Чтение онлайн

Момент перехода оказался сложным. Техника работала безукоризненно, а вот люди пережили очень странные и болезненные ощущения. Скорость работы внутренних органов изменялась скачкообразно. Почти все потеряли сознание, были случаи разрыва сосудов, некоторые на время потеряли зрение. Генные регенераторы медицинского отсека были перегружены.

Стало очевидным, что необходимо разрабатывать новые способы защиты людей от воздействий перехода светового барьера. Но времени на это не было, через тридцать один час предстоял обратный переход. Однако его последствия оказались менее тяжелыми. Все, кто не успел пройти регенерацию, чувствовали себя удовлетворительно, а остальные испытали лишь сильное головокружение и слабость.

Началась интенсивная работа. Прежде всего нужно было установить, где находится корабль. К счастью, «Альбатрос» совершил обратный переход очень точно – впереди по курсу были А и В системы Центавра. Корабль начал долгое торможение.

Уже через несколько часов подтвердилось, что А не имеет планетарной системы. Теперь все надежды были связаны с В. Более крупная звезда не давала обнаружить планеты с околоземных обсерваторий. Но экипажу «Альбатроса» повезло – вокруг В вращались три планеты. На двух из них присутствовала атмосфера, причем на самой дальней – кислородная. Через две недели после начала торможения была открыта еще одна планета.

Это была огромная безжизненная планета, двигающаяся по траектории, похожей на восьмерку. Она совершала полет и вокруг А, и вокруг В. Ее обнаружили как раз в период перетягивания гравитационным полем звезды А с орбиты В. В этот момент на планете происходили грандиозные катаклизмы. Она содрогалась от землетрясений, повсюду появлялись разломы в коре. Ландшафт планеты менялся прямо на глазах. Не удивительно, что ей не удалось сохранить атмосферу. Это было крупным открытием. До сих пор никто даже не предсказывал существования таких планетарных систем.

Временная потеря четвертой планеты оказывала серьезное влияние на общую гравитационную картину всей системы В. Орбиты остальных трех планет были нестабильными.

Было подсчитано, что период прохождения всей восьмерки четвертой планетой составляет около шести земных лет. «Альбатросу» очень повезло прилететь сюда именно в такой момент. Однако это было не главным открытием этого полета. На девятнадцатые сутки торможения были зарегистрированы слабые импульсы электромагнитного излучения со второй «атмосферной» планеты. Импульсы были явно модулированы искусственно.

Подкорректировав курс, «Альбатрос» повернул ко второй планете звезды В. Странным было то, что сигналы шли от планеты, атмосфера которой была метановой. «Кислородная» планета молчала. Были применены все средства дальней разведки, однако не было обнаружено даже намека на присутствие жизни.

Но импульсы были устойчивыми и повторялись с одинаковой периодичностью. Расшифровка их содержания одновременно и удивила, и разочаровала экипаж звездолета. Процессор корабля объявил, что импульсы являются стандартным сигналом буйка разведывательного флота гиперполиса Луна, установленного здесь звездолетом «Чайка».

«Альбатрос» был первым звездолетом не только лунного, но и всего земного флота. На момент его старта создание других звездолетов было только в далеких планах. Научным советом корабля было сделано единственное предположение, объясняющее происходящее: «Чайка» была отправлена сюда намного позднее «Альбатроса», но прилетела сюда раньше благодаря временному парадоксу.

Капитаном было принято решение изъять буек со второй планеты для подтверждения этой гипотезы. Экипаж стал готовить посадочный модуль для входа в метановую атмосферу. Модуль представлял собой переоборудованный боевой беспилотный челнок. На нем полностью сохранили вооружение и дооснастили исследовательскими элементами. На его борту находились два независимых робота – разведчика, способных заменять людей в сложных физических условиях.

Через восемь суток звездолет лег на орбиту вокруг «Второй»; это простое название закрепилось за планетой. Внешне она очень напоминала Венеру Солнечной системы. На ее поверхности бушевали пыльные бури и кипели метановые озера. Плотный слой облачности разрывали бесчисленные молнии.

Модуль пошел точно по пеленгу буйка и через четверть часа совершил посадку. Роботы занялись демонтажем восьмитонной конструкции. Взамен буйка «Чайки» они установили и активировали буй «Альбатроса». Без каких-либо осложнений модуль вернулся на звездолет.

Практически сразу удалось выяснить дату создания буйка – сорок два года после старта «Альбатроса». Значит, уже в недалеком будущем станет возможным преодолевать годовой промежуток маневрирования во времени. Это опровергало предыдущие исследования временных корреляций и открывало фантастические возможности перед человечеством.

Еще две недели экипаж «Альбатроса» проводил исследования планет звезды В. Третья планета имела кислородную атмосферу. Процент кислорода здесь был почти в полтора раза больше земного. Но органическая жизнь здесь не зародилась. Девяносто процентов поверхности планеты было покрыто океаном. Суша представляла собой гигантские скалистые острова серо-голубого цвета.

Точно не известно, кому из экипажа пришла мысль попробовать поселить на планете часть растений из оранжереи корабля. На одном из островов разместили репликационный синтезатор, и через двое суток часть скал была преобразована в слой почвы. После этого модуль доставил наиболее подходящие для климата планеты растения и трех специалистов-биологов. Растения были бережно посажены, и на острове оставили робота – разведчика для ухода и наблюдения. Здесь же разместили еще один импульсный буек.

Животных для заселения не было, но почвенных бактерий оказалось предостаточно. Планета стала живой. Выполнив эту незапланированную миссию, «Альбатрос» отправился в обратный путь. Основная цель полета была выполнена.

Капитан Перевалов мог гордиться выполнением поставленной перед ним задачи. Но он уже жил следующим полетом, в нем загорелся огонек исследователя. Если есть планеты, хотя бы частично похожие на Землю, значит, вероятность появления на них жизни очень высока. И он очень хотел найти такую планету. Еще на стадии обратного разгона он составил рапорт с предложением о новом полете.

«Отчет о следующей экспедиции звездолета «Альбатрос» вы найдете на носителе С-103. Спасибо», – сухой голос вернул Андрея к реальности. Он снял с головы ободок. Арина дремала в кресле напротив. Три часа ночи. Он потянулся. Мысли вернулись к увиденному. Нет, не к увиденному, а к пережитому. Хотя отчет был предельно сухим, реальность присутствия поражала.

Почему-то захотелось пойти в бассейн и надеть гребенчатый моноласт. И тут Андрея осенило: он вдруг понял, что умеет плавать с гребенчатым моноластом и знает, как устроен генный регенератор. Он умеет и знает некоторые вещи, которые увидел в отчете, по крайней мере те, что видел глазами некоторых людей – капитана Перевалова, служащего медицинского отсека и даже биолога. Догадку сразу же захотелось проверить. Он не стал будить Арину и почти бегом бросился в бассейн.

6.

Бассейн находился на третьем уровне. Андрей зашел в раздевалку. Несмотря на глобальные изменения в отношениях между полами, мужская и женская раздевалки были раздельными. Он подошел к сервис-терминалу и уверенным движением набрал код «МЛ 12». Сбоку открылась ниша и оттуда выехала площадка с моноластом. Гребни на его поверхности сокращались и разжимались в такт движению ног пловца, что обеспечивало значительное прибавление скорости. Андрей взял моноласт и стал раздеваться. Плавок у него не было, но он надеялся, что так поздно кроме него не будет желающих поплавать, и решительно двинулся к ионному душу. Процедура «омовения» была короткой и вот он уже стоит на краю бассейна.