Чтение онлайн

– Мне – можно, Релти. В моей жизни наступила фаза увядания, – Мелмена жадно впитала доступные воспоминания сына, как долго пробывшее без воды растение. – Но ты не следуй моему примеру. Твоя фаза развития и роста входит в завершающий этап. Ты устроил большой стресс организму. Я привыкала голодать постепенно, начиная с полутора-двух суток.

Они взошли на мост.

“Привыкала”, – дернув плечами от негодования, Релти перешел на телепатическое общение.

Мелмена посмотрела на идущих к кораблю пассажиров, на телохранителя сына, ожидающего на мосту, и пояснила:

“Я должна успеть избавить Норила от проклятия прежде, чем оно убьет его. Искала сведения, намеки в древних письменах. Выбрала несколько рецептов зелий. Они приобретут чудодейственную силу при условии, что их изготовит служитель забытых богов. Надеялась, что найдется образец генетического материала отца Анрейми, произнесшего слова проклятия, и мы сможем вырастить его клон. Да, клонированный экземпляр имел бы сознание другой личности, но вдруг он смог бы приготовить действенное зелье? Старый Жрец утилизирован. Генетических образцов не сохранилось. Я была готова сама стать жрицей, бросить любимую работу и посвятить остаток жизни прилежному исполнению ритуалов. Но и это невозможно. Нет Старшей Жрицы, которая сможет провести обряд моего посвящения. Все потеряно! Я стараюсь, Релти. Пока безуспешно!”

“О себе тоже нужно заботиться”.

“Я помню. Древнее правило. Женщина должна обильно питаться, чтобы родить здорового ребенка. В голодные периоды вождь племени устанавливал запрет на размножение. Мне можно есть изредка. Я не намерена снова производить потомство”.

“Норил скоро отпустит тебя. Он хочет, чтобы ты выбрала нового мужа из молодых ученых”.

“Молодые ученые? – Мелмена улыбнулась. – Пугливые билеи. Они боятся приближаться к жене правителя. Тот, кто не испугается… Кимар Норри. Но Кимар старше меня, вдовец. И мы просто работаем вместе. Он понимает”.

“Твоя обязанность перед народом – передать лучшие качества линии Ратемма, – перекрыв доступ к воспоминаниям, Релти позволил чувствовать его обеспокоенность. – Мы исключим линию Анрейми из государственной программы воспроизводства”.

“Ты мой идеальный проект, – Мелмена восхищенно заглянула сыну в глаза. – Я знаю, чувствую, что у меня не получится лучшего потомства. Верю, мы найдем избавление от Печати Безумия”.

Стена блокировки сознания рухнула. Релти не выдержал. Воспоминания, которые он пытался скрыть от матери, сами потянулись к ней, выпустив липкие щупальца, и поймали ее.

“Нет! Не должно быть! Несправедливо!”

Импульсы Мелмены отчаянно заметались, она постаралась их заглушить, чтобы не привлечь постороннее внимание.

“Проклятие завладевает моим разумом. Ему невозможно сопротивляться, – Релти укрыл ее легкой успокаивающей волной энергии. – Я твой дефектный проект. Признай мою непригодность для размножения и запланируй новое потомство”.

“По статистике, первые симптомы проявляются во второй половине жизненного срока. Близость к властным структурам – могла ли повлиять?! Я буду бороться за тебя, Релти! Не хочу потерять тебя”.

“Не умри от истощения в ходе борьбы”.

“Отдала бы жизнь за тебя, будь я уверена, что проклятие примет мою жертву”.

“Бракованный проект не стоит самопожертвования ценной для государства производительницы. Я не заслуживаю ничего, кроме котла молекулярного расщепителя. Я безумен в большей степени, чем Норил. Ты знаешь, я установил энергетическую связь с велянкой – что может быть ненормальнее?”

“Ты меня часто удивляешь, да, – Мелмена поджала губы, придумывая, как разрядить наэлектризованную атмосферу. – Велянка… Я почуяла ее запах в павильоне”.

“Она одна заметила твой портрет”.

“Хочу познакомиться с ней. Наши предки энергетическую связь называли узами душ. Мы узнали, что душа не учитывает биологические параметры при выборе истинной пары”.

“Новый Великий Мудрец Велы признал существование у нас души, – Релти утаил от матери пророчество-предупреждение Илмиона. – Что если он сможет помочь нам?”

“Я так не думаю, – усомнилась Мелмена. – Печать Безумия – не проклятие отвергнутой любовницы, общее для большинства народов галактики. Она неразрывно связана с историческими событиями Нелии, не с войнами велянских царей, а с нашей Темной Эпохой. Способ избавления от нее нужно искать здесь, – она указала на выступающие из обмелевшего залива острия тонких скал. – Я продолжу поиски, когда вернусь с галактической научной конференции”.

Она старалась усилием воли не замечать предложенного ей полем восприятия в пищу итолида, побитого ночным штормом. Полосатый моллюск сидел, прицепившись к острой скале и вяло шевелил усиками.

Релти бегло взглянул на него и снова внимательно посмотрел на мать.

“С велянкой и союзом душ мне все понятно. Назови другие признаки активации Печати Безумия. Жду”, – обнадеженно добавила Мелмена.

“Я вижу сны. Этой ночью я охотился на билей”.

“Охота прошла удачно?”

“Да. Имеет значение?”

“Несомненно. Сны, порожденные действием проклятия, несут боль и страх. В них ты сам становишься жертвой. Наши предки видели сны. “Свежим” в инкубаторах блокируют отвлекающую от реальности возможность сознания. Энергетическая связь с велянкой сняла твою блокировку”.

“Нельзя снова их заблокировать?” – Релти нервным движением руки убрал прядь волос за ухо.

“Не нужно. Учись видеть знаки в сновидениях. Подсказки, образы будущего”, – Мелмена задумчиво прикрыла глаза.

“Так я еще быстрее сойду с ума”.

Просмотрев сновидение сына, Мелмена занялась поиском таинственных знаков:

“Иммокомль. Территория Латара. Сон предвещает тебе победу над ним?”

“Латар – не билея, – Релти выразил скептический настрой шумным выдохом через нос. – Он аликам и самец. Во сне я поймал самку”.

“Идимла тоже изъявила желание участвовать в выборах”.

“Она тонкоус”.

“Пока в списке три кандидата, – импульсная волна Мелмены смягчилась, подхватив любопытную идею. – Латар – аликам, Идимла – тонкоус. А кто ты?”

“Келин”, – без сомнения ответил Релти.

“Да, ты келин, – подтвердила мать. – Тебе нужна стая, чтобы победить аликама и тонкоуса. Вместе келины загоняют крупную добычу и противостоят опасным хищникам. Аликам всегда один, и может рассчитывать только на свои силы. У беллибианских тонкоусов старшую самку окружают одурманенные ее феромонами самцы и младшие самки, но из них каждая ждет возможности убить лидера, чтобы занять ее место. Вожак стаи келинов не всегда старше и сильнее сородичей. Он умнее. Его задача – придумать лучший план охоты, правильно определить роль подчиненных в зависимости от их способностей. Келины не свергают лидера, когда он состарится, не добивают, если он получит тяжелое ранение. Они заботятся друг о друге. Стаю объединяет не взаимный страх, а доверие. Иди к своей стае, Релти, – она взглянула на Лимэя и улыбнулась левым уголком губ. – Мне пора лететь на космическую станцию Председателя Гусеницы. Не беспокойся обо мне. Я не умру от голода. Участников конференции хорошо кормят”.