Чтение онлайн

— Единственное, что привело меня сюда, — это сумка, в которой и деньги, и кредитные карточки, и водительские права, — прошипела она сквозь зубы.

— Но все это спокойно лежит в гостинице, — заметил он.

— Но ведь я этого не знала! Ты привык, что дамы липнут к тебе, как мухи. Можешь и дальше так думать! — И воинственно добавила: — Даже мысль добраться сюда — сплошное сумасшествие. И нужна причина посерьезнее, чем увидеть тебя.

Так хотелось хоть немного сбить это непрошибаемое самомнение, но Ксавье откинул голову и разразился громким хохотом.

— Ох, Луиза, ты просто прелесть! Как только меня ни называли, но приманкой для мух — никогда!

— Что же здесь смешного!

— Вообще-то ничего, — добродушно согласился он. Но даже в другом конце комнаты Луиза чувствовала насмешку в его темных мерцающих глазах. — Боюсь, ты неправильно истолковала мои слова. В сущности, я очень доволен, что вижу тебя сегодня. В конце концов, мне не часто приходится спасать дам, попавших в беду. А также редко видеть таких очаровательных девушек, одетых в мой халат и сидящих у моего камина!

О Боже! Эта способность то включать свое неотразимое обаяние, то выключать его, как воду в кране, совершенно сбивала с толку.

Она смущенно поправила полу халата, стараясь прикрыть колени и не зная, что сказать.

Ксавье смотрел на нее совершенно спокойно, даже равнодушно, но в глазах плясали веселые искорки. Он прекрасно видел ее смущение и растерянность. Ей очень хотелось сказать что-нибудь обидное, резкое, по крайней мере, поставить его на место, но голова отказывалась работать.

Из этого состояния смущения и бессилия ее вывел стук в дверь и появление экономки Розы. Увидев, что еда осталась почти нетронутой, та зацокала языком и обрушила на них поток непонятных слов. Похоже, они с Ксавье о чем-то спорили, и он этот спор выиграл. В конце концов, толстушка покорилась его властному тону. Пожав плечами и закатив глаза к потолку, Роза собрала поднос и вышла из комнаты.

— Она не очень расстроилась из-за того, что у меня нет аппетита? — с тревогой спросила Луиза.

— Нет. Мы просто немного поспорили по другому вопросу, чисто личному, — он махнул рукой. — Роза и ее муж Франко (он работает у меня шофером) всегда жили здесь, в горах, — пояснил Ксавье. — Поэтому они лучше говорят на корсиканском диалекте, чем по-французски. Он немного похож на тосканский диалект.

— К сожалению, я не говорю на итальянском. Но несколько слов я все же поняла. И, знаешь… — Луиза беспомощно покачала головой, — мне показалось, что я просто сошла с ума!

— Не понимаю?

— Но когда я услышала имя, то поняла… — Луиза в смущении провела рукой по волосам. — Со мной происходит что-то странное в последнее время. Я сама не своя!

Он нахмурился.

— Не понимаю, о чем ты говоришь.

— О твоей племяннице Марии-Терезе. Где она, между прочим? Ты и правда запер ее в подземелье здесь в замке?

— Откуда такая нелепая мысль? — Он нахмурился.

— Ну, просто… э… Мой брат говорил что-то в этом роде…

Ксавье презрительно фыркнул.

— Твой брат — лжец и дурак! — бросил он. — Мария-Тереза вместе с тетей Софи поехали навестить родственников в Калви, на севере острова.

— Да, но… что ж, это хорошо, — невпопад бормотала Луиза, жалея, что вообще начала этот разговор. Но Ксавье вовсе не собирался оставлять эту тему.

— Что за выражение — «в подземелье»? Объясни, будь любезна?

— Да нечего объяснять. Просто дурацкое замечание, ничего не значащее, — поспешно проговорила она. — Понимаешь, по словам брата, ты настоял, чтобы твоя племянница уехала из Парижа, и теперь держишь ее здесь, в замке, против ее воли.

— Что за чушь! — взорвался он.

— Прости меня, Ксавье, но что бы ты там ни думал о моем брате, уверяю тебя, он действительно очень тревожится за твою племянницу. Она позвонила ему в Лондон и сказала, что очень несчастна. И… прежде чем ты опять начнешь кричать и обвинять брата, — с вызовом произнесла Луиза, видя, как гнев на его лице сменяется непроницаемой маской, — я спрошу: зачем Джеймсу придумывать столь невероятную историю?

На мгновение показалось, что она зашла слишком далеко. Но Ксавье промолчал, и она осторожно добавила:

— Может быть, Джеймс что-то не понял? Ведь Мария-Тереза говорила по-французски.

Ксавье мрачно посмотрел на нее и пожал плечами.

— Возможно. Завтра они вернутся, и я как следует поговорю с племянницей. Тогда узнаем, кто говорит правду, а кто лжет.

В этих словах слышалась угроза. Но, без сомнения, Джеймс по-настоящему расстроен из-за этой молодой француженки. В этом Луиза верила брату. Все же как хорошо, что завтра она уедет из этого замка и не услышит всех этих объяснений.

— Может быть, нам все же лучше переменить тему разговора? — неуверенно предложила она. — Не говорить больше ни о Джеймсе, ни о Марии-Терезе?

— Мне тоже порядком надоел этот предмет. Так что давай забудем о моей племяннице и твоем сводном брате. Гораздо интереснее поговорить о тебе, — встав с кресла, он подошел к дивану и сел рядом.

— Обо мне?.. — Она растерянно засмеялась. Его близость опять заставила сердце бешено колотиться. Она беспомощно оглядывала комнату в поисках спасения.

Ксавье стал задавать вопросы, и, отвечая, она понемногу начала успокаиваться. В ее жизни было немного примечательного. Вскоре после смерти отца мать вышла замуж за вдовца, сын которого был на два года моложе Луизы.

— И вы жили счастливо?

— Да, по крайней мере, несколько лет, — Луиза улыбнулась, вспоминая далекое, счастливое, безмятежное детство, — чудесное время, так неожиданно оборвавшееся со смертью отчима от инфаркта. Мама, конечно, была в отчаянии, — вздохнула Луиза. — Она потеряла всякую волю к жизни и очень быстро умерла от скоротечного рака.