Чтение онлайн

– Вы там не подеритесь! Нам и так проблем хватает! – встревоженно попросила мать, глядя то на братьев, то на Шера, собиравшего погибшие растения в мешок неподалёку от выхода.

У Шера был отменный слух, он разобрал слова Зоринго. И спросил прямо:

– Арго, ты выходил из Лабиринта?

– Почему чуть что, сразу я? Зоринго у вас прямо святой, как всегда!

Арго казалось – он сейчас умрёт на месте от боли. Что с ним творится? Не замечая охватившей его паники, Иль объяснила:

– Мы должны понять, как к нам проникли страхи! А пока вина за их вторжение лежит на твоём отце, и он не переживёт нового удара.

Не помня себя от боли, Арго вырвал из рук Шера мешок с мусором и выскочил на улицу. Пусть Зоринго сам объясняется, как хочет!

Пробежав немного и вдохнув свежего воздуха, он опомнился. Зверь внутри затих. Арго чувствовал себя самым разнесчастным на свете: тело болело, на глазах блестели слёзы.

Ну почему? Почему он такой невезучий?

* * *

Вызнав магическое слово, которым учитель Шер открывал переход из Лабиринта в Иртиду, он тайком вышел в столицу два дня назад. В тот первый раз осмелился лишь прогуляться по берегу реки, сбегавшей бурным потоком со скалы, на которой сверкал огнями дворец короля Треала Ан Дара Тена.

Поглядывая на сверкающие шпили и купола, мечтал – как вольготно жилось бы в Иртиде одному! Ох, как его достала размеренная и скучная жизнь в Лабиринте! Каждый день одно и то же: «Делай уроки, полей грядки, выполи сорняки, принеси воду, убери воду!»

То ли дело в столице: кафе, дискотеки, игральные автоматы. Всё сверкало огнями, звучало и манило к себе. А в последние дни там было особенно весело. Начался праздник: день рождения Зверя Мары – будущего хранителя мира!

Вчера, расхрабрившись, Арго познакомился с городскими мальчишками. Катался с ними на сверкающих каруселях, а когда ребят позвали домой, спохватился и рванул в Центральный парк. К дереву с дуплом, где открывался вход в Лабиринт – и выводил прямо в оранжерею.

У дерева и начались неприятности. В свете фонаря на него упала тень гигантской птицы. Не успел Арго перевести дух, как птица обернулась рогатым чудовищем. Появились новые тени, они росли и меняли облик, пока не обрели вид дракона. Арго догадался: это страхи – именно они многолики, судя по рассказам Шера!

Дракон что-то шептал, махал крыльями и лапами – подзывал к себе. Арго в панике бросился в дупло, но страхи устремились за ним…

Вспоминая, Арго не заметил торчавшую из земли у тропинки мотыгу и зацепился за неё мешком. Рассердился и рванул изо всех сил. Мешок порвался, садовая плесень, труха и гниль рассыпались по земле.

Арго замер над кучей мусора. Голубоватый ореол вокруг его рук сгустился, потемнел. Ничего особенного, наверно – ведь яркость ореола зависит от чувств, а он сейчас готов был всё вокруг разнести от ярости!

«Что делать? – думал Арго. – Оставить так? Всё равно накажут, если поймают, так какая разница, за что? Или нет, лучше убрать. Зато никто не пойдёт меня искать, чтобы сделать выговор. Успею собрать вещи и забрать из копилки джиалы!»

Пришлось возвращаться за новым мешком. К счастью, у разломанной стены валялся ящик из-под цветов жизни, которым Шер разбил окна, впуская в оранжерею лучи грианда. Волшебный свет обрушился на страхи, но часть их всё же успела сбежать в Лабиринт.

«Туда им и дорога! Долго они не протянут, – подумал Арго. – Не зная тайных троп, страхи быстро сгинут в других мирах».

Он перенёс пустой ящик к веранде и тут заметил: в остатках земли что-то сверкнуло.

Арго нагнулся, разглядывая находку: маленький слиток металла, расписанный непонятными знаками. Ему стало вдруг так жутко, что мороз пробежал по коже. Не тот ли перед ним слиток, что создал отец? Если это существо вообще можно называть отцом!

Его вновь захлестнули воспоминания прошедшей ночи.

Страхи и дракон проникли за Арго в оранжерею. Натянув капюшон, чтобы спрятать свет ореола, он нырнул под прилавок с цветами и сидел, чуть не рыдая от бессилия. Бежать было некуда – дверь на улицу закрыта снаружи, а путь к подвальному оконцу преграждали чудовища.

Но тут в оранжерею пришёл отец.

За секунды, пока Арго придумывал объяснение, как он оказался внутри, не открывая замков, с отцом произошло невероятное превращение!

Выцветшая туника, всегда прикрывавшая отцовские плечи, вдруг распахнулась за спиной, и Арго разглядел в ней светящиеся прозрачные крылья. Весёлое лицо отца сузилось, на щеках и лбу появились длинные щетинки. Глаза выросли до невероятных размеров и потемнели, а из копны седых волос протянулись два длинных, как антенны, усика. Ноги и руки изогнулись и утончились, как у стрекозы.

Арго замер от испуга, забыв, что надо дышать. Страхи, что до прихода отца шумели и переговаривались, затихли. В оранжерее стало очень тихо, лишь тихонько булькал лунопровод – оттуда струился лунный свет, насыщая землю и растения магией.

Не успел Арго прийти в себя, как отец принёс из каморки, где хранилась рабочая одежда, небольшой ящик, будто наспех сколоченный из старых досок. Поставил его на стол и вскрыл садовыми ножницами крышку. Заглянул внутрь и запел незнакомым глухим голосом, от которого у Арго мурашки поползли по спине:

Силы пяти лун, пробудитесь: всё предрешено,

Нити звёздные соединитесь, как заведено!

И Судьба, что была давно рождена,

Пусть будет заново переплетена.

И на первую нить нанизано быть Огню.

Вот петля, узелок – дом, семья, уют.

Тропы вьются, и птицы над ними не запоют.

Следом нить Ветров заполощется, засвистит.

В ней увижу то, что случится во тьме пути.

Вот петля, узелок – выступают следы беды…

От судьбы не уйти, но мы будем с тобой тверды.

Из крапивы и вереска вьётся Земная нить,

В ней прольётся дождём всё, что надобно сохранить.

А за ней протянулась струной и затрепетала

Нить иная, звенящая, тянутая из Металла.