Чтение онлайн

– Ну и что?
– спросил он.

Статья, конечно, не совсем обычная, но он так и не понял, из-за чего так разволновался Траутман.

– Взгляни на имя человека, возглавлявшего экспедицию, - подсказал Траутман.

– Профессор Ар-ро-накс, - прочитал Майк по слогам необычное имя.
– И что?

Имя абсолютно ничего ему не говорило, но он заметил, как Сингх слегка вздрогнул.

– Профессор Арронакс - один из немногих людей, которым удалось побывать на борту "Наутилуса", - объяснил Траутман.
– С тех пор как он встретился с твоим отцом, профессор посвятил свою жизнь поискам затонувшей Атлантиды.

– Но Атлантида не более чем просто миф,- удивился Хуан.

На лице Траутмана появилась добродушная усмешка.

– Ага, такой же, как "Наутилус", не так ли?
– спросил он.

Хуан слегка смутился:

– Вы хотите сказать, что...

– Ничего я не хочу сказать, - перебил его Траутман.
– Я, видишь ли, знаю, что профессор Арронакс убежден в том, что Атлантида существовала, и он посвятил много лет ее поискам.

– Но зачем немцам понадобилось нападать на научно-исследовательскую экспедицию?
– по-прежнему недоумевал Андре.

– Они этого и не делали, - объяснил Траутман и провел пальцем по последним строчкам статейки.
– Командование кайзеровского флота снимает всякую ответственность за инцидент, и я склонен верить, потому что это единственное разумное объяснение в данном случае. У флота кайзера другие задачи и проблемы, их вовсе не интересуют поиски Атлантиды.

– Винтерфельд?
– пробормотал Майк, наконец догадавшись.

Траутман озабоченно кивнул:

– Да. Именно этого я и опасаюсь. Следовало ожидать, что он вряд ли станет бездействовать после того, как потерял нас. Как видно из статейки, профессор Арронакс изобрел камеру для подводных работ, так называемый батискаф, который позволяет опускаться в море глубже, чем было возможно до сих пор.

– И вы полагаете, что он нашел Атлантиду?
– В голосе Бена прозвучало сомнение.

– Может быть, - ответил Траутман.
– Если и есть человек, который сможет найти затерянный континент, так это Арронакс. Он, кажется, знает обо всем этом больше всех на свете.

Несколько секунд все молчали.

– Но... даже если Атлантида действительно существовала, что это может дать Винтерфельду, если он ее отыщет?
– спросил наконец Майк.
– Остров затонул предположительно тысячелетия назад. Возможно, остались подводные руины, но они имеют скорее археологическую ценность.

Траутман какое-то время ощутимо боролся сам с собой, но потом вздохнул:

– Наверно, не имеет смысла и дальше скрывать правду. Рано или поздно вы все равно все узнаете.
– Он взглянул на Майка.
– Ты когда-нибудь спрашивал себя, откуда у твоего отца этот корабль?

– Я... я думал, что он сам спроектировал его,- заикаясь, произнес Майк.

Траутман махнул рукой, словно отметая всякие глупости.

– Это то, во что должны были поверить все. Легенда, которую капитан Немо сам придумал, сам же и распространил, чтобы отвлечь внимание от истины. Но вы-то знаете о подлодке не понаслышке, а изучили ее вдоль и поперек. Я даже опасался, что вы сами по себе додумаетесь, что здесь явно что-то не так. Ни один человек не в состоянии построить такой корабль.
– Он категорично замотал головой.
– И через сто лет еще не сможет.

– Но... тогда это значит...
– Майк замолчал. Внезапно его осенило, и все вдруг стало ясным и понятным: десятилетние поиски Арронакса, нападение Винтерфельда на экспедицию и ужас Траутмана, когда он узнал об этом.

– "Наутилус" построили атланты?!
– потрясенно произнес он.

– Твой отец сам никогда не рассказывал мне, как "Наутилус" попал в его руки, - серьезно объяснил Траутман.
– Но один раз он все же упомянул затерянную в глубинах моря империю. И под этим он мог подразумевать только Атлантиду, не так ли?
– На мгновение старый капитан прикрыл глаза и продолжил изменившимся от тревоги голосом: - Если затонувшая цивилизация атлантов была в состоянии построить такие корабли, как этот, то можешь ли ты себе вообразить, что там еще после них осталось? Вот на это и надеется капитан Винтерфельд.

