Чтение онлайн

В архитектуре превалировали двух- и трехэтажные дома с колоннами и высокими крытыми крыльцами, встречалось что-то вроде музеев и какие-то культовые сооружения, похожие на китайские пагоды, но входы в них были закрыты, на их лестницах попрошайки не сидели, а стоило Алесе остановиться в задумчивости, не заняться ли нищенством, как к ней тут же направился стражник. Пришлось ей ковылять дальше. Да, нищие работали только в районах победнее, с центральных улиц их сгоняли, как неугодный мусор.

Прислушиваясь и приглядываясь к незнакомому миру, стараясь разобраться, как тут устроена жизнь, Алеся обратила внимание, что к многочисленным стражникам, патрулирующим улицы, люди относятся нормально, дружелюбно общаются с ними, называют по именам. На глазах у Алеси один широкоплечий, могучего телосложения стражник выскочил на дорогу, по которой скакали люди на лошадях, катили кареты и скользили редкие глайдеры, и громким свистом и взмахами рук остановил движение экипажей, чтобы увести с проезжей части выскочившего на нее мальчика. Тут же подбежала взмыленная мать ребенка с годовалой девочкой на руках:

— Ох, спасибо огромное, Силантий! Совсем от рук отбился мой негодник, чуть отвлекусь на младшую, как тут же убегает. Твои-то детишки как?

— Нормально, растут понемногу, — открыто улыбнулся стражник и потрепал широкой ладонью кучерявую мальчишескую головку.

— Ты на сутки на дежурство заступил?

— Да, и потом толком отдохнуть не дадут — магиню беглую в нашем городе ищут.

— Слыхала, слыхала. У нас с ночи ищейки по всему кварталу рыскают, вынюхивают все, расспрашивают, покоя от них нет.

— Работа у них такая.

Женщина с детьми презрительно фыркнула. Ищеек, в отличие от стражников, тут откровенно не любили и побаивались. Алеся припомнила подслушанный на сеновале разговор: в ищейки набирали только магов. Правда, как говорили, магов с пустым магическим резервом, но все одно — не простых людей.

— Откуда их взялось столько, этих ищеек, что весь город наводнили? — проворчала недовольно женщина.

— Со всех соседних районов согнали. Ищейкам со способностями менталистов даже магические резервы за счет амулетов с иномирной магией всклень пополнили — им велено память всех подозрительных особ проверять. Рассадили их по всем нашим постам и велели приводить к ним всех: и парней незнакомых, и старух, и прочих, если кто-то покажется подозрительным. К примеру, спрашивать у нас будет куда пройти, как что-то найти или слова произносить будет незнакомые.

Алеся согнулась ниже и поскорей захромала прочь. Хорошо, что ее не угораздило о чем-то стражников спросить!

«Странный мир: маги без магии, никогда такого не слыхала. Если у кого-то вдруг сами собой пробуждаются магические силы, то это чудо, а обычно подпитываются магией, отобранной у магов, сворованной в других мирах. Как же этот мир развивался до того, как смогли построить первый межмировой портал, чтобы начать красть чужих магов? Откуда взяли магию для этого портала? Тайна, покрытая мраком… Портал же явно должен на магии работать, никаких электростанций тут в помине нет, единственный источник энергии во всех машинах — магия. Ладно, сейчас не до высоких материй, не до межмировых порталов, но как решу первоочередные задачи, в библиотеку загляну, историю этого мира почитаю. Противников надо изучать изнутри, начиная с прошлого, которое, как известно, определяет настоящее».

А настоящее пока не радовало. Хорошо хоть идея переодеться старухой была абсолютно правильной, Алеся убедилась в этом, заметив, что по улицам без сопровождения гуляет лишь одна категория женщин — тех, кого в литературе именуют блудницами. Накрашенные и разнаряженные девушки украшали собой центральные улицы, призывно улыбаясь мужчинам и демонстрируя им стройные ножки под приподнятым подолом. Других одиноких праздно гуляющих девиц в городе не наблюдалось.

«Но не праздных довольно много: поломойки с швабрами и ведрами переходят из подъезда в подъезд, служанки с озабоченными лицами снуют, горничные и камеристки в подобии униформы ходят, но тоже чаще всего не одни, а в сопровождении слуг мужского пола».

