Чтение онлайн

Спасибо за подсказку Сому, случайно обмолвившемуся тогда в баре!

Его, Мазая, в случае устройства на работу в Перевале, могли бы грохнуть на очередном задании, в которое он пойдёт в одиночку. Или даже с группой. Учитывая, какую ценность представлял дар Вадика для этого мира — вряд ли недоброжелатели стали бы размениваться на пару-тройку лишних трупов на ничейной территории. Закон здесь работал только внутри стаба. А после «несчастного» случая с Мазаем, детей просто взяли бы под опеку, сыграв перед главой поселения сердобольных и заботливых ребят. Барт всё-таки представитель закона в Перевале — на хорошем счету.

И всё! Вадика бы вывезли в секретное место, а с остальными… Их судьбу предугадать было бы сложно. Хотя… Учитывая, что все детдомовцы знали об уникальном Даре мальчишки — участь их была бы незавидна. Так что по всему выходит, что Сом, того не желая, подсказал ещё одно развитие событий. Как не крути — выходило, что рейдеру с детьми нужно срочно покидать стаб. Причём так, чтобы никто из напарников убитого им знахаря был не в курсе произошедшего как можно дольше. Видит провидение — не хотел Мазай первым проливать кровь. Но так уж получилось…

Тачку им в цехе выдали довольно быстро. Не новенькая «тойота» с наваренными тонкими листами металла на кузове. Да крепкая сетка, защищающая стекла от шибко прытких мертвяков. Кстати, из-за неё вести было особенно неудобно. Мало того, что некоторые объекты в монокуляре имели расплывчатые очертания, так ещё и рябило перед глазами от крупных ячеек решётчатого «забрала» для лобовухи.

На контрольно-пропускном только что пальцем у виска не покрутили, посмотрев на пропуск и на Мазая. Один, да ещё с детьми в ночь, пусть и по опустевшей дороге, где сейчас нет так много заражённых — всё равно что самоубийство. Один из постовых было решил завести разговор с Мазаем по этому поводу. Видно, имел остатки жалости и участия к другим людям. Но старший быстро пресёк это дело, осмотрев багажник и убедившись, что ничего, кроме личного оружия да скудных пожитков у компании не имеется. Ну как личных? В доме Винта Мазай неплохо прибарахлился в плане амуниции.

Разговор вышел коротким ещё и потому, что Мазай сразу сообщил, что старается догнать караван и сесть на «пароход». По здравому рассуждению он решил, что такая откровенность ускорит процесс прохода главных ворот и досмотра. И не прогадал. Старшего ответ удовлетворил, и он закончил короткий диалог, грозивший обернуться звонком Винту. Тогда бы рейдер с детдомовцами застрял на КПП надолго.

С убийством Фельдшера и нападением на Винта статус Мазая в Перевале достиг той отметки, которую нельзя было переходить. Он прекрасно помнил, какой приказ днём отдал Локи насчет Бурого, который в драке случайно завалил ментата. Все просто – вывезти да расстрелять. И его, устранившего Фельша, ждало тоже самое. Никто не будет разбираться, что это было – самооборона или ещё что-то. Более того, следствие явно задастся вопросом – почему Фельдшер стрелял именно в Мазая, и почему всё это произошло на пустыре. А там по ниточке и до Вадика доберутся. Если, конечно, в Перевал раньше не возвратится более мощный знахарь – наставник Фельдшера.

Вот такие пироги! Получается, что Мазай тут всего один день, а уже успел засветиться в драке где упокоили единственного в стабе ментата, а затем вечером он и сам приголубил ножом единственного оставшегося в стабе знахаря. Красивая картина… Новичок, блин!

Рейдер даже усмехнулся своим мыслям, тут же болезненно скривившись. Тупая и ноющая боль в гематомах давала о себе знать при каждом движении руки на руле.

— Болит, дядь Мазай? — участливо спросил Андрей, сидящий рядом на пассажирском сидении.

— Болит… – сквозь зубы процедил рейдер, тяжело вздыхая и ободряя скорее себя, – Ничего, Андрюх, осталось немного. Отдохнём на пароходе.

— Может, я поведу? — поинтересовался подросток, чем вызвал удивление Мазая.

— А ты умеешь?

