Дмитрий Донской. Империя Русь
Шрифт:
А сами дома? Акрополь Дмитрий собирался сделать натуральным шедевром архитектуры. Впрочем, остальной город он не оставлял в стороне. Внутри городских стен было запрещено деревянное строительство. Вообще. Разве что кое-где времянки. Вместо старинных срубов столица застраивалась кирпичными домиками в три этажа, плотно прилегающими друг к другу, с арочными проходами во внутренние дворы. Как в старом Санкт-Петербурге. Даже склады – и те строились минимум двухэтажные с активным использованием готических решений, позволяющих экономить материалы – кирпичи. Улицы, прямые и довольно просторные для разъезда двух экипажей, были мощены клинкерным кирпичом. Имелись тротуары, причем тоже не такие уж и узенькие. И так далее, и тому подобное.
И столица не сидела только лишь внутри мощных городских стен.
К 1377 году к северу и западу от Москвы раскинулись технические кварталы, скрепленные в единое целое дорогами, покрытыми утрамбованной щебенкой. А местами уже и асфальтом – мастерская по переработке земляного масла приросла цехом, вырабатывающим этот удивительно полезный в тех условиях продукт. Стадион, ипподром, торговые ряды, постоялые ряды, кирпичный район, железный район и так далее. Появились даже первые конки, которые ходили по дубовым рельсам, окованным железом. Всего два маршрута, но все же. Важное подспорье для рабочих, многие из которых жили внутри крепости.
А вокруг стремительно расширяющегося столичного гиганта неспешно возводилась система изолированных фортов. Тоже по землебитной технологии с последующей обкладкой кирпичами.
Почему технические кварталы располагались только к северу и западу от крепости? Потому что летом 1377 года наконец-то завершились все потребные работы и закрыли плотину. То есть пошло накопление воды огромного даже по меркам XX века водохранилища [22] …
В глазах митрополита Дмитрий творил что-то невероятное. А главное – все вокруг него кипело, шевелилось и двигалось. Крови, правда, пролил немало. Но к этому Алексий относился философски – правитель не может править, не пуская кровь. Это просто технически невозможно.
22
Водохранилище шло с перекрытием Москвы-реки по отметке ~145 метров над уровнем моря. Точка перекрытия – между современными станциями Нагатинская и ЗИЛ.
С мыслями обо всех этих изменениях митрополит и докатился в коляске до неприметного домика в железном районе пригорода. Резиденция Императора была еще дальше от готовности, чем кафедральное подворье, так что Дмитрий жил походной жизнью. То тут, то там. Принимал также. Мало кто из людей вокруг вообще точно знал, где сейчас Император.
– Добрый день, – громко и отчетливо поздоровался митрополит входя.
– И тебе, – кратко ответил Дмитрий. – Присаживайся. Ждали только тебя.
– Что-то случилось? – озабоченно поинтересовался Алексий, с удивлением осознав, что в этом неприметном срубе собралось все руководство Российской Империи, включая монарха и его супругу.
– Да, – так же кратко ответил Дмитрий и кивнул Анне.
– Все вы знаете, что за минувшие полгода было убито больше двух десятков мастеров-оружейников и их помощников. Расследование завершилось, но… все оказалось хуже, чем мы думали. Подключив родственников из Венеции [23] , мы смогли выявить заказчиков.
– И кто же? – поинтересовался граф Василий Иванович Ростиславов [24] , военный министр Империи.
– Генуэзский дом Фиески.
23
Дмитрий поддерживал оперативную связь голубиной почтой со всеми наиболее важными городами. В том числе и с Венецией, сообщения до которой из Москвы доходили голубиной почтой в среднем за 3 дня.
24
Василий был братом князя Смоленского и князем Брянским. Он последовал примеру брата и добровольно пошел под руку Дмитрия. За что получил титул графа и серьезное положение в обществе. С учреждением в 1374 году первых министерств занял пост военного министра. Брат же, Святослав Иванович Ростиславов, получил титул маркиза, возглавив Посольское министерство.
– Ох!
