Чтение онлайн

— Так-то оно так, — задумчиво проговорил Илья, — но не надо вашим людям сюда лезть. Не для вас это. Вот твой друг все тайны духов хочет разгадать, силу ихнюю приобрести. Накажут они его за это, вот увидишь. Я ему не раз говорил, да он только смеется. А в этом году совсем страх потерял — собрался на Лысую гору влезть. Я тебе еще одно не сказал: Черного Охотника годами может никто не видеть. Но когда кто-то Лысую гору собирается потревожить, он всегда появляется. Я из-за всего этого ему помогать перестал. Пусть сам идет, а я еще жить хочу, однако.

«Вот это номер! — подумал я про себя, но виду не подал. — Похоже, вокруг этой горы со всеми ее духами и будет вертеться моя экспедиция. Бред какой-то!» Конечно, можно было допустить, что такое чудачество вполне в духе Виталия, но я тоже затруднился бы предположить, что он там оставил.

— Если бы ты ему не сказал, что там живут духи, он бы туда и не стремился, — шутливо предположил я. — Насколько я его знаю, теперь он обязательно на эту гору заберется.

— Заберется, и не потому, что я сказал, — ответил Илья, и в его голосе мне послышалась какая-то зловещая интонация. — Ты знаешь, что он прошел посвящение у шамана и сам собирается стать шаманом?

— Виталий? Шаманом? — Я аж на минуту потерял дар речи. А мне-то казалось, что лимит удивления к настоящему моменту исчерпан. — И у какого же такого шамана он прошел посвящение?

— У того, о котором я тебе рассказывал, — ну, помнишь, который вернулся с горы. Вот как раз этим летом у него и прошел, а перед этим все учился и готовился. Так вот мой совет тебе — ты его сторонись. Он сам пропадет и тебя погубит.

У меня закружилась голова. Это уже ни в какие ворота не лезло. Мой старый друг, пусть немного и не от мира сего, но умнейшая голова, кандидат наук, в конце концов, — и вдруг шаман?! Если Илья говорит правду, то Виталий и вправду спятил. Но ведь вчера со мной он разговаривал как вполне нормальный человек!

Я вышел от Ильи и побрел обратно в гостиницу. Меня снова охватило смешанное чувство тревоги, печали и чего-то необъяснимого, что вторглось в мои планы и угрожает теперь разрушить весь привычный мне порядок вещей. Я еще раз прокрутил в памяти рассказы Ильи, почти мистическую встречу с Виталием, его внезапное исчезновение, послание, лежавшее у меня в портфеле, и теперь вот это известие, которое окончательно выбило меня из умственного и душевного равновесия. Все, что произошло с момента моего прибытия в Нарьян-Мар, начинало попахивать какой-то чертовщиной.

«Да ерунда все это, — мысленно попытался я успокоить себя по дороге. — Я же образованный, трезво мыслящий, реалистично настроенный человек, во всякую мистическую чушь никогда не верил и не верю. А Виталий просто чересчур увлекся, но в этом нет ничего страшного. Мало ли кто чем увлекается».

Мне даже пришло в голову: а не позвать ли Виталия в экспедицию, ведь нам было по пути. Но Илья в этом случае не согласился бы идти, и к тому же неизвестно было, когда Виталий объявится. Может быть, он уже отправился туда, куда хотел, если все рассказанное Ильей — правда. Так или иначе, наконец со злостью решил я, передо мной стоит конкретная задача, от решения которой в моей жизни многое зависит. Какое отношение к этой задаче имеют чьи бы то ни было суеверия или причуды? Все злые духи Крайнего Севера, вместе взятые, не помешают мне выполнить то, ради чего я сюда прибыл!