До центральной площади Алеся немного не дошла, только на высокий многоярусный фонтан издали полюбовалась. Причина, почему она не взглянула на фонтан вблизи, была проста: на нее уже на подступах стали покрикивать и пихать на обочину, общая суть всех претензий сводилась к фразе: «Куда прёшь, старая карга, не видишь, что здесь люди ходят?» То есть, нищая старуха вроде как не человек. Что ж, в родном мире этот тезис высказывается не так открыто, но жизнь одинокой бедной бабки в большинстве стран примерно такая же. Проблема в том, что эта бабка все еще хочет есть…

В конце улицы показалась кавалькада из пяти мужчин, движущаяся по направлению к центральной площади. Вороные кони в богатой сбруе мерно постукивали подковами по брусчатке, на отделанных золотыми позументами камзолах сверкали солнечные лучи, покачивались плюмажи из ярких перьев на широкополых шляпах, над головами развевался какой-то штандарт. Движение на улице вдруг замерло: люди остановились на тротуарах, всматриваясь в всадников, прошел шепот:

— Принц Леван. Сын императора. Благодетель наш! Ах, какой красавец!

(Последнее с придыханием произносили все девицы в возрасте от шестнадцати до сорока.)

«Ого, высочайшая особа со свитой пожаловала», — поняла Алеся, и ей тоже захотелось глянуть на настоящего принца. Она шагнула к самому тротуару, прикрывая лицо от солнца и силясь получше рассмотреть мужчин через плотную вуаль.

Принц узнавался сразу, безошибочно: это был самый молодой и улыбчивый из всех пятерых всадников, ехавший впереди и благосклонно кивавший своим подданным, махавший рукой в ответ на приветственные крики. Принц действительно был поразительно красив, как на картинке в сборнике волшебных сказок: русые локоны выбивались из-под шляпы, огромные лучистые серые глаза смотрели добродушно и приветливо из-под густых ресниц, красивой формы полные губы улыбались, лицо поражало гармонией черт. У беглой попаданки ажно дух захватило от такого идеального облика иномирного принца, кроме как «О-ооо…» в голову ничего не приходило.

Забыв, что она не в родном Петербурге и глазеет не на известного киноактера, Алеся шагнула чуточку ближе.

— Куда тебя несет, старая перечница, не мозоль сиру глаза своим вонючим тряпьем! — раздраженно прорычал над ухом стражник, ухватывая ее за рукав и оттягивая подальше, резко возвращая Алесю в реальность из мира розовых грез.

В реальность, в которой она была не невестой прекрасного принца, а всего лишь потенциальной жертвой главного злодея.

Красавец под императорским штандартом проехал мимо по своим важным делам под ахи и вздохи горожан, толковавших о доброте, отзывчивости и море прочих положительных качеств императорского сынка, осчастливившего своим появлением их городок.

— Так-то оно так, младший принц — прекрасный человек, но хорошо, что не он наследует трон отца: при нем вся голытьба распустилась бы и на свет божий из своих углов повылазила, пользуясь его добротой, — проворчал стражник своему напарнику, вновь отталкивая Алесю дальше на обочину тротуара. — Каждый должен знать свое место!

«Ну-ну, я могла бы поверить в добренького принца, если бы законы, принятые в его стране, не позволяли бы похищать людей, а потом ловить их, затравливая собаками, — усмехаясь, попятилась прочь Алеся, подчиняясь раздраженному жесту стражника. — Я смотрю, императорской семейке удобно иметь под рукой ира Хальера: чуть что — вот злодей, а мы — добрые, белые и пушистые».

Развернувшись в обратном направлении, Алеся вернулась в менее благополучные районы, по ароматным запахам копченостей нашла базар. Расхаживая среди палаток, продающих всякую снедь, она надеялась, что кто-то из торговок и торговцев отвернется и ей удастся стащить пирожок, но бывалые торгаши как раз за нищими старухами и следили в оба глаза, а когда Алеся пошла обходить ряды во второй раз, ее начали прогонять от подносов с едой. Толк от ее хождения по базару пока был один: она запомнила названия местных монет, которые успела разглядеть как следует еще при продаже хлеба Митяю, а теперь видела, как ими расплачиваются, какую сдачу дают, сколько все стоит.