Чтение онлайн

Лейтенант выдал мне деньги на такси, но я их благополучно прикарманил, они вовсе не лишние. Репортёры в карете едва не подрались, пришлось их разнимать, но это не помешало нам добраться до логова спецслужбы. Его ещё называли "Дом с писающим мальчиком", потому что одной давней ночью какой-то газетчик щёлкнул имперского гвардейца, охраняющего здание, справляющим на крыльцо малую нужду. Недисциплинированного гвардейца заменили, а название прилипло навсегда. И к дому, и к гвардейцам-охранникам.

– Привет тебе, писающий мальчик, - вежливо поздоровался я, но гвардеец ничего не ответил и отвернулся.

Я вошёл в офис, репортёры - за мной. Ещё один гвардеец стоял в приёмной, но и он смотрел куда-то в сторону. В кабинете сидели двое - Вася и какая-то девчушка лет тринадцати с белыми волосами, что-то медленно печатавшая одним пальцем. От магниевой вспышки она аж подпрыгнула вместе со стулом, но сделала вид, что ей всё нипочём.

– Это Вася, мой лучший друг, - сообщил я журналистам.
– Но мы давно не виделись и жутко соскучились. А это его любовница. Она несовершеннолетняя, но спецслужбе можно, она над законом.

Вася покраснел, газетчики его сфотографировали и что-то лихорадочно застрочили в своём блокноте.

– Алла вовсе мне не любовница, - Вася попытался меня опровергнуть.
– Она квалифицированный секретарь, и всё.

– Но старший агент имперской спецслужбы Василий интимные отношения с секретаршей отрицает, - вполголоса бубнил один из репортёров, записывая.
– А квалификацию его секретарши отлично видно её по умению печатать одним пальцем.

– Стас, зачем?
– с надрывом в голосе вопросил покрасневший до корней волос Вася.
– Я же тебе ничего плохого не сделал!

– Так сделайте сейчас, - ухмыляясь, предложил репортёр.
– Что известно спецслужбе об интимных отношениях Станислава с пограничником Вервольфа Томом? Наши читатели очень этим интересуются. Кое-что нам уже рассказала супруга губернатора, интервью с ней будет в вечернем выпуске, а вы можете дать дополнительные сведения.

– Без комментариев, - прошипел Вася.
– Стас, ты сам напросился. Сейчас выставлю отсюда писак, и поговорим наедине. Обещаю, к концу разговора ты будешь не таким весёлым.

– Погоди их изгонять, - попросил я.
– У меня для тебя кое-что есть по похищению, и публике это наверняка тоже будет интересно. Вот розыскной листок на некую Арину, прибывшую сюда в свите губернатора. Листок исходит из спецслужбы. Я хочу узнать, какое вознаграждение тому, кто её найдёт.

– Никакое, - злорадно ответил Вася.
– А если бы что-то и полагалось, то не тебе - ты сейчас работаешь бесплатно.

– Вы уже знаете о найденном трупе, - сказал я репортёрам, и они энергично закивали.
– Мы не знаем, убита она или умерла сама - по состоянию тела определить очень трудно.

– Знаем, - буркнул один из репортёров, не переставая писать.
– Видели, нюхали, фотографировали. Вечером увидят и читатели.

– Жаль, что не понюхают, - хмыкнул я.
– Но ближе к делу. Такие пломбы, как на зубах пострадавшей, местные дантисты не ставят. Это заявили трое из них. Их имена я вам сейчас не назову, не помню, но они есть в материалах дела.

– Этот жуткий труп и есть Арина?
– спросили репортёры едва не хором.

– Очень вероятно, но пока точно не установлено. Возраст и рост совпадают, вес определить невозможно, да вы сами видели.

– Крысы, - кивнул один репортёр.

– Вороны, - поддержал его второй.

– Кроме зубов, я передаю старшему агенту спецслужбы Василию фрагмент ногтя с сохранившимся лаком, и фрагмент ткани, предположительно от ночной рубашки пострадавшей. Полагаю, этого будет достаточно для идентификации трупа.

– Время смерти установили?

– От трёх до десяти суток. Можете считать, что не установили. Состояние тела не позволяет.

– То есть, возможно, что она погибла во время похищения ребёнка?

– Да, того самого маленького ангелочка, - кивнул я.
– Возможно, но не более.

– Вы лично участвовали во вскрытии?

– Да.

– Но ведь вы - волонтёр. Разве волонтёрам такое поручают?

– Я - сыщик, почему же нет? Кстати, вы спрашивали о моих впечатлениях о работе в полиции. Едва не сблевал на вскрытии. Отвратительно.

– Всё, пресс-конференция окончена, - решительно заявил Вася.
– Тружеников пера убедительно прошу выйти вон.

Труженики пера выходить не хотели. У них было ещё очень много вопросов. Вася надумал выставить их силой, и тут начался форменный балаган. Репортёры не сопротивлялись. Пока хозяин кабинета выталкивал одного, второй это фотографировал. Когда Вася взялся за второго, вернулся первый и тоже щёлкнул фотоаппаратом.

– Стас, помоги, - попросил Вася.
– Ты же сейчас полицейский! Должен поддерживать порядок.

– А вот хрен!
– откликнулся я.
– Офис спецслужбы под юрисдикцией Империи. Городские полицейские здесь простые подданные.

– И что мне делать?

– Позови писающих мальчиков. Или они умеют только мочиться на крыльцо?

Гвардейцы вывели газетчиков, тем и так пора было бежать в свои редакции строчить статейки, а Вася злобно уставился на меня, поджав губы. Я же плюхнулся на стул для посетителей и передал ему папку с отчётами о найденном сегодня трупе. Он даже не стал смотреть, что в ней, а безразлично закинул её в ящик стола.

– Зачем ты притащил в мой офис этих койотов?
– мрачно вопросил он.

– Они сами припёрлись, - улыбнулся я.
– Да и что плохого? Ты получил бабу, которую объявил в розыск, а я - рекламу. Разве кому-то стало хуже?

– Стас, если это труп нянечки, а я не сомневаюсь, что это она и есть, мне придётся расследовать её убийство. Или это естественная смерть?

– Лейтенант думает, что убийство. А мне - по хрен. Дальше всё в твоих руках. Что тебе мешает свалить убийство на похитителя? Хочешь - она его сообщница, хочешь - невинная жертва, пыталась ему помешать или просто не вовремя проснулась. Какие проблемы?

– Пришить? Ты считаешь, это не его рук дело?

– Откуда мне знать, Вася? Я только идентифицировал труп няньки, если это она. Убийство я не расследовал. Это твоя работа, не моя. Что за разговор, после которого я буду не таким весёлым?

– Мы с тобой поговорим о пограничнике Томе.

– Опять! Не знаю я никакого пограничника Тома и никогда не знал! Достали!

– Понимаешь, Стас, у спецслужбы есть подробное досье на каждого пограничника Вервольфа. По крайней мере, мы надеемся, что на каждого. И, представь себе, на их ближайших заставах пограничника Тома нет. И Томаса нет. Но я подумал, что даже такой своеобразный малыш, как Олег, не может фантазировать на пустом месте. Что-то такое он слышал или видел. Да и ты не похож на педераста.