– Да-да. И это значит, что в любой момент ситуация может повториться, – хмуро констатировал Император и на несколько мгновений залип. Его откровенно бесила ситуация бессилия, длящаяся целых полгода. Неоднократно хотелось взорваться и сместить Анну с должности главы Службы Имперской безопасности. Но, беря себя в руки, он успокаивался, четко осознавая – несмотря на совершенно чудовищные сроки, лучше ее никто все равно не справится. И причин тому было масса.
Во-первых, Москва хоть и насчитывала всего двадцать пять тысяч жителей, но они сформировались за счет иммиграции, буквально за пятнадцать лет. Причем люди шли не только из других регионов Руси. Одних только мастеровых из Италии было свыше двух сотен, а вообще выходцев из других регионов Европы проживало около трех тысяч.
Во-вторых, Имперская столица была буквально проходным двором для торговых караванов – купцов со всего света хватало. Некоторые даже держали постоянные лавки в задуманной Дмитрием круглогодичной ярмарке. Этакие торговые представительства с магазином.
В-третьих, сам Дмитрий не имел никаких представлений об оперативно-розыскной деятельности. Ну, за исключением того, что он смог вспомнить из художественных фильмов и книжек. Согласитесь, не самый лучший источник информации. Не его это была тема, от слова вообще. Какое-то понимание, конечно, было. Мало кто из людей XXI века в общих чертах не знает, зачем нужна полиция, криминалистика, дедукция, судебно-медицинская экспертиза и так далее. Конечно, он бы с удовольствием оперся на местных специалистов в этом деле, но найти их не удалось. И осведомители, сидящие по городам Европы и Азии, тоже разводили руками. Мир был еще слишком молод для таких вещей.
В-четвертых, в распоряжении Службы Имперской безопасности попросту не было подходящих технических средств. Посему даже те скудные знания Дмитрия казались еще менее полезными. Вот Анне и приходилось буквально на ощупь, опираясь на мутные и не всегда верные подсказки мужа, выстраивать хоть какую-то методологию оперативной работы. Шесть месяцев тяжелого кропотливого труда, направленного на поиски аккуратного убийцы. Выследить. Взять живым. Допросить. И при этом не спугнув купцов, которые были жизненно важны для Империи.
Дмитрий встряхнул головой, отгоняя дурные эмоции, которые никак его не отпускали после столь болезненного провала, и продолжил:
– В результате этой диверсии были сорваны работы по изготовлению нового оружия. Нанесен такой сильный удар, что в ближайшие пять-шесть лет, не отвлекая людей из других областей, мы не сможем возобновить работы над перспективным вооружением. Нужно готовить новых людей, потому как уровень квалификации там требуется немалый.
– И что ты предлагаешь? – пристально посмотрел на Дмитрия Посольский министр – Святослав Ростиславов. Император же вместо ответа вновь кивнул супруге, возглавляющей Службу Имперской безопасности.
– Мы точно знаем заказчиков. Поэтому я считаю правильным вернуть им все сторицей.
– То есть?
– Группа «Рысь» при моем ведомстве готова. Вот и будет им первым заданием ликвидация всего клана Фиески. Поголовно. Мои родичи из Венеции с этим помогут. Очень уж они пострадали по их вине, в том числе финансово. Мало того, если бы не их проказы, мой отец был бы жив. Так что поддержка у группы «Рысь» будет очень существенная. А ты, – кивнула она Василию, – неофициально доведешь до всех монархов Европы информацию о том, кто и за что вырезал этот род.
– Мы должны продемонстрировать, – продолжил за жену Дмитрий, – что терпеть подобные выходки не будем. И если кто-то решится на столь подлые поступки, то должен понимать – ответ ему не понравится. А также то, что Империя подлое убийство своих людей никому прощать не собирается. Или, Отче, вы против подобной операции? – поинтересовался Император у скисшего лицом митрополита.
– Я могу возразить, что детей убивать будет неправильно? – вопросительно поднял бровь Алексий.
– Нет. Эта показательная порка должна продемонстрировать, что неприкосновенных людей в этом деле не будет. И отвечать придется не только лично, но и теряя тех, кто дороже всего.