Чтение онлайн

Алекс уважительно присвистнул. Он, привыкший к тому, что все надо делать своими руками (ну или руками тех, кого удается использовать в своих целях) как-то не подумал, что у эсперов – изгоев Маэрс-сити не хватит связей для организации такой схемы.

Им требовалось связующее звено. Кто-то очень опытный и умелый.

И, проклятье, Алекс знал одного такого… не очень человека. Правда оставалась надежда, что Грибовский притащит от фараонов другое имя. В память, так сказать, о былых делишках.

– Давай, до связи.

– Ага, – только и ответил Алекс.

Он повесил трубку и, с наслаждением облизнувшись, потянулся к сэндвичу, все это время лежавшему перед ним.

Открылась дверь.

Ворвались студенты.

Вернее – зашли муравьиной вереницей, ну или зомби идущими на убой.

Настроение Алекса портилось все сильнее.

Сэндвич все так же оставался для него вне зоны досягаемости. Точно так же, как и ворох бумаг и папок на его столе. Последние выпуски эротических журналов глянцевой эпохи.

Ну а что – с какой стати внутренняя сеть Первого Магического не позволяла закачать их и смотреть с экрана?!

Глава 16

— Итак, господа студенты, – Алекс поднялся с кресла и подошел к огромной графитной доске. Его аудитория оставалась единственной, на весь университет, где не имелось умной или хотя бы – банальной электронной доски. — сегодня мы с вами обсудим такую тему, как боевые накопители и откуда они взялись.

Тут же зашелестели стилусы по экранам планшетов и полный амфитеатр голодных до знаний студиозусов принялся записывать конспекты.

Все в этом мире меняется. И если не меняется сам человек, то либо он дебил, либо мертвец. Менялся и Дум. К примеру – он пришел к выводу, что если действительно вести лекцию, а не сидеть и не заниматься своими делами, то в субъективном восприятии времени, она заканчивается куда быстрее в первом случае, нежели втором.

Так что, черный маг Александр Думский действительно делился какими-то своими знаниями с молодым поколением в исключительно эгоистичных целях. Чтобы как можно быстрее от этого самого поколения избавиться.

— Как вы все знаете, накопители делятся на две категории — боевые и бытовые, — на графитной доске, благодаря мощному проектору, появился слайд с ведьмой. В одной руке у неё была метла, а в другой палочка. И, кажется, Дум даже помнил имя этой актрисы из знаменитой франшизы про мальчика со шрамом. – Разница между ним в пропускной способности — уровне флюктуаций, которые возникают из-за технического оснащения. Кто мне скажет в чем тут цимес?

Учитывая сленг Алекса, то не всегда студенты могли среагировать сразу. Но была группа ребят, которые уже привыкли к речевым оборотам своего наставника.

Вверх взметнулась рука рыжего паренька.

– Трэвис Либенштайн, да не будет упомянуто это имя всуе, — по рядом прокатилась волна смешком. Декан Либенштайн… а теперь и.о. ректора Либенштайн. Этот пузан прочно уселся в ректорское кресло и, кажется, не собирался его покидать.

– Профессор, рискну предположить, — Трэвис имел ужасно неправильную привычку во время ответа на вопрос стучать себе по губам стилусом. В гомофобном Хай-Гардене его бы быстро отучили от такого двусмысленного поведения. – что уровень флюктуаций частиц универсальной магии влияет на скорость преобразования магии во внешнем источнике в магию во внутреннем источнике.

— Совершенно верно, десять баллов Гриффиндору, – похлопал Алекс, но…

Увы, серия о шрамоголовом была популярна лет пятьдесят назад. А теперь… теперь шутку оценили только представительницы прекрасного пола, сидящие за первыми рядами.

В коротких юбках, в боевой раскраске, с глубокими декольте. Длинноногие, с уложенными волосами, они, как раз-таки, весьма умело водили стилусами везде, где позволяли тонкие границы приличия.

С какими-то из них Алекс уже спал, с какими-то пока нет.

Ну а что — восемнадцать уже было, значит не дети. А уж будучи черным магом, он не только не слышал о морали, но и умело определял возраст тех, кто не оказывался способен сдать ему экзамен на сессии благодаря… доступу к базе данных университета.

Надо ведь хоть какие-то плюсы находить для себя в работе на общественное благо… будь оно трижды клято.

– В общем, плюс тебе в личный реестр, Трэвис, -- пояснил на выдохе Алекс и радостный рыжий опустился обратно на место. – Как нам поведал наш рыжий падаван, – и опять смешок. Эти особы вообще на любые его шутки реагировали. Даже самые тупые. – бытовые накопители могут вместить в себя намного больший объем магии, но при этом вытягивать его из них куда медленнее. Что же до боевых, то их резервы в разы меньше, что обуславливается материалом, из которого их изготавливают. Но при этом скорость передачи магии в десятки, если не сотни, раз быстрее.

Алекс прошел мимо рядов милых леди, от которых тянуло дорогим и приятным парфюмом. Аки через оранжерею прошел. Мелочь, а душу греет.

Если у него, конечно, она вообще была – душа.

– Тут вы можете спросить, причем здесь темная или черная магия, но поспешу вас предупредить. Если вы беременны или впечатлительны, то сейчас лучше уткнуться в сериал про волшебных пони, чем смотреть на доску, – Алекс широко улыбнулся, но на этот раз даже в первых рядах смеха не было. Вот ведь… так можно и загубить свой непревзойденный талант стэндапера. Может их всех на зачете завалить? Хотя нет – Алекс и так это делает регулярно…

– Ну, раз все готовы, тогда приступим, – Дум нажал несколько клавиш на пульте. Штормы опустились на окна, погрузив зал в полумрак, разгоняемый лишь светом проектора.

– Вот ведь…

– Проклятье…

– Су…

– Следим за языком, господа студенты, – перебил Алекс. – в словах таится большая сила, чем вы пока способны осознать.

Дум опять процитировал одно из старых произведений, но, как и всегда, его почти никто не понял. А если и нашлись на сотню студентов несколько понятливых, то они были заняты созерцанием сменяющихся на экране картинок.

Вот шаман времен, когда Сахара еще не была пустыней, вырезал на детской кости, вынутой из еще живого ребенка, какие-то символы.

Вот колдун, в лазурных робах и с забавной шапочкой на голове, с узким разрезом глаз и желтой кожей, занимался тем, что высекал плетью на спину кричащей женщине кровавые знаки.

Вот жрец в золоте, под статуей бога с головой собаки, выливал в чан кровь из красивой урны, а позади него лежали горой тела в белых одеяниях.

Одна картинка за другой.

Внутренности, кости, безмолвные крики и застывшая на экране смерть.