В раздумьях незаметно для себя я дошел до гостиницы и, войдя в холл, осведомился у дежурного, не появлялся ли Виталий. Тот ответил: нет, не появлялся. Я взял ключ и пошел к себе. Оставалось только прочесть послание, которое было в конверте, и заняться приготовлениями к походу. Я сел к столу, достал конверт и вскрыл его. Внутри были три сложенных листка из тетради в клетку. Два из них исписаны хорошо знакомым мне с университета почерком, а на третьем изображена какая-то схема с обозначениями и пометками. «К чему такая конфиденциальность?» — подумал я, но тут же вспомнил подробности вчерашнего разговора. В письме, похоже, было что-то, не предназначенное для посторонних глаз. И, видимо, Виталий очень спешил, раз не нашел времени на встречу со мной. Все, о чем он говорил, действительно было не шуткой.

Я ощутил внезапный прилив волнения. У меня возникло совершенно четкое предчувствие: сейчас я прочитаю нечто такое, что вовлечет меня в непредсказуемую череду событий, и все планы, которые я недавно понастроил: на ближайшее будущее, на долгосрочную перспективу, — все полетит к чертям. Руки сами по себе обмякли и явно не хотели разворачивать письмо.

«Да что это такое с тобой? Ты что, барышня-гимназистка? Возьми себя в руки, в конце концов!» — мысленно выругал я себя, но решимости начать чтение так и не хватало.

Я посидел еще минуту, стараясь ни о чем не думать, глубоко и медленно дыша, как научился еще будучи студентом, и мой мандраж постепенно утих. Наконец, я собрался с духом и, все еще чувствуя в пальцах мелкую противную дрожь, как у первоклассника перед уколом, развернул и сразу прочитал обращение ко мне, написанное заглавными буквами.

«Вот так-то лучше, — сказал я себе, — сейчас прочитаю, все встанет на свои места, и заморочки закончатся».

Но я сильно ошибся. Все еще только начиналось.

Глава 5

Я впился глазами в письмо. Строчки тут же беспорядочно замельтешили перед глазами, и моему вниманию стоило больших трудов удерживать их на месте. Виталий писал:

Дорогой друг Алекс!

Когда ты будешь читать эти строки, я уже буду далеко. Не уверен, что мы когда-нибудь снова увидимся. Пусть тебя мои слова не удивляют и не слишком огорчают. Говорить тебе об этом было бы бесполезно. Ты бы все равно не поверил, а скорее, просто не принял сказанное мною всерьез. В этом мире бумага часто бывает долговечнее, чем человек, да и тайны хранит надежнее. Поэтому иной раз лучше доверить мысли бумаге, чем кому-то, даже если этот кто-то — твой друг. Сейчас как раз такой случай. Возможно, ты думаешь, что я свихнулся, но прошу: прочти это письмо до конца, а потом делай выводы. А теперь обо всем по порядку.

Последние пятнадцать лет вплоть до настоящего момента я провел в напряженных поисках ответов на вопросы, которые не давали мне покоя. Это самые главные вопросы — те, которые каждый мыслящий человек на определенном этапе жизни задает себе, а если не он сам, так реальная действительность сталкивает его с необходимостью каким-то приемлемым образом разрешить их — и умозрительно, и, что гораздо важнее, в жизни. Вся штука в том, что если природа в лице твоих родителей и (в меньшей степени) жизненные обстоятельства сделали тебя думающим, то тебе никуда от этого не деться: ты неизбежно станешь и ищущим. Я всегда старался донести это до твоего сознания (так как считаю тебя человеком во многом близким по духу), и у меня есть основания полагать, не совсем безуспешно.

Я не буду перечислять все факторы, повлиявшие на выбор моего пути (о многих ты и сам знаешь), но я постепенно стал ищущим, вернее, осознал себя в качестве такового. Для меня само слово «ищущий» стало духовной категорией, приобрело особый смысл. В этом состоянии я прожил несколько лет. Я долго искал. Я всегда знал, что меня ждет это, и верил своему внутреннему компасу, который привел меня сюда. И теперь, похоже, мой поиск подходит к концу. Здесь, как ты верно выразился, в «забытом богом месте», я и нашел нечто такое, что поможет мне отыскать ответы или подтвердит те истины, к которым я так долго шел.