Цвет мира — серый
Шрифт:
— Да, сир.
Рассеянный взгляд императора пробежался по кабинету, ранее принадлежавшему кому-то из высокопоставленных чиновников королевства, и снова остановился на генерале.
— Когда мы возьмем Брекчию, целый континент окажется под нашим контролем, — сказал Гаррис. — Это будет уже совсем другая жизнь, генерал. Готовы ли мы к другой жизни?
Рейнгард промолчал. Любая реплика казалась ему неуместной.
— Генерал, мне нужно время, чтобы подумать, — сказал Гаррис. — Отдохнуть от всего. Управление Империей отнимает слишком много сил. Разузнайте, нет ли поблизости какого-нибудь охотничьего домика где-нибудь в лесу, и дайте мне знать, когда найдете. А, и когда будете выходить, позовите человека, который ожидает в приемной.
— Да, сир.
Полковник Престон выглядел хмурым и озабоченным совсем не потому, что его заставили долго ждать высочайшей аудиенции.
— Плохие новости из Брекчии, сир.
— Должен признаться, я ожидал чего-то в этом роде. Слишком уж гладко все шло, — Гаррис набил трубку. — И?..
— Теперь они располагают оружием, которое называют «жидким огнем».
— Что сия штуковина делает?
— Пока мне не удалось это выяснить, сир, — полковник Престон интонацией дал понять, что ключевым в этой фразе является слово «пока», а не какое-то другое. — Однако служители Шести считают его мощным оружием и возлагают на него большие надежды. Они говорят, что это оружие благословлено самим Воином.
— Еще бы они что-то другое говорили… Существует ли у меня необходимость довести до вашего сведения тот факт, что нам нужны точные характеристики нового оружия наших врагов?
— Нет, сир. Мои агенты стараются выяснить все подробности. Двоих я уже потерял.
— Церковь Шести научилась хранить свои секреты, — заметил Гаррис. — Что еще плохого стряслось?
— Тхай-Кай готовится к большому походу на Юг, — сказал полковник. — Будет задействована примерно треть всей их армии. Такого давно не случалось. По правде говоря, такого еще ни разу не случалось.
— И каким образом это нас касается? — спросил Гаррис.
— Никаким, сир. Но активность потенциального врага…
— Покорение Юга отнимает у тхайцев все силы, — сказал Гаррис. — Судя по общей выгоде, которую они извлекают из подобных предприятий, чего-то они там недорабатывают.
— Юг Утреннего континента — это очень опасное место, сир.
— И тем не менее тхайцы постоянно туда лезут с упорством, достойным лучшего применения, — сказал Гаррис. — Вам это не кажется странным?
— Им нужны новые пространства.
— Или на Юге находится то, о чем мы не знаем, но чем они очень хотят завладеть.
— Артефакты древних? — предположил полковник.
— Магические предметы, чья сила может править миром? — уточнил Гаррис. — Это детские сказки, полковник, вам ли не знать. Миром правят сталь и огонь.
— И деньги, — подсказал полковник.
— И жидкий огонь, — возразил ему Гаррис. — Тот самый, о котором мы ни черта не знаем. Когда накануне решающей схватки противник обзаводится оружием, о котором нам ничего не известно, это чертовски плохой знак, полковник. Очень плохой знак.
— Я постараюсь выяснить.
— В этом я не сомневаюсь, — сказал Гаррис. — Мы не переступим границы Брекчии до тех пор, пока вы не выясните, с чем нам придется иметь дело.
— Да, сир.
— Действуйте, полковник. Я буду ждать новостей.
ГЛАВА 12
Доставшаяся мне позиция не была идеальной для наблюдения за ходом битвы.
Насколько я мог судить, все закончилось еще до полудня. Звуки битвы отдалялись от меня, становились все тише и тише, пока, наконец, я совсем не перестал их слышать.
Я понятия не имел, что случилось с Густавом и Лансом, остались ли они живы в этом сражении. Мне удалось исполнить вторую часть предложенного Лансом плана — упасть на землю и притвориться трупом — по чистой случайности. Пока шел бой и в моих руках был меч, я и забыл о предложенном Лансом плане, и если бы не споткнулся, то… Вполне вероятно, в этом случае сейчас я уже был бы мертв.
Человек — очень странное существо. Он быстро приспосабливается к новым для него условиям. Порою даже пугающе быстро.
Тот факт, что вокруг меня лежат мертвые тела, не вызывал у меня совершенно никаких эмоций. Рассудком я понимал: происходит что-то неправильное, но никакого отклика в моей душе эта ситуация не вызывала.
Трупы мешали мне свободно дышать, это да. Я боялся, что под ними меня кто-нибудь найдет, а я понятия не имею, как имперские солдаты поступают с ранеными врагами на поле боя. Скорее всего, просто добивают их там, где нашли. Мне очень хотелось, чтобы все это быстрее закончилось, и я мог продолжить свой путь… куда-нибудь подальше отсюда. И не более того.
Я решил подождать наступления темноты. Имперская армия сейчас наверняка занята в столице Каринтии, и вряд ли похоронные команды появятся на поле раньше завтрашнего дня. А в темноте покидать поле боя всяко безопаснее. По крайней мере, так мне казалось.
Для того чтобы скоротать время, я принялся прикидывать планы на будущее.
И я сам не заметил, как заснул.
Проснулся я от пинка в бок.
Меня нашли, сверкнула паническая мысль, рука сама сжала рукоять меча, но переходить к действиям я не спешил.
Неизвестно, сколько их тут и чего им от меня надо.
В толпе может быть, что это обычные мародеры, которые пинают трупы просто так, ради собственного удовольствия. Или хотят убедиться, что перед ними на самом деле труп, перед тем как приступить непосредственно к мародерству.
С трудом разлепив глаза — лицо было покрыто коркой засохшей крови, — я разглядел одинокий темный силуэт на фоне звездного неба.
— Ты что, спал? — изумился Ланс.
— Э… видимо, да.
— Железные же у тебя нервы, малыш, — сказал он. — Ранен?
— Вроде бы нет.
— Тогда вставай.
— Не могу.
— Понятно.
Ланс наклонился и откатил один из трупов в сторону. Давивший на грудь вес уменьшился более чем наполовину, я спихнул с себя второе тело и попытался встать.
Тело затекло и не слушалось.
— А Густав? — спросил я, пока кровообращение возвращалось в норму.
— Вообще-то ты весь день пролежал под его трупом, — сообщил Ланс. — Бедняге не повезло.
Так это он орудовал топором, сообразил я. Он спас мне жизнь, уложив одного из моих противников. По сути, он спас мне жизнь даже дважды и…