Цветок виселицы
Шрифт:
И вдруг… пока скованные цепями шведы вечером отдыхали на лесистом склоне и ели выданный им хлеб, Дан услыхал тихий шепот:
— Отец!
Рядом в кустах лежал Даниэль. Живой, невредимый и твердо решивший найти своего отца. Должно быть, он уже давно следовал за пленными.
— Нет! — простонал Дан. — Беги отсюда, беги домой! — прошептал он.
— Отец, я намерен освободить вас и капитана Оксенштерна.
— Оксенштерн ранен, и я не знаю, где он. Я скован одной цепью с другими. Мне не освободиться. Беги отсюда, Даниэль, пока не поздно!
— Хорошо, отец, — прошептал юный упрямец. — Теперь наконец у меня есть возможность попасть в Таран-гай. Сперва я пройду на лодке через финские водопады, потом по Ладоге, Онеге и рекам доберусь до Архангельска. А там посмотрим.
— Даниэль, это же вражеская страна. Не совершай безумия!
— Мне нечего опасаться! Разве вы забыли, что меня охраняет корень мандрагоры? К тому же я знаю русский!
— Откуда ты его знаешь?
— Мы с Венделем Грипом все эти годы переписывались по-русски.
Дан был окончательно сражен.
— Но ведь это моя идея, это должен был я… — прошептал он.
— Мне очень жаль, отец. Вендель все время предчувствовал, что туда отправлюсь я. Берегите себя, отец! Говорят, русские хорошо обращаются со шведскими пленными. Да хранит вас Господь, я буду думать о вас. Мы еще увидимся. Дома!
Он побежал к лесу. Через несколько мгновений он скрылся среди деревьев. Путь его лежал в неведомое русское царство.