Чужие-I (Одиночка)
Шрифт:
– Включаю тормозную систему, - Даллас изо всей силы вдавил клавишу в рукоять штурвала.
– Держитесь, ребята!
Ухнули дюзы, голубое пламя рванулось наружу, остановив на мгновение челнок. Агония усилилась. Корабль дергался, как эпилептик.
– Дьявольская дыра, - хрипел Паркер, - всю душу вытрясет!
– До контакта десять секунд... девять...
На экране вспыхнули зубья горных пиков, передаваемые через полевой сканер. Скалы толпились плотным частоколом, не давая возможности посадить челнок на более-менее ровную поверхность.
– Малоприятная фифочка. Сейчас раскроим себе брюхо, как крокодил на колу, - рычал Кейн.
– Нашла местечко!
– весело закричала Ламберт.
– До контакта четыре... три... две...
Трехпалые стойки опор выпали из чрева шлюпки. Гул и грохот тормозных двигателей перекрывал голоса.
– Включаю навигационные огни... Есть касание...
Стальные пальцы врезались в грунт. Двигатели смолкли. Шлюпку встряхнуло, наклоняя на правый борт. Лязгнула обшивка, повело и разнесло на части корпуса силовых щитов. Воздух наполнился едким дымом и треском горящей проводки.
Паркер и Бретт пулей вылетели из кресел, выхватывая на ходу огнетушители. Даллас, чертыхаясь, выключил питание. Освещение погасло; лишь мерцали индикаторы приборов, и слышалось шипение работающих огнетушителей. Система кондиционирования с трудом справлялась с задымленностью.
– Ну, умница, нашла куда задницу усадить?!
– не унимался Паркер, отшвыривая пустой баллон огнетушителя.
– Тебе это место надо отбить за такую посадку!
– Степень повреждения установить не могу. Нет индикации. Но компьютер жив.
– Рипли барабанила по клавишам, вызывая Эша.
Его голос доносился сквозь шум помех и звучал глухо:
– Что у вас случилось?
– Ерунда! Сели прямо на ежа голой задницей, - процедил сквозь зубы Даллас, освобождаясь от перегрузочных ремней.
– Что?
– голос Эша почти тонул в зыбком море помех.
– У нас нет индикации. Посмотри, что у нас там.
Из-за дверцы появился Паркер, держа в руке обгоревший кусок кабеля:
– Мы круто застряли. Тут ремонта на сутки. Не меньше.
– С твоими темпами можно и неделю провозиться!
– Что же делать?
– Ламберт принялась судорожно искать сигареты.
– Ни черта. Работать. Теперь уж придется попотеть. Будет все время темно и тепло. У нас нарушена терморегуляция.
– У вас проблема?
– прорезался голос Эша.
– По данным "мамочки", у вас есть восемь часов на ремонт.
– А как сама планета?
– осведомился Даллас.
– Не из привлекательных милашек.
– Шелест помех перекрывал голос. Порода состоит из твердых кристаллов, и кругом полно тяжелых металлов. Странное место.
– Какой идиот, кроме нас, сюда полезет?
– задумчиво изрекал Бретт, ковыряясь в платах. Только мы, сумасшедшие герои...
– Ладно.
– Даллас встал.
– Раз прилетели, пойдем посмотрим на эту экзотику. Эш проследит за нами. Со мной пойдут Кейн и Ламберт. Остальные, естественно, лечат малышку.
– О'кей, кэп.
– Паркер улыбнулся. Подвигов уже не требовалось, и к нему возвращалось хорошее расположение духа.
8
Шлюзовой отсек выдохнул воздух и разошелся в стороны. Земная атмосфера с шумом покинула шлюз, уступая место тягучему туману планеты.
Даллас встал со скамьи и пошел к краю спускового лифта.
– Как у вас дела?
– в наушниках голос Эша трещал и свистел.
– Пока все в норме, но пейзаж, как в аду, к тому же ветерок силой в хороший ураган.
Скалы, окружавшие шлюпку, были погружены в фиолетовый полумрак. Через внешнюю связь было слышно зловещее завывание ветра, перемешивающего плотные и липкие облака серого тумана.
Лифт взвизгнул лебедками, и стальная платформа понесла троих людей в это топкое серо-зеленое болото. Вокруг все рычало и хрипело, встречая незнакомцев.
Моторы стихли. Кейн спрыгнул с платформы, погрузившись по щиколотку в мягкую пыль, и крикнул:
– Видимость хреновая, кэп!
Даллас тоже слез с платформы и огляделся.
Коробка челнока почти целиком утонула в тумане, который вытекал из проемов между скалами и заливал корпус корабля. С трудом просматривались стойки опор, и мучило предчувствие, что вот-вот туман оживет желеобразным монстром и безвозвратно поглотит хрупкое создание человеческих рук. Но все оставалось по-прежнему, ничего не происходило, скалы стояли неподвижными часовыми, - и это успокаивало. Сигнальные огни слабо мерцали, пробиваясь сквозь туман. И вскоре люди настолько пришли в себя, что смогли практически не обращать внимания на пейзаж.
– Пока ничего не произошло. Все в порядке.
– Кейн поежился.
– Если верить "мамочке", нужно идти на северо-запад, - Ламберт указала рукой в сторону трехзубой вершины, грызущей серую муть.
– Тогда пошли, - скомандовал Даллас и запрыгал по камням.
– Большие помехи, но картинка есть, - появился из пустоты голос Эша.
– Вы под контролем, ребята. Как вы там?
– Как в загробном мире, - снова замогильно пошутил Кейн.
– Это не самое худшее.
– Да, приходи в гости, и мы все посмеемся.
– Не психуй, все под контролем...
– и голос Эша снова съели помехи.
9
Рипли настраивала систему подачи кислорода в двигательный отсек. За поворотом коридора послышались шаги, и у клапана, фыркающего сжатым воздухом, появились Паркер и Бретт.
– Послушай, детка, тебе не надоели выкрутасы нашего уважаемого Далласа?
– Паркер вытирал руки сухим мылом.
– По-моему, если я не стал еще законченным склеротиком, у меня в контракте нет записи о том, что я обязан ломать себе шею в системах, не указанных в путевом листе.
Рипли повернулась к нему и пристально посмотрела в глаза:
– Но ведь ты прекрасно знаешь, что говорится в другом документе "Космическом кодексе": "...все сигналы, получаемые кораблем, должны подвергаться тщательному анализу. При обнаружении вероятности 5,89% того, что сигналы посланы разумными существами, источник сигналов должен быть, по возможности, тщательно исследован..." Продолжать?
– Я это знаю, учил. Но вот... шкурный вопрос... Очень я беспокоюсь о сохранности моей задницы. Или один-два идиота, отдавшие богу душу, ни в... ни во что не ставятся?!