Майк побледнел, до конца осознав значение того, что рассказал Траутман. Он переводил взгляд с одного мальчика на другого и видел, что все были потрясены так же, как и он сам. Лишь Сингх оставался невозмутим, как обычно.

– Думаю, что Винтерфельд с самого начала пытался разузнать истину об Атлантиде, - продолжал Траутман.
– Может быть, именно поэтому ему и понадобился "Наутилус" - чтобы с его помощью разыскивать Атлантиду. Только представьте себе: техника Атлантиды в руках такого сумасшедшего, как Винтерфельд.
– Траутмана передернуло от этой мысли.
– Поэтому я и вернулся. Не важно, как мы это сделаем, и не важно, чего это будет стоить, но мы обязаны остановить сумасшедшего. Винтерфельд никогда не должен отыскать Атлантиду!

Сингх опустил бинокль, поморгал немного уставшими от напряжения глазами и снова надолго приник к окулярам, прежде чем передать прибор Траутману, стоявшему рядом на металлической палубе подлодки. Это был особенный, ни на что не похожий бинокль - как почти все вещи для повседневного пользования, находившиеся на борту "Наутилуса". Бинокль принадлежал прежним владельцам "Наутилуса". Огромный и. тяжелый, с блестящими медными винтами по бокам и стеклами, казавшимися совершенно не прозрачными, потому что были черными как сажа, он увеличивал гораздо лучше любого другого бинокля, когда-либо попадавшего в руки Майка. Даже лучше, чем длиннющий школьный телескоп, стоявший в его комнате в Андара-Хаус. И это был лишь ничтожный пример того, насколько технология атлантов опередила технологию людей начала двадцатого века.

Возникшие при виде бинокля мысли пронеслись в голове Майка, пока он стоял рядом с Траутманом и Сингхом и искал, что же они увидели за пустым горизонтом.

Прошло примерно три недели с тех пор, как путешественники покинули Олдерни и взяли курс на Атлантику. И радость от того, что они снова были на борту "Наутилуса", и волнения по поводу новых планов Винтерфельда как-то поблекли в повседневной рутине. А вначале все были взвинчены и взбудоражены более, чем обычно.

Теперь, когда ребята знали, что из себя представлял "Наутилус", они словно вновь открывали для себя корабль, и многое, что казалось им раньше непонятным и странным, предстало вдруг в новом свете. Поэтому они исследовали все с новой энергией - за исключением машинного зала, куда Траутман строжайше запретил заходить. Правда, Майк все равно отважился на беглый осмотр через приоткрытую дверь. Огромное, набитое непонятными механизмами помещение было заполнено жутким грохотом и странным золотым пульсирующим светом, который Майк - ему это и самому показалось бредом - почему-то ощущал всей своей кожей и потом весь день не мог избавиться от неприятного покалывания. Он твердо решил, что в будущем всегда будет слушаться Траутмана и не нарушать его запретов.

Что совсем не изменилось, так это страх, что Винтерфельду и в самом деле удастся отыскать Атлантиду. Двигатели "Наутилуса" работали на полную мощь, но Майку казалось, что они топчутся на месте. Он вообще-то никогда не отличался особым терпением, а при мысли, что им понадобится уйма времени, чтобы добраться до цели, Майк начинал тихонько сходить с ума. Ведь Винтерфельд, может быть, уже в эту самую минуту нашел то, что так долго искал. А шансы Винтерфельда еще никогда не были столь реальными.

Траутман такого рассказал о профессоре Арронаксе, что тот просто не выходил у них из головы. Все эти рассказы внушали ребятам благоговейный трепет перед талантом профессора.

Арронакс был одним из тех счастливчиков, кому довелось побывать на борту "Наутилуса". И это событие полностью изменило его жизнь. С тех самых пор он посвятил свою жизнь исследованиям морских глубин и, прежде всего поискам легендарной Атлантиды. Траутман рассказал, что профессор к настоящему моменту точно знал, где именно следует вести поиски, более того, он теперь обладал и средством, которое поможет ему достичь цели. Сконструированный по его чертежам батискаф позволял опускаться на глубину в сотни метров, превосходя любой другой механизм на свете. Соперничать с батискафом мог только "Наутилус".