Паренёк хмыкнул и ответил даже с оттенком некоторой обиды:

– - Мне вообще-то четырнадцать. Люди и в меньшем возрасте водят. У меня отчим вообще на тракторе гонял по деревне в детстве. А Борь Саныч мне иногда давал порулить. Учил меня…

Мазай с грустью вспомнил о том человеке, из-за которого он попал в этот мир с мальцами. Надо же, как иногда судьба поворачивается и выходит боком. Просто заменил соседа, который его когда-то нянчил. И на тебе – едет ночью на каком-то постапокалиптическом джипе по территории заселённой монстрами. И за два дня уже пролил немало крови. Может, не надо было соглашаться? Плыть по течению. И не откликаться на просьбы. Не бежать быстрее судьбы вперед.

Мазай машинально мотнул головой, забыв, что у него на лбу прицеплен монокуляр. Картинка дёрнулась и он с ворчанием снова уселся ровно, стараясь не отвлекаться от дороги.

Нет, если бы поехал Борь Саныч – не факт, что мальцы остались бы живы. Ведь всё равно бы оказались тут. Он уже и душой к ним как-то прикипел. Не сможет бросить. За Танюшку так и вовсе порвать готов, если хоть волосок с русой головёнки упадет. Нечего тут рассуждать!

– Борь Саныч толковый мужик. Он и меня когда-то ездить учил, – признался Андрею Мазай, – Хороший «инструктор». Тебе повезло. У него первого у нас во дворе появилась «Волга». Я в ней сидел – как в корабле. Еле из-за руля выглядывал, – улыбнулся Мазай, стараясь поддержать разговор.

– Я даже по дороге ездил несколько раз, – важно сообщил паренёк.

– А как ты попал в детдом? – поинтересовался рейдер, вспоминая, что историю мальчишки он так и не успел узнать.

Тот нехотя буркнул:

– Статист, как и остальные, – он кивнул на пригревшихся на задних сидениях Вадика, Бублика и Танюшку. Малышня сгрудилась в кучку и грелась, тихонько посапывая.

– Это как – «статист»? – удивился Мазай.

– Из статистики. Отчим после смерти матери воспитывал. Он был хороший. Старался. У него у самого родни не было. Потом сел в тюрьму. Драка у них в гараже случилась. Ну, так как родственников не было и из желающих забрать меня тоже очереди не наблюдалось – направили в детдом. Отчим в тюрьме повесился. Почему – мне не сказали. Может и не сам. Вот и вся история. Таких у нас тоже много, поэтому и «статистика» – до жути обыденно закончил Андрей.

Мазай аж вздрогнул. Слишком уж спокойно всё это рассказывал парень.

– Когда он это… ну… – неопределённо промямлил Мазай.

– Мне семь было. Поэтому меня сразу в интернат. У нас же школа-интернат, если полностью называть. В неё с семи попадают. У нас вообще то есть нормальные воспиталки. Но лучше всех – Борь Саныч… Хоть и водитель, – вздохнул парнишка.

– Учил чему-то?

– Ну я же говорил – водить. Это вообще то огромное дело! Я собирался в колледж на автослесаря. И водилой. Как он. Денег не много, но зато не сольюсь. Он говорил – чем раньше какую-нибудь работу полюблю – тем лучше для меня будет. А мне в кайф за рулём. А ещё он учил как деньги тратить. У нас же многие так после интерната прогорают в ноль и всё… – пожал плечами подросток.

Мазай понял, что он вообще ничего не знает про детские дома.

– Это как – «прогорают»? И что значит – учил деньги тратить?

– Ну, когда во взрослую жизнь выходят. Квартиру получают и всё. Не знают – что дальше делать и как жить. Привыкли, что всегда рядом несколько человек живут всю жизнь. И что всё сообща. Да и еда в столовой сама появляется. Сейчас строго вообще-то. Типа нельзя нас привлекать к работе такой. Санитарные нормы и всё прочее. Только сами если чем-то занимаемся. Куча народу после детдома либо просаживает все деньги с работы в ноль, а затем и квартиру, либо начинают искать по привычке – с кем закорешиться. И садятся в тюрьму. Драки и воровство. Поэтому я твердо решил, что пойду работать как Борь Саныч. Он говорил у него есть знакомые в автомастерских – поможет, подскажет.

Мазай кивнул. Ребенку естественно не хватало внимания. Примером стал единственный человек, который учил его не просто предметам в школе и распорядку дня, а учил «жить». Прочертил пареньку незамысловатый, но действенный путь в жизни. Как и у него самого. Рейдер осторожно задал вопрос:

– А что за шрам на боку – откуда?

– Это «прописка»… – нехотя буркнул малец.

– Что за «прописка»? – заинтересованно полюбопытствовал Мазай.

– В интернате. Когда туда попадаешь. В каждом – своя. Не хочу говорить…