лидерство. Ксень лезет следом, в голове ее – азарт и веселье. Сегодня ей не страшно – ее принимают. И это хорошо. Им будет трудно, но не труднее, чем лезть по этой штуковине…

Ксень не запоминает, когда ей становится легко. По ощущениям – на ногах просто вырастают крылья, и эти крылья поднимают ее вместо мышечных усилий.

Кайо с земли смотрит, как Ксень, аки пушинка, поднимается все выше, пока, наконец, не достигает вершины и не хватает стакан.

– Интересно, она в курсе, что только что освоила левитацию? – говорит призрак самой себе.

Птица это все равно слышит. Останавливается передохнуть, смотрит вниз и сообщает:

– Очень вряд ли. Кто её обрадует?

Встряхивает головой и продолжает восхождение. Она-то пока освоила только светлячков да пеленг, поэтому читерить не получится.

Ксю сидит наверху и выглядит радостной, но все равно тяжело дышит.

– Как это так вышло? – спрашивает она, едва Птица забирается наверх. – Ты же вроде впереди была!

Кайо в три прыжка заскакивает наверх и забирает свой стакан.

– Это называется магия, ребёнок, – она хихикает и делает очередной глоток газировки. Судя по цвету, апельсиновой. – Отлично справилась! Теперь лезьте вниз, и бегом десять кругов!

Пробежка дается Ксень с трудом. Она начинает дышать так, словно сейчас упадет, на третьем круге. Птица спокойно трусит в одном темпе и дыхание ее спокойно до самого конца пробежки. Ксю помнит, что надо бежать не быстро, а ровно, старается держать умеренную скорость и ровный шаг, но это не помогает. К концу кросса она падает на спину и лежит, обливаясь потом.

– А ты вот даже не запыхалась, – говорит она Птице. – И не вспотела. Как ты это делаешь?

– Не знаю, в прошлый раз сложнее было, – девушка садится рядом. – Мне как-то… Норм. И хорошо, меня все устраивает.

Она тоже откидывается спиной на маты и понимает, что несмотря на отсутствие физической усталости, вставать она не хочет совсем.

– Боевкой сегодня не страдаем? – говорит Кайо. – Думаю, нет. У вас магия опять в раскачку пошла, несколько дней будете вялые, зато будете находить в себе нечто новое. Вот директор школы мне спасибо скажет, – и женщина довольно хихикает.

В этот момент в дверь входят двое в характерных масках. Судя по черному одеянию первого и дрэдам с бусинами у второй, это те самые двое из катакомб.

– Зато мы можем посмотреть показательное выступление, – говорит Кайо и выглядит донельзя довольной. – Наблюдайте, детишки, сейчас грандмастера нам покажут! Ведь покажете?

Двое древних синхронно отвешивают легкий поклон сперва зрителям, потом друг другу.

И без предупреждения переходят в атаку. У Шелдара его ятаган, у Ариж – парные кинжалы, наподобие тех, что носит с собой Аргона. Движутся они настолько быстро, что девчонки едва успевают следить. И то, Ксень думает, что шианцы придерживают скорость, чтобы они могли увидеть хоть что-то.

«Законы физики? Не, не слышали!» – думает она и продолжает смотреть. Оба древних дерутся без магии – только на силе, скорости и технике. Ариж больше упирает на ловкость: кружит вокруг более рослого противника, как юркая лисица, то наскакивает, то уходит в оборону – выматывает.

Шелдар бьет коротко, методично, он похож на паровой молот: сила в движении, которую не остановишь, – или уворачивайся, или будешь размазан. Его ятаган мелькает размеренно, даже монотонно, но удары страшные – это Ксень видит, и радуется, что ни один из них не попадет в цель, ибо бой учебный.